|
|
 |
Рассказ №11867 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 20/08/2022
Прочитано раз: 83949 (за неделю: 12)
Рейтинг: 82% (за неделю: 0%)
Цитата: "У Эльки задик небольшой, аккуратненький, с родинкой на левой половинке, по нему рубчики от скомканной простыни отпечатались. Видно, ее заду больше всех досталось:..."
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ]
Последнюю фразу я у драматурга Островского взял - талантливейший человек был, жаль в школе Катериной - "лучом света", сильно к нему отношение подпортили.
Смотрю, девчонки поняли, у кого силы остались - головами закивали.
Ну и ладненько:
С кого начинать - не жребий же бросать - решил по их номеру снизу-вверх идти.
Подхожу к Татьяне, одеяло в ноги откидываю.
Лежит моя красавица на боку, калачиком свернувшись, в розовой ночнушке выше колен.
Перекатываю ее на другой бок, к стене лицом, рубашку на спину заворачиваю. Одной рукой шланг подтягиваю, пальцем другой - из банки вазелин цепляю. Смазал наконечник, баночку в сторону, раздвигаю Татьянины ягодицы - а там вокруг дырочки - все покраснело и припухло.
Еще бы - одной кислятиной опорожнялись всю ночь: Слегка пальцем дотронулся - ее как током передернуло.
- Потерпи, девочка, - говорю, - потерпи:
А сам нежно так по ободку пальцем навазелининным вожу:
Смотрю - расслабилась, я тогда тихонечко наконечник в дырочку вдвинул, чуть повернул и еще - поглубже - Татьяна лежит - терпит. Ну, кран открыл, по плечу погладил и к Людмиле направился.
Людмила, умница - сама ко мне спиной поворачивается и ногами одеяло в комок сбивает.
Рубашку ей такую же розовую, как у сестры, кверху поднимаю и весь процесс - с первой цифры и с левой ноги:
Татьяна с Людмилой, девчонки хитрые, мало того, что похожи как две капли воды - близняшки, еще и одеваются одинаково, когда в город выходят, так у парней вообще крыша едет:
Зад у Людмилы приоткрыл - та же картина - и красно и воспалено. Наученный, вазелина большую плюху набрал - и почти пальцем не касаясь, осторожно смазываю.
Все равно - морщится, бедняжка:
Ввожу наконечник на нужную глубину, пускаю воду и вперед - к следующей кровати.
Элька на спине вытянулась, глаза закатила, под одеялом руки к животу прижаты:
Одеяло поднимаю - батюшки - в чем мать родила лежит, бритым лобком матово светится.
При их то костюмах - не линию бикини, а точку бикини делать приходится.
- Нет, голубушка, - говорю, - мне другая сторона надобна, - и лицом к стеночке ее поворачиваю.
У Эльки задик небольшой, аккуратненький, с родинкой на левой половинке, по нему рубчики от скомканной простыни отпечатались. Видно, ее заду больше всех досталось:
Венчик розовый вокруг отверстия тихонько намазал, наконечником внутри туда-сюда поводил, журчание послушал, выпрямился - смотрю - Юлька со свой кровати, на животе лежа, внимательно наблюдает. Интересно ей, видите ли. Ладно, девочка, скоро и твоя очередь.
Яна на постели спиной вверх съежилась, колени под себя подтянула, темно-русой головой в подушку зарылась - легче ей так, видно:
Не стал ей позу менять - рубашку завернул, изловчился и пальцем в смазке по расщелинке пройдясь, наконечник вставил. А как вода пошла, Янка вздохнула, и сама тихонько на бок повалилась:
Перехожу к Юлькиной постели. Та - одеяло откинула, и лежит, попку в кружевных трусиках выставив.
Они хоть и символические почти, а все равно - помеха. Осторожно, чтобы не порвать, стягиваю трусики ниже коленок, а дальше Юлька сама ногами помотала - они мимо меня и пролетели:
Ягодицы ее узенькие раскрываю, принимаюсь смазывать, а ее от боли все трясти начинает.
- Ну, милая, ну, дочка, потерпи, пожалуйста, все будет хорошо: - шепчу ей:
Они мне все вообще-то в дочери по возрасту годятся, но "дочкой" я только Юльку называл:
Осторожненько наконечник в дырочку погружаю, кран повернул, у Юльки внутри булькнуло, я застежку лифчика ей расстегнул, чтоб дышалось легче.
Стул посредине комнаты поставил, сел, дух перевожу - утомился, однако:
В цирке на гастролях подчас гримерок на всех не хватает, так что голым задом нас, как ежа - не удивишь и не напугаешь:
Но вот смотрю я на пять лежащих девиц, тылом ко мне повернутых, и, честно скажу, - впечатляет:
Еще замечаю, что все они по-разному воду в себя принимают. У Татьяны даже со спины видно, как живот ходуном ходит, а у Людмилы дыхание почти незаметно, - но и у той и у другой - как вдохнут - мешок с водой заметно пустеет.
Эля лежит, пальцами простыню комкает, колени медленно сжимает - разжимает.
Яна калачиком свернулась, руками себя за плечи обхватила и часто, по-собачьи дышит. А Юлька на боку вытянулась, одну ногу чуть ли не к груди подтянула и изредка всем телом вздрагивает.
Минут пять прошло, смотрю, мешки совсем плоские стали.
Значит - второе отделение:
Встаю, обход по кругу начинаю.
Краны перекрываю, наконечники осторожно вытаскиваю, да девчонок одеялами прикрываю, что расслабленнее были.
Лежат девицы, постанывают, но терпят.
Еще минут десять подождал, - Можно! - говорю.
Тут мои пациентки с постелей срываются, и каждая над своим ведром зависает.
Может и есть кто, кого подобное зрелище привлекает - я не из таких, к окну подошел - стал на купол цирка смотреть:
А за спиной у меня пять водопадов шумят, да так, что Ниагара с Викторией - отдыхают.
Слышу - затихать стало, бумага туалетная зашуршала, подождал чуть-чуть, поворачиваюсь - все пятеро по койкам лежат. В себя приходят:
Ну, на прощанье я им в задницы вколол кое-чего для тонуса, из личных запасов, чего в простых аптеках не продают, есть у нас свои маленькие секреты:
Из комнаты вышел, ребят-ассистентов позвал, попросил ведра вытащить и проследить, чтоб девчонок три часа никто не беспокоил. Они, правда, слегка повозмущались, но ребята отзывчивые - все сделали, а я пошел своих бурых артистов проведать, им настроение поднять, да и перекусить пора было:
Через пару часов возвращаюсь - заглядываю к девчонкам в комнату - и немею.
Никого нет, все блестит, кровати свежайшие, а запах: Весенний сад, одним словом:
- Где, - спрашиваю, - Свиридовы?
- На манеже, - отвечают, - репетируют:
Иду в цирк, из бокового прохода смотрю - точно - хоть и чуть бледнее на лицо, чем всегда, но работают чисто, с куражом:
Ну, помогло, значит:
Вечернее представление в полном объеме заявили. Я со своими мохнатыми артистами номер отработал нормально - они, голубчики, чувствуют, когда у дрессировщика на душе хорошо, и работают с удовольствием:
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
|
| |
| | И хотя мои сексуальные познания ограничивались поцелуями в подьездах, просмотром порнофильмов и тому подобной инфомацией, я знал, что нужно делать. Точнее, это все происходило как-то само по себе. Я опустился на нее и начал целовать ее губы, шею, плечи. Мои руки скользили по ее телу, ощупывая каждый сантиметр ее кожи. Я начал ласкать языком ее грудь, соски, стоявшие торчком, потом я опустился ниже и начал ласкать губами и кончиком языка ее лоно и клитор. Она начала стонать. Мне нравилось чувствовать в своих руках ее извивающееся в наслаждении тело,слушать ее стон.Я слизывал капельки влаги с ее бедер,мой язык проникал в нее и это заводило нас еще больше.Тогда я,не в силах больше сдерживать себя,вошел в нее , она отозвалась на мое движение почти звериным рыком и начала двигаться мне навстречу.Она запустила ногти в мою спину,и,хотя звучит махохистски,но мне это чертовски понравилось!Трудно описать все,что я тогда испытывал.Скажу только,что мы побывали во всех мыслимых и немыслимых позах и делали это до самого рассвета.Потом,когда мы лежали рядом на траве,я глянул на часы и громко чертыхнулся.Было 6.30 утра.Мы оделись и пошли обратно.Когда нам было нужно идти в разные стороны,она поцеловала меня и спросила,сколько мне лет.Получив ответ,она взглянула на меня,и сказала мне свой возрасть.Е-мое!Ей было 20 лет.Мы еще раз поцеловались,и разошлись.Я был настолько впечатлен всем,что произошло,что даже забыл спросить ,как ее зовут. На следующий день мы с матерью поехали домой.Она всю дорогу подозрительно смотрела на меня,пытаясь,очевидно,понять причину моего столь хорошего настроения и безмятежно-счастливой улыбки,которая красовалась на моем лице. Так все это и случилось.А я даже не знаю ее именя.На память остался только неглубокий шрам на спине,оставленный ее ногтями........ | | |
| |
|
| |
| | И думаешь, сколько же они перевидали... сколько женских пальчиков ломало для себя с них прутики, пусть не наманикюреных, без длильных ногтей, но не менее нежных ручек чем в наше время, пусть не таких раскованных и с кучей тараканов в голове, но не менее мокрых девочек от одной мысли что их будут пороть, от мысли "Меня сегодня выпорят", от мысли что бы было если б за этим подсматривал парень с соседской хаты, который ей не безразличен. Что он бы видел то как она задирает юбочку, спускает пусть не современные сексапильные трусики, а простые панталоны которые носили в те времена. От этих мыслей у нее пробегают мурашки по позвонку, а к груди до самого горла подкатывает слодострасный комочек, который одновременно так приятно щекочет и обжигает и заставляет дыхание замереть, заставляет набухнуть и затвердеть своими острыми сосочками юное тело, а сердце перестать на мгновение биться, что б потом заколотится как после хорошего кросса. А потом это все спускается теплой волной все ниже от горла к груди, по нежным лопаткам скользит к изящной талии, оставляя на спине капельки пота, и доходит до самого сокровенного, где тут же выделяется любовной росой и начинается такой сладкий и мучительный зуд, который может быть удволитворен только чувством полного и глубокого заполнение чем то твердым, теплым и пульсирующим от напряжения. И вместе с этим чувством другое чувство, чувство боли в иссеченных ягодках, которые вовремя этого всего сжимают крепкие мужские руки. И мысль о том что тебя взрослую только что пороли в этот момент придает тебе дополнительную сексуальность, чувствительность и женственность, потому что только что ты еще была нашкодившей девчонкой, которая с розовыми щечками от стыда и вожделения заголялась перед лавкой, перед своим милым, а сейчас ты уже взрослая и властная женщина, которая не смотря на то что у нее высечен весь зад, и пару полосочек розовеет чуть пониже на стройных ножках, готова свести сума и взять подконтроль любого мужчину лишь одним похотливым взглядом. И ты это делаешь настолько умело, как опытная путана и настолько при этом краснея и стесняясь как невинная девушка, и все как в первый ваш поцелуй, все как в первый раз. И не какой наигранности, только искренние чувства стыда, в перемежу с болью и желанием. Лишь одна деталь состоящие из красно-розовых полосочек ниже талии свидетельствует о том, что вы уже давно знакомы друг дружке, и о том, что это ангельско-ельфическое создание с невинным взглядом и обалденной фигуркой уже успела заслужить хорошенькую трепку, которую ради тебя любимого перенесла достойно, как леди а не как доярка которую секут в конюшне. | | |
| |
|
| |
| | "Теперь пососи мне, моя плохая девочка!" - и грающим голоском сказал мой парень. Я сидела верхом и сосала два члена, надоело, предложила прилечь. К одному легла спинкой на правый бочёк он поднял мне левую ножку, а к другому получилось животиком, вот они в вставляли мне свои небольшие члены в раскрытую письку. А самый большой окунался в мой ротик, моему парню нравилось наблюдать за тем как меня трахают, а сверху, как раз всё видно. | | |
| |
|
|
| |
| | Она поняв, что он хочет, попыталась вырваться и убежать. Даниил прижал ей руки к груди и стал снимать с нее трусики. Остальную одежду он просто разорвал. Оксана отчаянно сопротивлялась. Ему это надоело и он с размаху ударил ее по лицу. Голова Оксаны дернулась. И она заплакала, в первый раз за те два года. "Не надо! Пожалуйста не надо! Я больше не буду! Данька, нет! Нет!!!" А Даниил видел белую кожу лобка, покрытую нежными волосками. Он расстегнул ширинку и достал свой ствол. Увидев братов член, Оксана попыталась еще раз вырваться. Он развел ей ноги. Красивые, стройные ноги в темных чулках в сеточку. Потрогал влагалище. Оно было сухо. Ну да ни чего! Войдет и так. Оксана сопротивлялась но все слабее и слабее. А потом перестала и проста разрыдалась. Отпустив ей руки, Даниил коснулся груди сестры. Упругие шарики с пятнами сосков. Он коснулся их губами. Какая нежна кожа! Он и забыл, как пахнет женское тело. И он вошел во влагалище сестры. | | |
| |
|