|
|
 |
Рассказ №14685 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 11/06/2013
Прочитано раз: 59024 (за неделю: 17)
Рейтинг: 82% (за неделю: 0%)
Цитата: "Бля-а-а-а-адь: какой ка-а-айф: чувствовать эту разгорячённенькую уже такую вот донельзя Викторьичку прямо вот именно из её, переполненных до отказа спермой, кишочков!!! А-ай: кака-а-ая ж она сладкая-то, ссучка!!! Как меня заводят эти остренькие такие вот её лопатки, плечики, не говоря уже, конечно же, и про талию! Да одни даже только волосы её вот эти вот белокурые и блядские, искрящиеся от солнца, чего стоят!!!..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
- А-а-ай!!! Серё-о-о: О!!! О!!! О-о-оженька: Не на-адо!!! - как-то судорожно аж прямо так задёргалась Принцесса, уже перед тем почти, как мой указательный палец зашёл в её анальное отверстие полностью, давая мне просто необыкновенно как остро чувствовать, что передо мною сейчас самка и возбуждая меня тем самым просто дико как!!!
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
|
| |
| | У Игоря Васильевича Ивановой была самая большая коллекция женских трусиков. Розовенькие, голубенькие, беленькие, ярко красные, черные, с гипюром и без, с узорами, кружавчиками и вышивкой. Были близкие по форме к мужским плавкам и длинные, облегающие ляжки, как мужские "семейные трусы". В горошек и цветочек, с "окошками" и глухие, и бог весть, какие еще. Он мне сам об этом рассказал, и я имел возможность в этом удостовериться, так как видел очень большую часть его собрания. В любых женских трусиках его член вызывал с моей стороны совершенно бешеную реакцию. Говоря самокритично, наши свидания носили с моей стороны любовно припадочный характер. Меня начинала быть лихорадка. Я устремлялся в кабинку, закрывал за собой дверь, сбрасывал с себя полотенце, которым был опоясан, - и с вознесенным к пупу членом приближался вплотную к Игорю Васильевичу. Обнимал его и сильно упирал свой член в его, находящийся в трусиках. Или под поясом для чулок. Или в трусиках, поясе и в дамской комбинации. Игорь Васильевич никогда не надевал бюстгальтер, потому что у него была костлявая грудная клетка, прорезанная с обеих сторон ребрами. Но и без бюстгальтера он смотрелся во всем остальном или только в чем-то одном, как настоящая женщина. Нет, как дама, оказавшаяся внезапно голой под взглядом незнакомого мужчины. | | |
| |
|
| |
| | Максим целует меня в губы (удивительно приятно) , гладит по щечке, по горлышку. И опять целует низ шеи, в ямку под горлышком. Я запрокидываю голову и не шевелюсь. Ну вот, разнежилась! Мой ухажер расстегнул курточку и занялся верхней пуговкой на кофточке. Вот для чего у нее застежка спереди - сейчас его рука пролезет за пазуху, к моим титям, к моим белым грудочкам. Изо всех сил сжимаю в кулаке лежащие ниже пуговички, не даю их расстегнуть. Максим все понял правильно и дальше не продвигается. Увлеченно целует мою шею, а рука-хулиганка опять опустилась на ляжку и пытается ее поглаживать. | | |
| |
|
| |
| | Жениться на нашей ПРИСЛУГЕ! Я таких случаев не знаю. Хотя, был в русской истории пример, когда один граф или князь женился на своей крепостной актрисе. Говорят, актриса отказывала своему барину. Он ее для начала выпорол. Вот так сказал: "ложись на скамейку". Она подол подняла и легла. Трусов крепостные, наверное, не носили, лежала она с голой попой. И барин начал ее пороть, Чем? Розгами, наверное, а может и ремнем, по голой то попке. Она кричала, а потом сдалась, легла под барина и он ее трахал всю ночь. После этого актриса и согласилась выйти за него замуж. | | |
| |
|
|
| |
| | После предельно глубокого ввода, девушка выгнула спину, откинула голову немного назад, сомкнула веки и, остановившись, замерла, оценивая свои ощущения от только что впущенной внутрь себя горящей плоти! Вскоре она очнулась, открыла глаза и, нагнулась вперед ко мне, уперев руки в топчан, а я обхватил ладонями ее узкую талию и, приподняв свои бедра, еще раз затолкнул член в половую щель, насколько это было возможно. Заняв удобную позицию, Надя поднимала ягодицы, с хлюпаньем освобождая член из расселины до самого кончика головки, а потом со сладким стоном садилась на него, загоняя снова вглубь по самые яйца! | | |
| |
|