|
|
 |
Рассказ №11157
|
|
|
| |
| | Пока я так боролся с собой, мама надумала перевернуться на живот. Приподнимаясь, она зацепилась взглядом за мой стояк, но ничего не сказала. Хотя, судя по секундной заминке, мысль такая у нее была. Теперь перед моим взором оказалась перечеркнутая завязкой лифчика спина и выпуклая попа, наполовину скрытая трусами. Воображение получило новую пищу для фантазий и я распрощался с мыслью совладать с непокорным членом. Да и к чему это теперь, если мама все равно видела. | | |
| |
|
| |
| | Я - твой, и ты гладишь моё лицо, обнимаешь за шею, прижимаешь к своей роскошной груди... Я не помню, когда женщина в последний раз гладила меня... Я - твой, и мне никогда не было так хорошо. С тобой я чувствую радость и спокойствие. | | |
| |
|
| |
| | Поймите правильно, невинные (спорно, согласен) прикосновения, сидение на коленках (она чувствовала, что у меня встал, но не придавала значения) и так далее, - это одно. Это может сойти за детские развлечения и... это лишь оправдания перед самим собой за каждый маленький шажок к запретному. Взять девочку на руки и первый раз, случайно, прикоснуться к ее попе. Шлёпнуть во время игры. Посадить на коленки и так часа два смотреть мультики, поглаживая нежное обнажённое бёдрышко и половинку попки. А что потом? | | |
| |
|
| |
| | Больше всего на свете люблю, когда за мной ухаживает, какой-нибудь мужчина, лучше чтобы это был большой и волосатый грузин с большой задницей и огромным хуем. Я даже волосы начинаю рвать на очке, когда вижу эту симпатичную, коренастую и ужасно похотливую обезьянку.
| | |
| |
|