|
|
 |
Рассказ №13589
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 18/02/2012
Прочитано раз: 49333 (за неделю: 17)
Рейтинг: 81% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Так вот, рабыня. Я тут подумал и решил, что вместе с нами ты большую часть времени будешь проводить в кляпе... потому, что так ты нам больше нравишься. - Я слышала, как он улыбается. - Однако, это не повод не выказывать благодарность существам высшего порядка. Поэтому всякий раз, когда тебе что-то даруют - похвалу, пищу, оргазм... что угодно - я хочу, чтобы ты благодарила своего господина или свою госпожу через кляп. Я хочу, чтобы каждый ответ "да" или "нет" ты произносила как "да, господин/нет, господин" или "да, госпожа/нет, госпожа". Понятно?..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Стоя рядом с Лизой, своей госпожой (или психованной сучкой) , испытывая один насильный оргазм за другим, я услышала, как в комнату входит Том. В это время я билась в судорогах очередного оргазма.
- Ай как хорошо наша рабынька упакована, прямо загляденье. Обе дырочки запечатаны?
Голос Тома уже не казался мне таким сильным и глубоким, как вчера вечером. В этот миг я осознала, что с момента моего похищения прошло всего 24 часа. Было такое чувство, что я успела прожить целую жизнь. И я обречена была жить в качестве сексуальной рабыни... сколько? Всю жизнь? Ну уж нет.
Я услышала, как говорит Лиза.
- Конечно, обе, глупый. Я держу под контролем каждую мелочь, дорогой. Каждую.
Я услышала, как они целуют друг друга. В обычной ситуации меня бы, наверно, стошнило при мысли о том, что два этих коварных садиста нежно целуются, но сейчас эти звуки лишь всколыхнули во мне новую волну сексуальных ощущений, и я испытала очередной оргазм.
- Сколько уже рабыня в таком положении? - насмешливо спросил Том. Сволочь.
- Чуть больше двух часов. По-моему, настолько похотливой сучки я в жизни ещё не видела. Хорошо, что мы наложили на это тело свои руки, чтобы выдрессировать как следует. Иначе оно точно нажило бы неприятностей на свою голову. Как пить дать.
Говоря это, она подошла ко мне и начала гладить меня по бритой голове. Это толкнуло меня за грань, пожалуй, миллионного оргазма за сегодняшний день. Я до сих пор пыталась понять, испытываю ли я на самом деле от них удовольствие. После стольких оргазмов подряд, каждый очередной был почти уже болезненным. Я вся будто состояла сейчас из одного огромного сплошного оргазма.
- Давай-ка, пожалуй, заканчивай уже играть с этим телом и готовь его к ужину. Я хочу, чтоб рабыня через полтора часа была в столовой.
- Давай-ка ты сам её приготовишь, Том? Мне самой надо готовиться к сегодняшнему выходу. Ты не забыл? Я, пока ждала тебя, целый день занималась с рабыней, а мне ещё надо готовиться к приходу Мелиссы и Грега. И вообще, как-то слишком уж это смахивает на приказ. Ты, часом, не спутал меня с рабыней, Том?
Я не видела, что они делают, а сконцентрироваться на диалоге в моём теперешнем положении было выше моих сил.
- Лиза, ну что ты. Давай не будем сейчас ссориться, мы же это обсуждали уже, помнишь? - Голос Тома звучал устало и утомлённо.
- Как скажешь, Том. Тогда я пойду приготовлю платье и парик, но командовать мной не нужно, окей? Я этого не потерплю.
С этим она шумно покинула комнату. Я услышала, как Том хихикнул и произнёс про себя: "Только что потерпела".
После этого я ощутила, что Том стоит прямо передо мной. Наклонившись, он наконец-то выключил фаллоимитаторы, заполнявшие мою киску и попку. Не скрываясь, я с облегчением выдохнула, и испытала в этот момент очередной коротенький мини-оргазм. Том начал гладить меня по бритой голове.
- Да, всё-таки хорошая рабыня получится.
Силы покинули меня, и мне было уже всё равно, кто и что обо мне говорит. Я даже не пыталась мысленно возражать ему, тяжело переводя дух. Я перестала сосать свой пенис-кляп и в ту же секунду ощутила сильный шлепок на своей левой груди.
- Кто разрешал рабыне прекращать сосать кляп, шлюха?
Я тут же возобновила сосание пенис-кляпа, безжалостно втиснутого мне в рот. Том снял с моих сосков вибрирующие зажимы, и я услышала, как они звякнули о что-то - наверно, о поверхность стола. Сказать было трудно, ведь глаза у меня по-прежнему были завязаны. Том начал гладить и тискать мою грудь.
- Так вот, рабыня. Я тут подумал и решил, что вместе с нами ты большую часть времени будешь проводить в кляпе... потому, что так ты нам больше нравишься. - Я слышала, как он улыбается. - Однако, это не повод не выказывать благодарность существам высшего порядка. Поэтому всякий раз, когда тебе что-то даруют - похвалу, пищу, оргазм... что угодно - я хочу, чтобы ты благодарила своего господина или свою госпожу через кляп. Я хочу, чтобы каждый ответ "да" или "нет" ты произносила как "да, господин/нет, господин" или "да, госпожа/нет, госпожа". Понятно?
Я устала до того, что у меня не было сил даже изображать гнев. Я лишь кивнула и промычала "да, господин" в свой кляп: "ва, вафаи".
После этого в комнату вошла Лиза и, подойдя ко мне, начала отстёгивать поводок.
- Ну а теперь, рабыня, разве госпожа не подарила тебе сегодня много оргазмов?
Том разговаривал со мной, как с пятилетней девочкой.
-... ва, вафаи.
- И что же мы говорим, когда нам что-то дарят, дрянь?
Он продолжал разговаривать всё в том же унизительном тоне. Самое страшное, что мысленно я даже не противилась такому обращению. Я всё ещё приходила в себя после пытки оргазмами. Сейчас меня заставляли поблагодарить за это полоумную суку, и я даже не сопротивлялась. Пытка отняла слишком много сил, и сопротивляться всё равно было бесполезно.
-... вафиа, вафава.
- И за что же благодарит меня эта сучка?
В голосе Лизы явно слышался смешок.
-... вафива ам а вафы ауавмы, вафава.
- Ай, ну какая замечательная у нас рабыня, дорогой, - проворковала Лиза Тому. Она даже не сказала "на здоровье" или что-нибудь вроде этого за все мои старания. Сука полоумная.
Я услышала, как Том и Лиза снова чмокают губами, целуясь. Затем Лиза подошла ко мне и, взяв за цепь поводка, отвела меня обратно в подвал, в "мою комнату". Там она сняла с меня повязку и кляп, предупредив, что мне не следует говорить ни слова. Пришлось подчиниться ей, пробормотав "да, госпожа" в свой кляп перед тем, как она сняла его. Она приковала меня к душу и быстро помыла. Затем она усадила меня на стул и пристегнула к нему браслетами. Она взяла с собой косметику и начала накрашивать меня. Я заметила висящее на стене длинное чёрное платье, и мне стало интересно - неужели она и сама собирается здесь прихорашиваться.
Покончив с косметикой, она поднесла ко мне зеркало. Вид у меня был вполне ничего, даже с учётом выбритой головы. Она накрасила меня с большим мастерством, почти профессионально. Затем она отстегнула меня от стула и тут же сковала мне руки за спиной. Сковав вместе также и лодыжки, она взяла цепь, свисавшую с потолка, и пристегнула мне к ошейнику. Она отошла к стене, вернулась с чёрным платьем и начала надевать его на меня - расстёгивая каждый браслет на запястье, чтобы продеть туда платье, после чего сразу же застёгивая его обратно.
Это ошеломило меня. Ради какой-такой цели им потребовалось меня разодеть? Платье было офигенное, из какого-то шелковистого материала, и спускалось до пят. Оно плотно облегало моё тело, и тоненькие бретельки удерживали его на плечах. Сверху оно было таким тесным, что приподняло мне груди, образовав гигантское декольте. Оно обтягивало меня так туго, что казалось, будто на мне корсет, и Лиза действительно затянула сзади на спине какие-то шнурки.
Лиза вышла из моего поля зрения и вернулась с большой коробкой в руках. Там находился пышный русоволосый парик, выполненный точь-в-точь как моя прежняя причёска, которую они с меня сбрили. При виде его я расплакалась, но Лиза проигнорировала это и бесцеремонно водрузила парик мне на голову. Внутри он был отделан чем-то похожим на резину, и обхватил мне голову как перчатка. Парик сел прочно, его можно было снять только вручную. Это было странное, нереальное чувство - ощущать на себе "волосы" после того, как вчера тебя побрили наголо.
Лиза рассыпала эти роскошные волосы мне по плечам. Затем она подошла ко мне с какой-то штуковиной и поднесла её мне ко рту. Не сопротивляясь, я открыла его, с опаской глядя на металлическое устройство. Она поместила этот ужас мне в рот и начала колдовать с кляпом, закончив лишь тогда, когда эта гадость раскрыла мне рот почти до отказа. Я лишь вздохнула и смирилась со своей участью на ближайший вечер. Я пообещала себе, что утром соберусь со свежими силами.
Затем Лиза подошла ко мне с парой туфелек на шпильках - высоченных, я таких ещё никогда не видала. Она надела их мне на ноги, и они пришлись впору. Где-то внутри меня шевельнулась злость, они явно вызнали мой размер ноги перед тем, как похитить. Что ещё они обо мне знали? И как, чёрт побери, они смогли узнать даже такую мелочь, как размер ноги? Интересно, сколько они следили за мной, прежде чем захватить в плен. Впрочем, сил на то, чтобы выказать гнев, у меня не было, и он растворился почти так же быстро, как и возник.
- Стоять, - как собаке, приказала мне Лиза. Я тут же взглянула на свою клетку и поняла, что именно ею я, в сущности, и стала.
Лиза подошла к шкафчику на другом конце комнаты и извлекла оттуда что-то чёрное. Вернувшись, она показала мне чёрный кожаный рукав, который собиралась надеть мне поверх кистей и локтей. Я лишь уставилась на эту перчатку перед собой с раскрытым ртом, который распирала металлическая штуковина.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Бармалей задерживался в командировке, потому вместо воскресенья Данияр направился на базар в субботу. Все его коллеги уже давно предпочитали супермаркеты, а ему вот нравились шумная разноголосица и пестрота, открытость и доброжелательность продавцов. Разве с ними сравнишь стерильную дежурную вежливость менеджеров маркетов. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я сел на колени меж ее ног, слегка раздвинув их. Глядя в ее глаза, налил жидкость в обе ладони. Подождал, пока она согреется в моих горячих от трения ладонях и профессиональным отработанным движением провел от ступней до бедер, слегка сжимая и разогревая мышцы ног. Обоими руками работал то с одной, то с другой ее тонкой стройной ножкой. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Видимо этот самец настолько знал своё дело что иногда я думал что она потеряет сознание - она стонала, выла, рычала, у неё закатывались глаза, текли слезы а он так и не собирался кончать как я понял. В какой-то момент я вышел Михаил, поднял ее на руки, вставил в неё, вынес в холл, положил на стол и продолжил трахать ее, держа ее ноги на своих плечах... спустя какое то время он вытащил из неё свой член, перевалил ее через боковину дивана, снова вошёл сзади и начал с одной огромной скоростью сношать ее уже привыкшую к его размеру киску своим великаном. И наконец он изменил дыхание, увеличил темп а потом резко вытащил член и скинув презерватив начал кончать ей на спину. Жена резко развернулась и стала жадно сосать его член, благодарно глотая остатки спермы своего любовника. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Вот - постановка на воинский учёт: мы, уже почти старшеклассники, в трусах и плавках ходим со своими личными делами из кабинета в кабинет, - нас собрали в горвоенкомате из двух или трех школ, и мы хорохоримся друг перед другом, мы отпускаем всякие шуточки, травим какие-то байки, тем самым подбадривая себя в непривычной обстановке; в очереди к какому-то очередному врачу я как-то легко и естественно, без всякого внутреннего напряга знакомлюсь с пацаном из другой школы, - он в тесных цветных трусах, и его "хозяйство" слегка выпирает, отчего спереди трусы у него ненавязчиво - вполне пристойно и вместе с тем странно волнующе - бугрятся, а сзади трусы обтягивают упругие, скульптурно продолговатые ягодицы, и вид этих ягодиц, сочно перекатывающихся под тонкой тканью трусов, привлекает моё внимание не меньше, чем ненавязчиво выпирающее "хозяйство" спереди, - я то и дело украдкой бросаю на пацана мимолётные взгляды - смотрю и тут же отвожу глаза в сторону, чтоб никто не заметил моего интереса; в очереди к какому-то очередному врачу он у меня неожиданно о чём-то спрашивает, я удачно отвечаю ему, он смеётся в ответ, глядя мне в глаза, и спустя какое-то время мы уже держимся вместе, занимаем друг другу очередь к очередному врачу, то и дело перебрасываемся какими-то ничего не значащими фразами, и когда всё это заканчивается, он, надевая брюки, зовёт меня к себе - послушать музыку; я соглашаюсь, - он живёт недалеко, и спустя менее получаса мы у него дома действительно слушаем музыку, а потом он показывает мне самый настоящий порнографический журнал; листая глянцевые страницы, я жадно рассматриваю не кукольно красивых женщин, а возбуждённых молодых мужчин, в разных ракурсах имеющих этих самых женщин и сзади, и спереди - во все места, - впитывая взглядом откровенные сцены, я, конечно же, мгновенно возбуждаюсь: мой член, наливаясь упругой твёрдостью - бесстыдно приподнимая брюки, начинает сладостно гудеть, и пацан - мой новый знакомый - тыча пальцем в глянцевую страницу, на которой загорелый парень, держа девчонку за бёдра, с видимым удовольствием засаживает ей в округлившееся очко, странно изменившимся голосом смеётся, глядя мне в глаза: "Не понимаю, зачем всовывать туда - девке... ну, то есть, в жопу - в очко... всовывать девке очко - зачем? В жопу вставляют, когда девок нет... в армии или в тюряге - там, где девок нет, парни это делают между собой... прутся в жопу - кайфуют в очко... а девке туда всовывать - зачем?" - пацан смотрит на меня вопросительно, и я, чувствуя, как стучит в моих висках кровь, пожимаю плечами: "Не знаю... "; невольно скосив глаза вниз, я замечаю, что брюки у пацана, сидящего на диване рядом, точно так же бугрятся, дыбятся, и оттого, что он, сидящий рядом, возбуждён точно так же, я возбуждаюсь ещё больше; мы молча листаем журнал до конца; "Вот - снова в очко... " - пацан, наклоняясь в мою сторону, тычет пальцем в предпоследнюю страницу, и я, стараясь незаметно стиснуть ногами свой ноющий стояк, невнятно отзываюсь в ответ какой-то нейтральной, ничего не значащей куцей фразой; мы ещё какое-то время слушаем музыку, - возбуждение моё не исчезает, оно словно сворачивается, уходит в глубь тела, отчего член медленно теряет пружинистую твёрдость; когда я ухожу, у меня возникает ощущение, что пацан явно разочарован знакомством со мной - он не говорит мне каких-либо слов, свидетельствующих о его желании знакомство продолжить; а я, едва оказываюсь дома, тут же раздеваюсь догола - благо дома никого нет, родители еще на работе - и, ложась ничком на свою тахту, начинаю привычно содрогаться в сладких конвульсиях, - судорожно сжимая ягодицы, елозя сладко залупающимся членом по покрывалу, тыча обнаженной липкой головкой в ладони, подсунутые под живот, я думаю о пацане, который приглашал меня в гости послушать музыку... перед мысленным моим взором мелькают страницы порножурнала - я думаю о пацане, давшим мне посмотреть этот журнал, и мне кажется, что я понимаю, зачем он мне его давал-показывал, - мастурбируя, я представляю, что могло бы случиться-произойти между нами, если бы... если бы - что? |  |  |
| |
|