Рассказ №1605 (страница 3)

      3а стенкой девки разухабисто мочились в унитазы, мыли руки, курили, смеялись, травили неприличные анекдоты. Ухватив криминал, "номенклатура" рефлекторно вытянулась в охотничью стойку - уши торчком, хвост пистолетом. В конце концов, мое терпение лопнуло:
      - Не больно-то возникайте, милочка! Девчонки расслабились, отдыхают. Сами-то вон заперлись в туалете с молодым жеребцом.
      - Ах, ты! .. С-с-сопляк, - только и прошипела она, начиная, по-видимому, догадываться, какую глупость сморозила.
      С подчеркнутой наглостью во взоре я принялся оглядывать с ног до головы эту крашеную идиотку. И тут мои мысли неожиданно приняли совсем, совсем иное направление. Передо мной стоял очень и очень смачный бабец. Большой бюст, развитые бедра, призывно отставленный, выпуклый зад.
      - Что это вы так меня осматриваете? - сварливо просипела она, неожиданно переходя на "вы".
      - Как это - "так"?
      - Ну нескромно... вызывающе... Вам нужно помнить, что вы, в сущности, еще мальчик, а я... гм... взрослая женщина. Мне уже... гм... - Она поправила прическу кокетливым движением. - Ладно, неважно, мне достаточно лет, чтобы между нами...
      Я сверлю "номенклатуру" взглядом голубовато-серых глаз (по моему твердому убеждению, совершенно неотразимых), и под их магнетическим воздействием язык моей "визави" стал как-то заплетаться, путаться в словах.
      Все мои последующие действия выглядели, наверное, очень нагло. Прежде всего, как мог, сжал ладонями необъятные груди. Она рванулась, но безуспешно. Мне удалось прижать "номенклатуру" к стенке, а через минуту моя рука уже шарила у нее под юбкой.
      - Вы что, с ума сошли?! - вполголоса пыхтела она, отбиваясь руками и выставляя вперед довольно-таки круглые аппетитные коленки.
      - Ничуть, - кряхтел я ей в самое ухо, - а почему вы на помощь не зовете? Смотрите, а то трахну прямо на унитазе.
      - Меня! Здесь?! В этом грязном сортире! - Ее свистящий шепот возвысился до трагических высот. - Да вы знаете, кто я такая?! Я - замдиректора по АХЧ. Посмейте только!
      - Посмею, посмею, не волнуйтесь.
      - Я - мать семейства!
      Согласитесь, это был очень слабый аргумент для подобной ситуации, и я рывком стянул с нее трусы.
      - Вы, молодежь, безжалостны... - вздыхала она, - в вас нет ничего святого.
      - Давай вставай сама. Иначе силой возьму!
      - Как "вставай"?
      - Известно как - раком!
      - Ни-ког-да! - отчеканила она шепотом. - Я порядочная женщина и... и чтобы меня сношали после какой-то девки?! Они там, в общагах, трахаются, как обезьяны. Сегодня с одним, завтра - с другим.
      - Вы же сами учили нас коллективизму, - напоминаю мстительно.
      - Но... не до такой же степени!
      - Ладно, хватит рассуждать. Становись в позу.
      "Номенклатура" согнулась, обнажив довольно-таки привлекательное влагалище, обрамленное рыжеватыми кудряшками.
      - Нет, - уперлась вдруг она, - без презерватива не дам...
      - У меня нет...
      - Зато у меня есть. Дай достану!
      Она извлекла из внутреннего кармана небольшую пеструю упаковку импортных презервативов, вскрыла один пакетик и вытащила изделие. Кондом был бледно-розового цвета, с двумя небольшими шпорами из мягкой резины на конце.
      И в этот момент крашеная особа увидела мой огнедышащий член. Рот у нее сразу же приоткрылся, губы, словно по команде, сложились буквой "о", а руки протянули мне резинку:
      - Надевай!
      - Это женская обязанность, - нагло ухмыляюсь.
      Двумя пальчиками держа презерватив (остальные были грациозно отставлены), "номенклатура" хорошо отработанным жестом поднесла кондом к моему сортирному безумцу и накрыла его розовой резиновой шляпой, после чего раскатала резинку до самого корня.
      - Сними пиджак, помнется.
      Как ни странно, но "замдиректора" не прекословила. Про юбку даже и напоминать не пришлось. Блузку же она просто расстегнула.
      - У тебя вся спина в родинках. Стало быть, счастливая...
      - Как же, счастье прямо через край льется, - ответила она, ловко расстегнув застежку черного кружевного бюстгальтера.
      Теперь на ней оставался черный узкий пояс с длинными резинками, поддерживающий капроновые чулки, и черные плавки, полупрозрачные и полуспущенные мною в процессе захвата "запретной зоны". Стянуть их до конца мне тогда не удалось, ибо этому мешали резинки пояса. Она поддернула плавки, взялась с боков за короткие шнурочки, потянула их, и трусики раскрылись сами собой и снялись с тела. Все легко и просто, когда знаешь, где и за что надо потянуть, Да, у этой бабы сбруя - первый класс!
      От этого неторопливого и чрезвычайно эротического стриптиза у меня заломило в яичках. Голая "номенклатура" повернулась ко мне спиной, завела назад руки, чтобы подзарядиться энергией от моего готового к штурму отбойного молотка. Потом она встала раком, ухватившись за стояк сливного бачка.
      Я выставил вперед своего скакуна, и она стала двигать задом сначала медленно, чтобы там внутри у нее расправилась резинка, потом все быстрее.
      - Тебе хорошо? - не забывала спросить она с интервалом в три-четыре раза.
      - Да, а тебе?
      - Ох! И мне тоже... просто бесподобно... никогда раньше... такого не было... чудно... Ах! Ты весь... как пружина... Ох! А-а! Вот что значит... молодой парень...
      Похвала что называется, "пошла в кость". Теперь ягодицы "номенклатуры" ударялись в мой живот, и мне, чтобы не упереться жопой в дверь, приходилось делать столь же энергичный встречный толчок. Получалось, как у хороших пильщиков бревен, однако она все взвинчивала и взвинчивала темп, и я, ухватившись за бешено трясущиеся сиськи, врубил четвертую скорость. И вот уже затряслись не только груди, но и ягодицы, живот и даже мощные бедра. Все тряслось мелкой дрожью - так я долбил ее. Она задрала кверху голову, открыла рот в беззвучном сладострастном стоне.
      - Вот так... так... миленький мой... хороший, - сыпала она короткими отрывистыми фразами. - О, Боже мой!.. Как хорошо!.. И как долго!.. Я сейчас умру... от счастья!.. Ах!..
      "Вполне может помереть, - подумалось мне. - Сдерживать такой темперамент - нелегкое дело".
      - Ах... как мне нравятся... такие молоденькие... ма-мальчики-и... как ты... У тебя... он... такой большой... хороший! Ах! Аж... до диафрагмы... доста-ет... Ах! .. О, как сладко!.. Теперь... знаю... что такое... молодой парень... О!..
      Кончила она серией оргазмов, чему, очевидно, способствовали шпоры презерватива. Потом долго висела у меня на шее, отдыхая и нашептывая всякие банальности. И ласкала, ласкала без перерыва.
      - Жаль, что сношаемся не у меня в кабинете... Там безопасно... есть еще один выход. А диван какой, приходи, если захочешь... С комфортом все сделаем. Придешь?
      Я кивнул.
      - Только никому не рассказывай, договорились?
      - Конечно, что за вопрос! Кстати, ты не очень-то увлекайся шпорами, бешенство матки получишь...
      - Не учи мать трахаться. - Она снова хихикнула, проникая к моим губам. - Я очень благодарна тебе, милый... Прости, не знаю твоего имени. Кстати, как тебя зовут?
      - Никодим.
      - Я серьезно спрашиваю, - обиделась она.
      - А я и говорю - Никодим. Папа с мамой так назвали.
      - Хм... странное имя, то есть, я хотела сказать, очень редкое и красивое, - поправилась "номенклатура". - А меня - Валерия Михайловна. Можешь звать просто Лерой, я позволяю... Тебе, Ника, я позволю все!
      Потом она долго топила в унитазе использованный презерватив - скрывала улики. Спускала и спускала воду, а он все никак не хотел тонуть. Наконец, Лере надоело возиться с непотопляемой резинкой. Она застегнулась и вновь приняла официальный вид.
      - Не скрою, Никодим, ты мне понравился. Очень, - сказала она дружески и одновременно вполне по-деловому. - Хотелось бы встречаться регулярно. Думаю, что сумею быть благодарной...
      "Как на торжественном собрании чешет, - изумился я, - сейчас медаль вручит".
      - Ты ведь студент? У меня завязаны кое-какие связи. Тебе они, думаю, будут полезны...
      "Не доверяй своим чарам. Хочет купить, ну-ну..."
      - О времени контактов договоримся позднее. Вот мой телефон. - Валерия Михайловна с любезной улыбкой вручила мне визитную карточку и, понизив голос, добавила:
      - Уходить будем по-одному. Сначала я, потом - ты.
      - Это уж как водится, - кивнул я.
      - Если все тихо, стукну в дверь.
      И она упорхнула. Стойкий аромат дорогих духов тянулся за ней длинным шлейфом. Прошла минута, другая... пятая... Обещанного сигнала не было... Я сидел и думал, что, пожалуй, нет более скучного занятия, чем сидеть без дела в туалете.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

Читать также:

© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.