Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 19/09/2014
Прочитано раз: 52485 (за неделю: 12)
Рейтинг: 68% (за неделю: 0%)
Цитата: "Удивительно проворная Настя, зажала член между пальчиками ножки и дрочила его одной ступнёй. Пальчики же второй ступни, я, покрывал поцелуями, обсасывал их по отдельности, проводил языком между ними. Раскрыв рот, я одновременно засовывал туда все пальчики ножки, и ступня смешно торчала из моей пасти. Затем, я облизывал всю ступню языком, и особенно тщательно пятку Насти. Ей не было щекотно, несмотря, на то, что она боялась этого. Наоборот, сексуальное возбуждение только усиливалось...."

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

     Настя закинув ножки вверх, стянула свои красивейшие трусики. Затем она притянув меня за шею, затолкала пальцами эти трусики мне в рот. Пока я соображал что происходит, она скатала один чулок, затем второй и тоже затолкала их мне в рот. Показав жестом, что я должен расположить голову между её коленок, она начала под моим взглядом, энергично тереть ладошкой свои половые губки и клитор.

     - На, пялься. Пялься, сколько хочешь.

     Настя была сильно возбуждена. Между ножек у неё было очень влажно. Она закрыла глаза от удовольствия, она свободной от трения рукой, сдавливала свою грудь. Было видно, что она вот-вот кончит. Поняв это я выплюнул изо рта, смешно висящие оттуда трусики и чулки и припал ртом к её клитору. Не успел я пару раз лизнуть его и слегка пососать, как Настя погрузилась в оргазм, трясясь, и бурно изливаясь мне в рот. Она кончала долго. Она стонала и дрожала. Она сильно прижимала мой рот к своей промежности. Она кончала одним словом.

     Отдышалась. Открыла глаза. Ослабила хватку, перестав сдавливать мою голову бёдрами. Тело покрылось лёгкой влажной испариной.

     - Боже мой, какой кайф!

     - Тебе понравилось?

     - Не то слово. Ты сказочный любовник. Ты претворил все мои мечты в реальность.

     - Да ладно уж.

     - Ой! Да ведь у тебя ещё стоит. Сейчас я минет сделаю.

     - Не парься. Не надо минета. Подрочи мне ещё немного ножками. Мне очень понравилось. Хочу тебе кончить на ступню.

     - Ого! Мне будет приятно. Мне тоже понравилось ножками. Давай, начну.

     Я опять откинулся назад, а Настя хотела обнять мой член ступнями, но я дал ей возможность лишь одной ступнёй коснуться его. Вторую ступню я продолжил держать в руках и стал покрывать поцелуями.

     - Вау! - глаза Насти полузакрылись от удовольствия. - Ты меня опять возбуждаешь!

     - Разве это плохо! - на секунду прервав оральные ласки её маленькой ножки, промычал я.

     - Нет. С таким любовником я готова заниматься сексом без остановки.

     Удивительно проворная Настя, зажала член между пальчиками ножки и дрочила его одной ступнёй. Пальчики же второй ступни, я, покрывал поцелуями, обсасывал их по отдельности, проводил языком между ними. Раскрыв рот, я одновременно засовывал туда все пальчики ножки, и ступня смешно торчала из моей пасти. Затем, я облизывал всю ступню языком, и особенно тщательно пятку Насти. Ей не было щекотно, несмотря, на то, что она боялась этого. Наоборот, сексуальное возбуждение только усиливалось.

     Тоже самое я проделал и со второй ступнёй, поменяв их местами. Настя с удовольствием принимала от меня такие ласки. Она ласкала себя пальчиками между ножек и смотрела, как я целую её ступню. Она пару раз поднимала ножку и легонько била меня по макушке, лицу, губам.

     Настало и мне время излиться. Почувствовав, что скоро это произойдёт, я чуть отстранился, взял обе настины ступни одной рукой и держал перед своим членом, а второй рукой стал дрочить.

     Я испытал сказочный оргазм, выплёскивая на верхние стороны ступней Насти и её пальчики ножек большое количество спермы. Она выталкивалась и выталкивалась новыми порциями и казалось, что конца не будет.

     Когда перестало течь, я поднял глаза и встретился с счастливым взглядом Насти.

     - Как тёпленько ножкам! Так приятно! Она растекается. - полуигривым тоном прощебетала она. А потом чуть заинтриговано. - Слижи её.

     - С удовольствием.

     - Только не глотай. Я хочу, чтоб ты мне её в ротик спустил...

     - Через несколько минут мы стояли с Настей, страстно прижимаясь друг к дугу, и нежно целовались. Наши настойчивые языки исследовали полости ртов. Новые вкусы от смеси слюны и спермы будоражили желания.

     Настя отстранилась и виновато посмотрела в мне глаза.

     - Я ничего такого, что тебе не понравилось не сделала?

     - Нет, всё было очень здорово.

     - Спасибо... - выдохнула она и в жалась в мои объятия. - Я так давно мечтала о таком мужчине.

     После паузы.

     - Может быть и ты хочешь меня помучать?

     - Почему бы и нет?

     - А я уже хочу. - Настя мечтательно закатила глаза...

     . .

     Но это уже другая история...

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Оцените этот рассказ:

Читать из этой серии:

Читать также:

»
»
»
»



Выбор редакции
		Как классно я так скучала по этому моменту - подумала я и стала стонать и кричать: "О-о-о! Я блядь! Еби меня! Еби, Еби, Еще, Еще сильнее" : Я чувствовала, что моя жопа вот-вот кончит, а Андрей все продолжал меня драть. Моя дырка увлажнилась и захлюпала. Я решила помочь Андрею и стала помогать ему, двигаясь на его члене во всю длину, тут я поплыла и кончила, да так сильно, что из жопы потекла струйка по яйцам: "Вот шлюха, потекла, как последняя блядь" - подумала я и тут я почувствовала что меня еще и в рот ебут: Я так и не помню в какой момент Игорь всунул мне в рот, но от таких ощущений я опизденела и попробовала двигаться с одного хуя на другой. В жопе появились новые ощущения, как будто мышцы в ней двигались вместе с хуем, а затем анус стал непроизвольно сжиматься, плотно обхватывая хуй Андрея.
[ Читать » ]



Выбор читателей
		- Погоди, - сказал Вадик, повернулся ко мне спиной, мою левую руку положил себе на живот, а правую обратно на свой член. Получилось, что я обнимаю его сзади, прижимаясь животом к его попке, и держу его член как держал бы свой. Дрочить так было гораздо удобнее, и я заработал рукой, стараясь доставить Вадику как можно больше удовольствия. Мне было неизвестно, как ему нравилось это делать, но я решил дрочить, как себе, и начал нежно, сначала несильно двигая кожицу и слегка сжимая член, постепенно увеличивая амплитуду и время от времени сжимая член посильнее, меняя скорость и ритм и делая короткие паузы. Другой рукой я чувствовал, как сокращаются мышцы его живота, своим животом чувствовал движения его ягодиц, мой членик бился о его ноги, низ живота у меня отяжелел. Не прошло и минуты, как он застонал и начал кончать, слышно было, как сперма шлёпается на вымощеный плиткой пол. Его тело содрогалось в моих руках, и то, что я доставил ему такое удовольствие, наполнило моё сердце радостью, я был счастлив!
[ Читать » ]



Выбор читателей
		... На этот раз она не экспериментировала, устроила нормальный мощный трах. Забег на длинную дистанцию. Она даже вспотела, капельки повисали на носу и падали мне на живот и грудь. Я, впрочем, тоже был и мокрый и потный, хотя моё участие было минимальным - я пытался подаваться ей навстречу, но от волнения часто сбивался с ритма, а она лишь крепче обнимала мою шею одной рукой и плотнее насаживалась. Движения её стали максимально размашистыми, её попка летала вверх-вниз, она часто соскакивала с конца, поэтому другую руку она завела за спину и контролировала прицел. В конце концов она так разошлась, что, соскакивая с конца, она опять точно попадала в цель без помощи руки, во дела! Бешеная гонка продолжалась минут десять, думаю. Кончили мы почти одновременно, в этот раз я её опередил на полкорпуса, как говорится. Она упала на меня и так мы провалялись очень долго, молча лежали, пока вода не остыла окончательно. Кончик мой оставался в ней, я ощущал, как пульсирует её попка, как она мягко, но настойчиво выталкивает моего дружка наружу. Как морковку... На мой вялый теперь уже кончик упало пару капель из неё - сам же только что наспускал в подшефную. Как это назвать? Я задумался - слово сперма мне не нравилось, какой-то медицинский термин, типа. Старушка называла это малафьёй - я раньше такого слова не слышал и оно мне тоже не понравилось: малафья - это то, чем брызгает Карабах-барабах. А я? Назову-ка я это дело - конечный крем. Логично, не так ли - в конце из конца брызжет конечный крем, нормально. Я кончаю - это конечный крем, она кончает - это пусть будет пип-крем. У всякого явления должно быть имя.
[ Читать » ]



Случайный рассказ
		Их роту, роту молодого пополнения, сержанты привели в баню сразу после ужина, и пока они, одинаково стриженые, вмиг ставшие неразличимыми, в тесноте деловито мылись, а потом, получив чистое бельё, в толчее и шуме торопливо одевались, сержанты-командиры были тут же - одетые, они стояли в гулком холодном предбаннике, весело рассматривая голое пополнение, и Денис... вышедший из паром наполненного душевого отделения, голый Денис, случайно глянувший в сторону "своего" сержанта, увидел, как тот медленно скользит внимательно заторможенным взглядом по его ладному, золотисто порозовевшему мокрому телу, еще не успевшему утратить черты юной субтильности, - Денис, которому восемнадцать исполнилось буквально за неделю до призыва, был невысок, строен, и тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в безупречной плавности линий юно привлекательную мальчишескую грациозность, выражавшуюся в угловатой мягкости округлых плеч, в мягкой округлости узких бедёр, в сочно оттопыренных и вместе с тем скульптурно небольших, изящно округлённых ягодицах с едва заметными ямочками-углублениями по бокам - всё это, хорошо сложенное, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, самым естественным образом складывалось в странно привлекательную двойственность всей стройной фигуры, при одном взгляде на которую смутное томление мелькало даже у тех, кто в чувствах, направленных на себе подобных, был совершенно неискушен; из коротких, но необыкновенно густых смолянисто-черных волос, ровной горизонтальной линией срезавшихся внизу плоского живота, полуоткрытой головкой свисал книзу вполне приличный, длинный и вместе с тем по-мальчишески утолщенный - на сосиску-валик похожий - член, нежная кожа которого заметно выделялась на фоне живота и ног более сильной пигментацией, - невольно залюбовавшись, симпатичный стройный парень в форме младшего сержанта, стоя на чуть раздвинутых - уверенно, по-хозяйски расставленных - ногах, смотрел на голого, для взгляда абсолютно доступного Дениса медленно скользящим снизу верх взглядом, и во взгляде этом было что-то такое, отчего Денис, невольно смутившись, за мгновение до того, как их взгляды могли бы встретиться, стремительно отвёл глаза в сторону, одновременно с этим быстро поворачиваясь к сержанту спиной - становясь в очередь за получением чистого белья... и пока он стоял в очереди среди других - таких же голых, как он сам - парней, ему казалось, что сержант, стоящий сзади, откровенно рассматривает его - скользит омывающим, обнимающим взглядом по его ногам, по спине, по плечам, по упруго-округлым полусферам упруго-сочных ягодиц, - такое у него, у Дениса, было ощущение; но когда, получив нательное бельё - инстинктивно прикрывая им низ живота, Денис повернулся в ту сторону, где стоял сержант, и, непроизвольно скосив глаза, мимолётно скользнул по лицу сержанта взглядом, тот уже стоял к Денису боком - разговаривал о чем-то с другим сержантом, держа при этом руки в карманах форменных брюк, и Денис, отходя с полученным бельём в сторону, тут же подумал, что, может, и не было никакого сержантского взгляда, с неприкрытым интересом скользящего по его голому телу, - Денис тут же подумал, что, может быть, всё это ему померещилось - показалось-почудилось... ну, в самом деле: с какой стати сержанту - точно такому же, как и он, парню - его, голого парня, рассматривать? - подумал Денис... конечно, пацаны всегда, когда есть возможность, будь то в душевой или, скажем, в туалете, друг у друга обязательно смотрят, но делают они это мимолётно и как бы вскользь, стараясь, чтоб взгляды их, устремляемые на чужие члены, были как можно незаметнее - чтобы непроизвольный и потому вполне закономерный, вполне естественный этот интерес не был истолкован как-то превратно, - именно так всё это понимал не отягощенный сексуальной рефлексией Денис, а потому... потому, по мнению Дениса, сержант никак не мог его, нормального пацана, откровенно рассматривать - лапать-щупать своим взглядом... "показалось", - решил Денис с легкостью человека, никогда особо не углублявшегося в лабиринты сексуальных переживаний; мысль о том, что сержант, такой же точно парень, ничем особым не отличавшийся от других парней, мог на него, обычного парня, конкретно "запасть" - положить глаз, Денису в голову не пришла, и не пришла эта мысль не только потому, что всё вокруг было для Дениса новым, непривычным, отчасти пугающим, так что на всякие вольные домыслы-предположения места ни в голове, ни в душе уже не оставалось, а не пришла эта, в общем-то, не бог весть какая необычная мысль в голову Денису прежде всего потому, что у него, у Дениса, для такой мысли не было ни направленного в эту сторону ума, ни игривой фантазии, ни какого-либо предшествующего, хотя бы мимолетного опыта, от которого он мог бы в своих догадках-предположениях, видя на себе сержантский взгляд, оттолкнуться: ни в детстве, ни в юности Денис ни разу не сталкивался с явно выраженным проявлением однополого интереса в свой адрес, никогда он сам не смотрел на пацанов, своих приятелей-одноклассников, как на желаемый или хотя бы просто возможный объект сексуального удовлетворения, никогда ни о чем подобном он не думал и не помышлял - словом, ничего такого, что хотя бы отчасти напоминало какой-либо однополый интерес, в душе Дениса никогда ни разу не шевелилось, и хотя о таких отношениях вообще и о трахе армейском в частности Денис, как всякий другой современный парень, был наслышан более чем достаточно, применительно к себе подобные отношения Денис считал нереальными - совершенно невозможными, - в том, что всё это, существующее вообще, то есть существующее в принципе, его, обычного парня, никогда не касалось, не касается и касаться в будущем никаким боком не может, Денис был абсолютно уверен, и уверенность эта была не следствием осознанного усвоения привнесённых извне запретов, которые в борьбе с либидо трансформировались бы в четко осознаваемую внутреннюю установку, а уверенность эта, никогда не нуждавшаяся ни в каких умственных усилиях, безмятежно покоилась на тотальном отсутствии какого-либо интереса к однополому сексу как таковому - Денис в этом плане в свои восемнадцать лет был глух, как Бетховен, и слеп, как Гомер, то есть был совершенно безразличен к однополому сексу, еще не зная, что у жизни, которая априори всегда многограннее не только всяких надуманных правил, но и личных жизненных представлений-сценариев, вырабатываемых под воздействием этих самых правил, есть своя, собственным сценарием обусловленная внутренняя логика - свои неписаные правила, и одно из этих объективно существующих правил звучит так: "никогда не говори "никогда".
[ Читать » ]