|
|
 |
Рассказ №11360
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 06/02/2010
Прочитано раз: 53966 (за неделю: 30)
Рейтинг: 80% (за неделю: 0%)
Цитата: "Фрида опустилась на колени и пальцами развела большие половые губы жертвы. Малые губки Леты были достаточно велики, выдаваясь наружу, так что Фрида без труда оттянула их немного вниз. Игла вонзилась сперва в левую, потом в правую нежные складочки. Пленница сорвалась в крик, отчаянно выгибаясь, но помешать не смогла. Наконец осталось одно кольцо. Фрида вопросительно посмотрела на императрицу...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Рассказ в стиле хентай
Императрица и ее телохранительница как раз закончили приводить себя в порядок, когда раздался стук в дверь. Вошедшая девушка в курьерской форме с поклоном вручила Эстер депешу. Прочитав ее, та нахмурилась и передала сообщение Айрис.
- Значит, еще одно нападение. - Помрачнела воительница, закончив читать. - Твоя сестричка все так же неугомонна.
- Да уж. - Хмыкнула императрица. - Моя милая Серинити всегда была крайне назойливой девчонкой. Но есть и хорошие новости - у нас появился пленник. И с ней уже работают в Залах Удовольствия. Думаю, пора проверить, есть ли результат.
Во времена правления матери Эстер Залы Удовольствия вполне заслуженно назывались Залами Ужаса. Враги короны покидали их стены в виде изуродованных трупов. Эстер, придя к власти, сменила методику. Она предпочитала перевоспитывать, чем убивать. Ее враги выходили из застенков покорными и верными слугами.
Когда императрица появилась в Залах, процесс "обращения" уже шел в полную силу. Пленница - красивая кареглазая блондинка с большой грудью великолепной формы и длинными стройными ногами была прикована к пыточному устройству, напоминавшему гимнастического коня, только вместо мягкого верха у него было стальное клиновидное ребро. Это ребро глубоко врезалось в промежность девушки, раздвинув внешние складки, оно впивалось в нежную плоть вагины. Ноги девушки были связаны так, что лодыжки оказались вплотную к ягодицам, зафиксированные кожаными ремнями. Короткой цепью они соединялись со скованными за спиной руками, так что жертва была лишена возможности хоть как-то амортизировать давление на свою щелку. Боль должна была быть адской, но влага, струящаяся по ногам пленницы, покрывавшая почти всю поверхность пыточного "коня", свидетельствовала скорее об удовольствии.
- Здравствуй, Фрида. - Эстер поприветствовала заплечных дел мастера, высокую крепкую шатенку, одетую в кожаные штаны и жилетку, не скрывавшую ни мускулистых рук, ни внушительного бюста. - Сколько раз уже она кончила, катаясь на "лошадке"?
- Уже пять раз, моя императрица, и сейчас будет шестой.
Эстер и Айрис с любопытством повернулись к пытаемой. Стальное ребро начало двигаться, назад и вперед, с влажным звуком скользя в щелке девушки. Она запрокинула голову, издавая громкие хриплые стоны, слегка приглушенные кляпом. Потом к этому добавились резкие толчки вверх, слегка подбрасывавшие девушку в ее "седле". Каждый новый толчок сильнее вгонял металл в ее истерзанное влагалище. Пленница билась в путах, выгибалась дугой, закатив глаза. По подбородку текла слюна, и раздавались животные хриплые крики. Наконец из ее груди вырвался совершено первобытный вопль, она выгнулась так, что Эстер испугалась, не сломается ли ее тонкая шея. Это был один из сильнейших оргазмов, которые ей приходилось наблюдать. Наконец тело пленницы прекратило биться в конвульсиях и обмякло, безвольно повиснув в оковах.
- Отключилась. - Констатировала Айрис. - Какую дозу ей дали?
- Стандартную, пять миллиграммов. - Пожала плечами Фрида.
- Ну что ж, снимите ее и приведите в чувство. Послушаем, что она нам скажет.
Через полчаса пленница открыла глаза. На этот раз ее растянули на металлическом кольце, приковав запястья и лодыжки к ободу. Императрица внимательно разглядывала пленницу. Только сейчас она обратила внимание, что сосок левой груди пленницы украшало маленькое золотое колечко. Она внимательнее всмотрелась в ее лицо, пытаясь вспомнить.
- Ее лицо... оно кажется мне знакомым. - Задумчиво протянула Эстер. - О! Да это же Лета! Наша малышка Лета! Помнишь меня?
Девушка ответила ей яростным взглядом.
- Эстер. Чтоб ты сдохла, тварь.
- Ай-яй-яй, как грубо. А ведь когда-то мы были так дружны. Впрочем, ты всегда ходила за Серинити, как собачонка на привязи. Кстати, ты не знаешь, где сейчас моя сестричка?
- Даже если бы знала, думаешь, сказала бы? Ты можешь делать со мной все, что захочешь, но я не предам Серинити.
- Какая уверенность. Ты скажешь мне все, что я захочу узнать, Лета, причем с радостью. Как только пройдешь надлежащую тренировку.
Эти слова заставили девушку побледнеть.
- Что... ты собираешься делать?
- Ну... как ты сама сказала, все что захочу. И когда мы закончим, ты будешь умолять меня продолжить. Вкатите ей две порции.
Фрида достала инжекторы с наркотиком, многократно усиливавшим сексуальную возбудимость и чувство наслаждения. При этом препарат вовсе не притуплял болевых ощущений, что делало его идеальным средством для излюбленных императрицей пыток. Один укол она сделала в шею жертве, другой - прямо во влагалище, не обращая внимания на крики боли. Через минуту наркотик начал действовать - Лета задышала чаще, ее глаза заблестели.
- Как себя чувствуешь, Лета? Немного жарковато, особенно здесь, внизу? - Поинтересовалась Эстер, ведя пальцем по нежной коже бедра пленницы. Та вздрогнула от прикосновения, прикусила губу, чтобы не стонать.
- Играешь в железную леди? Брось, ты намокла, как последняя шлюха в дешевом лупанарии. - Эстер грубо вставила сразу три пальца в вагину Леты, и та не смогла удержаться от короткого вопля. Эстер не вынимала пальцы, но и не двигалась, чувствуя, как плоть девушки конвульсивно сжимается вокруг нее. Лицо Леты исказилось, жажда чувствовать наслаждение, кончить, чтобы унять пожар в ее киске, боролась в ней с гордостью и преданностью Серинити.
- Я могу продолжить, подарить тебе освобождение, все, что от тебя требуется, сказать, где сейчас моя сестра.
- Иди к черту.
- Я хотела как лучше, но, видимо, придется проводить процедуру по полной программе. Начинай, Фрида.
На спину Леты обрушился удар нейрохлыста, прочертив алый рубец. Девушка готова была терпеть боль, но это было в сотни раз больше, чем она ожидала. Тем более что к болевым ощущениям примешивалось столь же сильное наслаждение. Следующий удар пришелся между ее ног, и хлыст вошел точно в щелку, затем с такой же хирургической точностью Фрида обработала ее соски. Каждый удар приносил с собой миниоргазм, заставляя Лету кричать от боли и страсти, корчиться в оковах, потеряв контроль над телом. Наконец, ее тело сотрясла сильнейшая судорога, и на минуту она растворилась во вспышке, казалось, заставившей ее тело расплавиться, перестать существовать.
- О, да ты крикунья. Горячая девочка, да? У нас с Серинити похожие вкусы. - Довольно улыбнулась императрица. Одой рукой она сжала левую грудь пленницы, покрутила между пальцами сосок, затем медленно провела по нему языком. Пальцами другой руки она перебирала нежные складки между ног жертвы.
- У тебя отличное тело, Лета. И это колечко - оно всегда мне нравилось, жаль, что тогда мне не разрешили вставить себе такое же. - Эстер ухватилась за кольцо, слегка потянула, улыбнулась, услышав стон. - Я ведь заказала полный комплект таких украшений к твоему дню рождения. Тогда я не успела вручить его тебе, но знаешь, я их сохранила. На случай, если мы еще встретимся. Думаю, сейчас вполне подходящий момент.
Айрис поднесла коммуникатор ко рту, и через несколько минут служанка принесла маленькую шкатулку, в каких хранят драгоценности. Эстер открыла ее и продемонстрировала четыре колечка - точные копии того, что носила Лета, и несколько тонких цепочек. Фрида приблизилась, толкая перед собой столик с флаконом антисептика и набором игл разной толщины. Лета слегка задрожала - наполовину от страха, когда она поняла, что ее мучители собираются сделать. Но к страху примешивалось возбуждение, ее тело уже начало реагировать на ожидаемую боль, и из ее щелки заструилась смазка. Фрида твердо зажала правый сосок пленницы, нанесла антисептик, затем выбрала иглу и уверенным, отработанным движением вонзила ее. Лета взвизгнула, дернулась, но было поздно. Через секунду в ее правом соске блестело кольцо.
Фрида опустилась на колени и пальцами развела большие половые губы жертвы. Малые губки Леты были достаточно велики, выдаваясь наружу, так что Фрида без труда оттянула их немного вниз. Игла вонзилась сперва в левую, потом в правую нежные складочки. Пленница сорвалась в крик, отчаянно выгибаясь, но помешать не смогла. Наконец осталось одно кольцо. Фрида вопросительно посмотрела на императрицу.
- Думаю, не стоит травмировать ее клитор. Возьми немного выше.
Фрида кивнула. Захватив пальцами складочку, прикрывавшую чувствительный бугорок, она ввела иглу. Это стало последней каплей, переполнившей чашу ощущений Леты, она содрогнулась, кончив сильно, бурно. Фрида выждала, пока затихнут конвульсии, и последнее кольцо заняло свое место.
- И последний штрих. - Эстер взяла цепочки и прикрепила их к кольцам. Теперь от каждого соска шли две цепочки. Одна - к надклиторальному колечку, другая - к кольцам в левой и правой малых половых губах соответственно.
- А что, очень даже стильно. - Одобрила Айрис. Собрав все цепочки в кулак, она слегка потянула, заставив Лету судорожно выдохнуть.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Потом совершенно по-будничному он вытащил свою елду, которая уже снова была готова к бою, и приказал мне встать спиной к нему и расставить ноги. По шороху сзади меня я догадался, что он натянул презерватив и чем-то смазал его, наверно гелем. Затем, все еще с папиросой в руке, он крепко ухватил меня этой рукой, в то время как другой рукой нажал своим концом в мой тесный задний проход. Я куда-то полностью провалился, чувствовал давление, иногда оглядываясь назад, видел его отвратительно гримасничающее лицо в зеркале и догадывался, какое удовольствие доставляло ему напяливать меня. При этом он продолжал с полным удовольствием курить, придерживал мой зад и спокойно и равномерно трахал меня в задницу, иногда похлопывал по ней. Ему не мешали мои периодические вздрагивания или умоляющие взгляды, когда мне было особенно больно. С моего конца капало само по себе, член был полу стоячим и раскачивался из стороны в сторону, мои яйца угрожали взрывом. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Какие они все разные - симпатичные, смешные, совсем юные и изрядно потрепанные нелегкой жизнью - на нее смотрели, она вдруг улыбнулась определению - смотрели Пи_ды. Она неторопливо перелистывала снимки и вдруг остановилась - юная, симпатичная пиз_енка весело улыбалась ей, раскрывшись настежь. На губках и клиторе посверкивали по три маленьких колечка. Это - подумала Катя, и уже вслух Мастеру |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Говорят, что каждый мужчина имеет влечение к своей матери и думает о ее сексуальных достоинствах. Я не был исключением; я был увлечен ей. Я хотел трахать ее, любить ее, ласкать губами, руками ее тело. Я мечтал об этом, но я никогда не думал, что это может случиться. Мы любили друг друга с тех пор, как я могу это припомнить, но это никогда не было сексуальными отношениями. Она никогда не дала мне намека, пытаясь сказать: "Да, Сережа, ты можешь трахать свою мать". " У меня была прив |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Девчонки пошли за мной следом и заставили проводить каждую из них. По дороге мне ставили подножки и пинали меня, когда я поднимался с земли. Первую мы проводили Лену и в подъезде мне приказали вылизать её сапоги. Я вылизал грязную обувь, а подошвой Лена сама провела мне по высунутому языку. Вторую проводили Алёну, которой я также вылизал сапоги. Кроме этого Алёна с Яной харкнули на бетонный пол в подъезде и заставили меня слизать их плевки. Последнюю проводил до квартиры Яну. Её сапоги тоже вылизал языком, а ещё вычистил подошву сапога после того, как она наступила на свой смачный плевок и ткнула мне в губы свою грязную слюнявую подошву. Я жалел, что в подъезде не было прохожих, и Яна этим воспользовалась. Она приказала встать мне на четвереньки и в таком положении выползать из подъезда, а сама хихикала и пинала меня под жопу. О боже, неужели мне придётся и дальше терпеть такие унижения и издевательства от этих жестоких сучек. Я был избит, унижен, оплёван, и во рту у меня стоял стойкий вкус девчачьей мочи и говна. От горя и боли хотелось кричать и я не знал как себе помочь. |  |  |
| |
|