|
|
 |
Рассказ №0549
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 20/04/2002
Прочитано раз: 26766 (за неделю: 2)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "По странному совпадению, эту историю мне рассказали два ее участника, никогда не видевшие друг друга. Для одного -это была шутка, для другого - трагедия. Но все по порядку.
..."
Страницы: [ 1 ]
По странному совпадению, эту историю мне рассказали два ее участника, никогда не видевшие друг друга. Для одного -это была шутка, для другого - трагедия. Но все по порядку.
Это произошло в широко известной Бутырке, старейшей следственной тюрьме Москвы.
Случилось так, что задержали одного моего друга. Статья обвинения была легкой, после суда его выпустили, дав условный срок, но в камере ему пришлось провести около полугода.
Вот его рассказ:
-- В тюрьме делать не фига. Развлечений - нуль. Это если не считать вызовов к следаку, пяти зачитаных до дыр книжек из тюремной библиотеки на тридцать бандитских рыл, завтрака, обеда и ужина.
Времена тогда были не голодные и всегда оставалась черняжка. Это такой хлеб повторной выпечки. Из-за него в камере не продохнуть. Шибко сильно он стимулирует выделение кишечных газов. Но хлебу есть и другое применение.
Система простая. Берется мякиш, кладется в целофановый акет, заливается водой, два-три плевка и все это оставляется на сутки-двое, пока не закиснет.
Готовая масса вываливается на марочку, так зеки называют носовой платок, и протирается сквозь ткань. Получается клейстер. Его размазывают тонким слоем по тому же целофану и он сохнет.
Из получившейся массы можно лепить что угодно. Наиболее верующие делают четки. Игроки - кости. А тем, кому просто делать нечего - лепят всяких монахов.
Это такая куколка. Стоит - вроде богомолец. Ручки сложил, глазки закатил, сам в сутане. Только голые ступни из-под одежды виднеются.
А поднимешь его, из-под рясы показываются голые ноги, а между ними торчит огромная стоячая елда.
Так вот, в соседней камере были бабы. Мужики к ним Єдорогує протянули и обменивались любовными записками. О, это отдельный разговор! Какие только сексуальные утехи не придумывали изголодавшиеся мужики! Девки, впрочем, не уступали.
И кому-то пришла в голову идея: порадовать баб.
Набрали черняжки, и из клейстера сваяли огромный, сантиметров тридцать, член с красной головкой. Два стержня для шариковой ручки на нее извели.
Наши мастера расстарались. И прожилки сделали, и пупырышки всякие. Получился как живой.
Едва сквозь решетку пролез.
Даже в нашей камере, на что стены толстые, был слышен бабий визг.
Но вскоре женскую камеру разогнали.
А теперь продолжение. Та же история, но с другой стороны. Женской.
Оказалось, что в бабьей камере находилась моя знакомая. Недавно ее выпустили, и она поведала мне окончание жизни съедобного члена.
-- Не знаю, как у мужиков, но нам всегда есть о чем поговорить. Скука в тюрьме, конечно, смертная, но занятие найти можно.
Особенно, когда рядом мужики. Они нам записочки шлют, а мы почти всей камерой за вымышленных девок ответы сочиняем.
Изголялись как могли.
И однаджы мужики пишут: принимайте подарочек. И передают что-то тяжелое, в газетку завернутое.
Пока этот сверток через решетку пропихивали, бумага порвалась и мы увидели, что они нам прислали.
Радость на всю хату!
Но стначала мы опасались его по назначению использовать. Мало ли, размокнет, испортится. Но потом осмелели. Даже очередь установили.
Каждая по часу пользовала. Больше всего везло тем, кому он попадался после отбоя. Всю ночь стоны да охи.
Правда попалась одна бабенция. Принципиальная. Она отказалась искуственный член пользовать.
-- Он же из хлеба. Это грех.
Ну, мы посмеялись, и зря.
Однажды просыпаемся, а у той, которая ночью баловалась, член пропал. А эта, отказчица, что-то под матрацем прячет.
Мы всем гуртом ее стянули, матрац подняли, а под ним - остатки члена.
Оказалось, она дождалась пока временная хозяйка заснет, и его выкрала. А пока все спали, она его ела!
Засохший клейстер - штука прочная, но эта баба умудрилась сглодать его почти полностью. Лишь головка осталась да пара сантиметров.
Разъяренные бабы чуть не разорвали предательницу.
На шум вертухаи примчались и разогнали нашу камеру.
Та же, что член съела, потом чуть не померла от несварения желудка. Ее откачали, но слава осталась. Всей тюрьмой ей присвоили прозвище: Х...еедка.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Я не понимала как такое возможно но я кончала!!! В такой позе у меня ни разу не было оргазма, а тут... Да еще такой сильный, что я потеряла равновесие, больше не смогла держаться на локтях и упала на грудь. Я стонала как шлюха, меня долго било в конвульсии. Где-то в середине эйфории я поняла что он тоже кончает, причем спуская сперму прямо в меня!!! Я настолько была возбуждена, что мне было все равно! Я не думала о безопасности! Я была в мире сладкого оргазма и он был мои центром, моим повелителем, моим хозяином!!! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Окончательно осмелевший Петр обхватил ладонями ее прекрасную грудь, он целовал ее, ласкал розовые соски, при этом Ольга дышала все более прерывисто. Когда Петр сделал попытку прикоснуться к ее бедрам Ольга остановилась, взяла его за руку и со словами - пойдем, там будет удобней - повела его в спальню. Подойдя к кровати Ольга скинула халат, и оставшись в одних трусиках, принялась раздевать Петю, покрывая его тело поцелуями. Когда он остался в одних трусах Ольга медленно подошла к кровати улеглась на спину и поманила парня пальцем. Перт не заставил себя долго ждать, стянув с себя трусы подошел к кровати, лег рядом с пышущей жаром женщиной. Он стал покрывать ее тело поцелуями от кончиков пальцев до макушки, когда он дошел до пупка и запустил туда свой язык Ольга выгнулась и вскрикнув обмякла, но не прошло и минуты как под поцелуями Пети ее тело снова напряглось, на лице выступили капельки пота в глазах отчетливо виднелось нетерпение. - Возьми же меня наконец, только прошу, делай все медленно и постарайся побыть во мне подольше - томно попросила Ольга. Петр медленно стянул трусики со своего прекрасного научного руководителя, при этом она так соблазнительно приподняла бедра чтобы помочь ему, что он едва не кончил. Стянув трусики Петя посмотрел на лоно Ольги, оно источала сок страсти, половые губки увеличились до невиданных размеров, все тело Ольги тряслось от нетерпения. Петр лег на Ольгу сверху опершись руками на кровать, и попытался войти в нее, но промахнулся. На лице его отразилось смущение, Ольга ни говоря ни слова взяла его член в руку и мягко направила его в нужном направлении, Петя подался в перед и вошел в Ольгу на всю длину, Ольга вскрикнула ее влагалище плотно обхватило член парня. Петя помня о просьбе своей партнерши какое-то время лежал не шелохнувшись, затем медленно начал трахать Олю, она обхватила его ногами скрестив их у него на поясницы и с каждым его толчком подавалась вперед и назад при этом стонала все громче и громче, лицо ее покраснело по всему телу выступили капельки пота. Медленно двигаясь внутри просто таки текущей женщины Петр все ближе и ближе подходил к кульминации, сдерживать желание ускорить темп становилось все труднее, но он ждал пока кончит Ольга. Еще несколько движений Ольга громко вскрикнула, ее тело забилось в судороги, ноготки вонзились в Петину спину, ноги сжали его поясницу, так что у него перехватило дыхание, при этом стенки влагалища начали ток сильно сокращаться, что Петр почувствовал боль. Дернувшись еще пару раз Ольга обмякла. - Ну теперь моя очередь - сказал себе Петр и начал бешено взвинчивая темп двигать своим поршнем. Стенки влагалища все еще ритмично сокращались чем, доставляли ему неописуемое удовольствие, через минуту интенсивной работы Петр выстрелил внутрь Ольги Степановны и обессиленный рухнул на нее сверху. Ольга лежала все еще держа ногами своего любовника, целовала его в губы и шею, гладила его волосы. Наконец Петр немного придя в себя вышел из Ольги и лег рядом крепко обняв ее прекрасное тело. Так они пролежали около часа, шепча друг другу ласковые слова. Потом поднялись и вместе пошли в душ. В душе когда Петр мылил своего научного руководителя у него снова встал, неожиданно он вошел в Ольгу сзади., она вздрогнув от неожиданности попыталась отстранится от него, но Петр не позволил ей это, нежно но жестко взяв ее за талию начал ритмично насаживать на свой конец, вынув член из лона и развернув Ольгу лицом к себе он излился ей на живот, затем присев на корточки запустил язык туда, где только что был его член. Не прошло и минуты как Ольга Степановна бурно кончила, и бес сил осела в ванну. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | -Вот этим я воспитываю Любу и дочерей. Приковываю наручниками. И задираю сраку, и когда бывает раз десять хлыстом, а когда пробку намазываю кремом или мылом и вжопу вставлю. А когда бывает и Клизму делаю. Дома у меня и пробок больше и клизмы здоровые грелки со шлангом, и груши длинные такие как хуй и хлыст нормальный есть. Хочеш посмотреть, как я за лифчики свою учить буду. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Приходят ... Порой по двадцать человек в день! И все больше пацаны малолетние. Те вообще без ума! Только бы им все мять, бить, орать, тискать. Так друг другу и говорят: "Пойдем Клаву тискать". А нам там что? Мало того что, ничего кроме номера там у тебя нет, так придет такой очередной юнец, и скажет: "Не хочу семнадцатую. Задроченная". Знаешь как обидно! Вот мой такую и подобрал. Дома она, конечно, как сыр в масле! Работенка непыльная, все условия. Мы с ней часто болтаем. Он с ней по вечерам обычно. Она ему не рассказывает, но мне - как на духу, что его жена вытворяет, пока его нет! Они нам доверяют. Я бы тоже хотела дома у кого-нибудь работать. На пенсию пойду к своему попрошусь. На пару его с женой веселить будем! |  |  |
| |
|