|
|
 |
Рассказ №14862 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 10/09/2013
Прочитано раз: 64724 (за неделю: 32)
Рейтинг: 62% (за неделю: 0%)
Цитата: "По мнению журналиста, эффект Островского состоит в том, что у каждого человека есть определённые особые моменты в жизни, когда он неминуемо влюбится в того, кто окажется рядом и с кем он обменяется взглядом. Биолог, по мнению журналиста, как раз и подвёл материальную базу под идею Островского. Однако, в статье ничего не говорилось о подробностях сочетания физического времени с биоритмами...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Мне вспомнилось, как иногда маменька вдруг заявляла: "Я просто влюблена в синий цвет!". Или, глядя на юбку: "Я влюблена в косую клетку!". И так бывало много раз по разным поводам. Причём, все эти влюблённости как-то незаметно проходили без всяких последствий, а окружающие (и я, в том числе) думали, что "влюблённость" - это только форма речи, но не более. А оказалось, что в этих словах о влюблённости есть некоторый реальный смысл. Возможно даже, что смена сексуальной ориентации происходит именно потому, что в нужный момент на глаза попался субъект не того пола, какой нужен для продолжения рода.
В общем, настал день, когда у маменьки должен реализоваться эффект Островского. С самого утра я каждые полчаса смотрел на часы, боясь пропустить решающую минуту. По мере приближения ожидаемого момента, я всё чаще и чаще обращался к часам, которые даже надел на запястье, хотя обычно этого не делал. За полчаса до нужной минуты маменька вдруг собралась идти в магазин за продуктами. Я испугался, что там она может встретиться взглядом не со мной, а с каким-нибудь другим человеком или, даже, засмотреться на какой-нибудь рогалик и потом будет говорить: "Я теперь просто влюблена в рогалики!". Поэтому я напросился идти в магазин вместе с мамочкой. Она даже не удивилась моей просьбе, так как уже привыкла к тому, что я всё время кручусь возле неё.
Когда мы шли по улице, я чуть-чуть отстал от неё, чтобы можно было смотреть на часы не привлекая внимания. Как только до нужной минуты остались считанные мгновенья, я сказал:
- Мамуля, мне что-то попало в глаз. Посмотри, пожалуйста!
Мамуля подошла ко мне, вынула из сумочки чистый платочек, приподняла веко на моём глазу, внимательно всмотрелась в глаз... . Но тут с ней что-то произошло - она вздрогнула, прижалась щекой к моей щеке и нежно прошептала мне на ухо: "Милый, у тебя в глазу только любовь... и ничего другого...". Потом она слегка отодвинулась от меня, радостно-светящимся взглядом почти тактильно погладила меня по лицу, неожиданно чмокнула меня в нос, засмеялась и, схватив меня за руку и легко пружиня на носочках туфель, игриво побежала, увлекая меня за собой.
Я ликовал - всё получилось!!!
В магазине маменька продолжала держать меня за руку и ежеминутно улыбалась, заглядывая мне в глаза. Она радостно накупила всяких сладостей и мы, всё так же держась за руки, пошли домой.
Дома мы сложили покупки на кухне и уселись на диван в зале. Маменька скинула туфли, подобрала под себя ножки и прикрыла их юбкой. Она взяла мою ладонь и прижала к своей щеке, нежно и радостно глядя мне прямо в глаза.
- Ах, какая я была бесчувственная!! Ведь я же давно видела, что в твоих глазах светится что-то необыкновенное! А я не понимала и, даже, как-то опасалась... неизвестно чего.
С этого дня мамуля сильно изменилась. Во-первых, из голоса исчезла раздражительность и грустная унылость. Теперь она, порхая по квартире, часто напевала что-то жизнерадостное в стиле "тра-та-та-..." , а на меня взглядывала только с улыбкой в сияющих глазах. Если я подходил к ней сзади, когда она работала на кухне, то её можно было обнять без сопротивления с её стороны. Мало того, она даже замирала и слегка откинув голову, прижималась своей щекой к моей. Во-вторых, теперь она перестала ходить по квартире в халате, а стала носить дома элегантные наряды и, даже, туфли и кое-какие украшения, чего раньше никогда не было.
По этому поводу мне припомнилась картина Тициана "Любовь земная и любовь небесная". Там женщина, символизирующая земную любовь, изображена в пышном нарядном платье. По моему мнению, это должно было означать, что в земной любви есть некоторая скрытая ТАЙНА, наличие которой привлекает и оказывает возбуждающее действие. А кроме того, как мне кажется, наличие одежды на этой картине говорит о том, что у земных людей имеется воля - то есть земная женщина может снять платье, а может и не снимать... . Эта мысль, видимо, как-то перекликается с рассуждениями английского историка Тоинби о том, что ангелы (то есть существа не земные, а небесные) не имеют воли.
Возможно, поэтому ангелов изображают обнажёнными, а любовь небесная на картине Тициана не имеет одежды. Женская одежда, благодаря многолетним усилиям дизайнеров и собственным индивидуальным ухищрениям бесчисленных поколений соблазнительниц, как бы говорит: "А вот посмотри-ка сюда потенциальный любовник. А вот попытайся проникнуть похотливым мысленным взором туда, куда манит щелка разреза или туда, где кружева и полупрозрачная вуаль как бы скрывают нежную мякоть желанной плоти". Однако, на самом деле, кружева и вуали не только ничего не скрывают, но создавая иллюзию ТАЙНЫ только усиливают завлечение того, на кого расставлены эти эротические капканы.
А щелки разрезов почти откровенно ассоциируются с тайно-манящими щелками женских гениталий. А нейлон женских чулок?! Он из обычных нижних конечностей волшебным образом творит "опиум для народа"!! Потому-то, заглядывая под юбку к женщине, поднимающейся по лестнице, получаешь намного больше эротических эмоций, чем разглядывая почти обнаженных дам на пляже. А остренькие каблучки туфель? Да это же просто клиторы какие-то... только смело выставленные на всеобщее обозрение, чтобы вместе со стройными ножками служить ходячим символом эротических надежд и... обещаний... И когда, эротично покачиваясь на этих клиторах, дама идёт по коридору, невозможно оторвать взгляд от зада, выписывающего волшебные "восьмёрки" и как бы подмигивающего в игривом задоре тайного флирта...
У нас в доме стали летать флюиды романтичности, причём, как мне казалось, без всякой примеси эротики. Во всяком случае, я чувствовал только радостную восторженность при взгляде на мою любимую мамочку, но не испытывал никакого зуда похотливости. Когда я обнимал мою милую мамулю, то во мне жило только тёплое умиротворение и спокойное ощущение полного счастья.
Ощущение счастливого равновесия в моей душе как-то само собой отодвинуло куда-то вдаль потребность в избавлении от гормонов. А ведь раньше, (до начала всей этой истории) я почти ежедневно должен был мастурбировать, чтобы снимать внутреннее напряжение, не дававшее покоя и заставлявшее думать только на эротические темы.
Но, вот однажды произошло нечто необычное. Мамуля что-то делала на кухне. Я подошёл сзади и легонько обнял её. Коснувшись губами её ушка, я вдруг ощутил как она обмякла, а потом неожиданно для меня, передвинула мои ладони на свою чудную грудь...
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |
 |  | Я не просила этой любви, я вообще не просила никакой любви. И его любовь я старалась не замечать. В конце концов, как можно заметить то, чего не было, и, скорее всего никогда не будет? Но чем больше я ничего не видела, тем сложнее было ничего не видеть, пока в один из дней я не поняла, что дышать больше без него не могу, и, скорее всего уже не буду. Вот тут то и начался кошмар - губы, которые до этого использовались только для разговора, начали искать его губы, а тело жаждать его ласки. Он же, как непревзойденный змий-искуситель, поддерживая разгорающуюся страсть, искал параллельно пути к отступлению. Добившись своего - нет не банального секса, но чувственности и желания, испугался за свое доброе имя и не найдя способа лучше - отдалился. Я же, не заметив перемены, по прежнему льнула к тому, чей образ стал для меня подобен ангелу и богу, и чьи ласки возносили на пик блаженства. Возможно ль, содрогаться всем телом от одной мысли о поцелуе и желать объятии так, что сердце забывая биться, замирало. Каждую ночь, каждую проклятую ночь, я надеялась, нет, я искренне верила, что он не лжет, что он любит. Я жила только его словами о безграничной любви и истинной преданности. Но в тот миг, когда я поверила и сдалась, когда раскрыла губы навстречу его ищущим губам - я проиграла. И дело не в том, что, добиваясь цели, мужчина ищет новую цель, а лишь в том, что, достигнув ее, он боится ее последствии и, поджав хвост, возвращается в конуру, которую сам себе отвел. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наконец его губы смыкаются на моем клиторе, язык настойчиво скользит по всей влажной расщелине, совершает круговые движения по анусу, два пальца проникают в вагину. Я вздрагиваю и стону в этом безумстве, его пальцы то ускоряют темп, то останавливаются. Внезапно он вставляет мокрый палец в мой анус, я вскрикиваю от непривычного ощущения. Одной рукой ласкает клитор, другой - стимулирует анальное отверстие, пока я не кончу. Потом входит в меня, я обвиваю ногами его бедра, чтобы как можно глубже вобрать его в себя и начинается бешеная скачка. Я закрываю глаза от невыносимого удовольствия, кусая губу, наши тела покрываются испариной, Димино горячее дыхание, его тихие стоны необычайно распаляют. Его губы такие сочные и терпкие от выпитого шампанского, мне хочется, чтобы его вкус и запах остался на моей коже, как можно дольше. После оргазма, находясь в истомном состоянии, я чувствую, как его семя стекает по моим бедрам. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я понял, что сейчас кончу и сделаю это прямо сейчас. Я содрогнулся в пароксизме удовольствия и почувствовал как моя сперма, вытекая из члена, просачивается сквозь колготки во влагалище этой обалденной женщины. Я задвигался, под сидящей на мне женой, наращивая темп, и грозя разрушить эту хрупкую конструкцию созданную нами. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Она так безумно хотела писать, что едва могла сконцентрироваться на дороге. Хуже всего было то, что она не могла сжать ноги вместе. В лучшем случае, она иногда держала руль одной рукой, нажимая левой рукой между ног и поправляя трусики, когда они особенно давили на раздувшийся живот. Ее желание писать было так велико, что при каждом ухабе, даже при каждом вздохе она в ужасе замирала, боясь, что уже писает на сиденье. Рядом стонала Кендра, едва не теряя сознание. Она могла думать только об одном - как не описаться. Боль и жжение было невыносимо. |  |  |
| |
|