|
|
 |
Рассказ №0787
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 01/05/2002
Прочитано раз: 49130 (за неделю: 21)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Господа ! Я, являясь почитателем великого таланта Моего Земляка, тем не менее, посчитал возможным написать нижеизложенную стихотворную (смехотворную)эротическую поэму. Давайте не будем ханжами, и мир станет интересней!
..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Господа ! Я, являясь почитателем великого таланта Моего Земляка, тем не менее, посчитал возможным написать нижеизложенную стихотворную (смехотворную)эротическую поэму. Давайте не будем ханжами, и мир станет интересней!
Писатель был великий - Гоголь,
В трудах его я кайф ловил,
А эту муть, что я состряпал,
Блядям знакомым посвятил ,,,
ТАРАС БУЛЬБА
В нее сливалося за раз,
намного больше, чем сейчас,
Ты смог бы выпить , сынку мий!
Так старый Бульба говорил,
И стерва панночка твоя,
Хоть и вертлява , и нежна,
И с роду крови благородной,
Но сын мой, слишком уж хитра.
И мне ты верь, под старость лет,
Нам не подашь стакан воды,
И если ей не скажешь - нет,
То пропадешь из-за манды...
Эх , батя, только не о том,
Я снова вижу отчий дом,
Родную мать ,и с ней тебя,
Причем здесь панночка моя.
Ведь если молвить справедливо,
То не всегда и ты красиво ,
На свете этом поступал,
И много батя отодрал ,
Ты на веку девиц прекрасных,
А мне учений ты напрасных,
И так уж много подарил,
Уж лучше б батя посадил ,
Меня скорей за стол богатый,
И за горилкою домашней,
Базар мы будем продолжать,
А мозги хватит мне вправлять,
Ее люблю, и драть хочу,
Поймите , тату, а Остапу,
Я точно яйца оторву...
..Да, не напрасно старый Бульба,
Так сына ревностно учил,
Была полячка столь красива,
Что кто бы с ней не заводил ,
Знакомств иль шашней осторожных,
То добиваться своего ,
Трудов не стоило его..
Она всегда сама давала,
И член желанный заправляла ,
Сама в бездонное лоно ,
И после всех трудов постельных,
Ее партнеров очумелых,
Прислуга напрочь волокла....
А тут проклятая война.
И с самой Сечи Запорожской ,
Хохлов задиристых толпа,
Блистая гордыми чубами ,
И широченными штанами ,
Поляков приступом брала.
Из всей истории войны ,
Неискушенным взглядом видно,
Что самый опытный стратег ,
Жестокий голод, и обидно,
Здесь даже Марсу самому,
И я такого не хочу,
Судьбы проклятой не желаю,
Наверно в мире никому,
Объятий вражеской осады.
Но коль случилось, силы даст,
Пусть Бог защитникам усталым,
И пусть не дрогнет их рука,
(Но что-то я заговорился),
Война и в Африке война,
Мы к нашей панне возвратимся,
Вот снова ночь, голодный город,
Несут проклятья небеса ,
В печали гордая полячка,
Стоит у темного окна,
Рыдает сердце, видя это,
Повсюду смертная тоска,
На стенах факелы в бойницах,
Но не о том грустит она,
А просит бедная полячка ,
Скорее хуя, Бога ради,
И так взирает с высока,
Во мрак пустынного двора..
Вот бедный лях изнеможденный ,
Что еле ноги волочет,
Он ебарь верно ненадежный,
Но нет других, и он сойдет!
И убегает в глубь двора ,
За ним по лестнице слуга...
- Вельможный пан! Защиты просит,
И ждет Вас нежная княжна,
Давно уж встать она не может,
Ей помощь рыцаря нужна:
А панна между тем разделась,
Вином немного разогрелась,
В постель Холодную легла,
И тихо жалует себя,
Умело пальцем осторожным,
Но ловит слух удар тревожный,
Ее защитник без стыда,
Упал к постели не дойдя,
- Волочь, волочь его сюда!
Вот, наконец ,его втащили ,
В лицо плеснув стакан воды,
В постель беднягу повалили,
Но разве только для души,
Вам будут пошлые забавы ,
А впрочем, пусть ! Судите сами.
Мурлыча кошкой похотливой,
И извиваяся змеей,
Ласкаясь белкой суетливой ,
Или кобылой молодой,
Поднять пыталась член поникший ,
Полячка долго. И труда,
Такого б вынести смогла ,
Едва ли сытая крестьянка,
Но наша скромная товарка ,
Добилась все же своего,
И вот насилует его,
И так , и сяк, и как попало,
И час, и два не замечая,
Что даже стона, и того ,
Уже не слышно, как стекло,
Глаза у ляха вдруг застыли,
Все ж непосильны видно были ,
Бедняге адские труды...
- Воды сюда, воды, воды!
Но было поздно. Хрен с тобой!
И снова в комнате пустой ,
Сидит печальная княжна.
Война и в Африке война!
Но нужно Вам сказать друзья,
Что не напрасно ждет она,
Спасенье будет впереди
Мчит конь героя по степи,
Спешит казак отца предавший,
И в глупой неге пожелавший,
Утешить юную блудницу,
Чтоб калачом кормить пшеничным,
Лелеять, холить, голубить,
Ну что об этом говорить,
Не в славной битве погулять,
А он ебать спешит, ебать!
А что Остап? Пока оставим,
Утехи мамина сынка,
И в душу смелую заглянем,
Другого брата казака..
Ах, еб твою мать, ну как степь широка!
Не лезьте шалавы, в штаны казака,
Он многое видел, и этим богат,
Не сманит вояку, смазливая блядь.
Ах , еб твою мать, ну как степь широка!
Ковыль разметают копыта коня,
И молодец буйный на сечу спешит,
Чтоб славы добиться, иль жизнь положить.
..И шум, и крик, с кровавой бойни,
Едва ли выйдешь рассмеясь,
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Рассказывать, каким образом я оказалась в Америке - долго, и наверняка, вам неинтересно. Сейчас многие русские девушки разными способами рванули на Запад. Примерно так же и я однажды оказалась во Флориде. Работать приходилось очень много - я была официанткой в прибрежной закусочной. Это довольно тяжело, но я ходила на подготовительные курсы в колледж и надеялась таким образом устроить свою судьбу на новом для меня материке.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | А когда он вошел в комнату, то удивился еще больше. Дениска играл в шахматы с... Костиком! Вот так номер! Сам упрашивал не приводить его больше, а теперь полный мир и согласие. Димка обрадовался, но вместе с тем в сердце кольнула крохотная иголочка под названием ревность. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Скажу вам сразу, что только потому рассказываю свою эту историю, что мы с вами незнакомы и никогда не увидимся.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Закончив она взяла поводок и повела меня за собой в гостиную. Там она села на диван, а меня поставила на колени возле своих ног. Я стоял на коленях, туго связанный с кляпом во рту и смотрел на свою похитительницу, вернее сказать хозяйку. Именно так, ведь теперь я полностью зависел от неё. Она сломала меня морально, и полностью подчинила своей воле. Так я стал жить у нее в плену, смирительную рубашку с меня снимали только раз в неделю, и то когда приходила Катя и обе женщины крепко удерживая меня вдвоём мыли в душе. Затем снова одевали на меня эту кожаную сбрую. Днём, пока Лены не было дома, я лежал в спальном мешке, туго стянутый и с застегнутым капюшоном, это по словам Лены было методом укрощения. Если моя хозяйка приходила домой в плохом настроении, она могла оттрахать меня страпоном или заставить вылизывать её киску. |  |  |
| |
|