|
|
 |
Рассказ №16070 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 21/04/2024
Прочитано раз: 41701 (за неделю: 5)
Рейтинг: 57% (за неделю: 0%)
Цитата: "Кнопки домофона ответили тихой трелью. Дверь подъезда через секунду отворилась. Обычная панельная двенадцатиэтажка с двором, заросшим большими ветвистыми деревьями, по майски уже покрытыми зеленой листвой. Водитель довез ее молча, по дороге не задав ни единого вопроса. Хотя она как будто чувствовала, что он знает, куда и зачем ее везет. Она так же молча рассчиталась и вот теперь стоит на дрожащих ногах в таком же темном и холодном подъезде, как это было вчера. Похожесть ситуации только усилила волны, которые уже в такси перекатывались по ее телу, приливая жаром к голове...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Свет в комнате был не ярким. Кроны деревьев, нависших у самого окна, не давали пробиваться солнцу, и помещение казалась в полумраке. Хотя время было полуденное. Галя озиралась по сторонам, встав посередине, там где ее оставил мужчина, отпустив руки. Она еще боялась посмотреть на него.
Деревянный пол был без ковра. Грубый стол с несколькими бутылками пива открытой пачкой сигарет пепельницей полной окурков стоял у стены. Какой-то непонятный комод с кучей мелких ящиков был придвинут к противоположной стене. И только кресло. Оно единственное выбивалось из интерьера. Старинное, узкое для прямой посадки, с высокими массивными подлокотниками. Кресло было обтянуто кожей, которая, толи от времени, толи от выделки, придавала ему винтажный, и в тоже время величественный вид. Трон.
Мужчина, оставив ее стоять посреди комнаты, неторопливо сел в кресло, бросив ее сумочку на стол и взяв пачку сигарет. Он закурил, рассматривая женщину. Теперь она осмелилась перевести глаза на него. Кресло стояло спинкой к окну и не давало уловить детали. Да Галя и боялась их рассматривать. Рубаха с коротким рукавом была полностью расстегнутая до низа и отрывала широкую грудь. Ноги в вытертых джинсах, видимо для удобной посадки были широко расставлены. Черный ремень из жесткой тисненой кожи с крупной блестящей пряжкой перетягивал их на поясе. Обуви не было.
Стараясь не смотреть в глаза и сосредоточившись на одной точке на колене мужчины, женщина, часто дыша, набрала воздуха в грудь, чтоб задать вопрос. Сейчас это был вопрос не про паспорт и даже не попытка, что-то разъяснить. Теперь в голове женщины было только одно "что со мной будет дальше".
Она не успела.
- Подними подол.
Руки, теребившие край короткого, выше колен, почти летнего сарафана, вздрогнули и сами поползли вверх, цепляя ткань. Стыд снова накатил широкой волной, заливая жаром шею, голову грудь. Но руки сами делали свое дело. Они как будто жили отдельно. Галя приподняла края платья спереди, открывая трусы. Она лишь свела ноги в коленях, как-то неловко сжавшись попытке защититься.
- Выше задери. До живота, - последовала новая команда.
Галя стояла перед незнакомым мужчиной так, как она стояла в своих фантазиях. И он, затягиваясь сигаретой, молча рассматривал ее. Только теперь она находилась не в той красивой позе, которую рисовала себе в своей голове. И мужчина не пожирал ее восхищенным взглядом. Он просто разглядывал ее как вещь. Оценивая, проникая пристальным взглядом между зажатых ног.
- Спусти трусы. До колен.
Это новая команда, еще более постыдная, заставила Галю снова дернуться, как от разряда электрического тока.
"Там все липко и мокро. И ему придется все показать. .". К тому же это был последний оберег. Но одна рука сразу уцепилась за резинку трусов, потянув ее с боку вниз. Вторая продолжала придерживать подол у открытого живота. "Опускать он не велел". Она стягивала трусы с боков, чуть извиваясь и опуская края по очереди, придерживая платье.
"Отпускать он не велел". Женщина чувствовала, как липкие губы удерживают ткань. Как тянется за ней тонкая прозрачная слизь. Она чуть расставила ноги, чтоб трусы не сползали ниже колен. "Он так сказал". Выполнив, Галя встала, замерев.
- Хорошая сучка. Прилежной будешь. Вижу. И течешь хорошо. Правильно. Вон сколько в трусы напускала уже. Пока стягивала, все ляжки запачкала.
Эти грубые, грязные слова, прозвучавшие в тишине, как кнутом, ударившие по телу и проникшие в мозг, заставили ноги женщины затрястись мелкой дрожью. Ее никто так грубо никогда не называл и не разговаривал так с ней. Она тряслась от стыда и в то же время от дикого возбуждения, которое давило на нее, выворачивало почти на изнанку, не в силах с собой что-либо поделать.
- Ближе подойди, - мужчина затушил сигарету в пепельнице.
Галя выполняла команды, уже находясь в каком то трансе. Боясь наверно больше всего пропустить что-либо или сделать что-то не так. На расставленных ногах, чтоб не сползали трусы, и с подолом, прижатым к голому животу, она сделала два шага, оказавшись у мужчины между ног.
- На колени вставай. Да ноги широко держи, чтоб я все видел.
Она стала опускаться, неловко расставляя колени, не зная можно ли опереться на что-то. Была и еще одна причина. Женщина понимала, что если сейчас она только сожмет ноги хотя бы на мгновение, придавив ими клитор, то начнет кончать прямо тут на полу. На глазах этого мужика.
Еще раз оглядев стоявшую перед ним в такой позе женщину, мужчина по хозяйски просунув руку в сарафан и приспустив чашки лифчика смял груди и сказал:
- Давай-ка, шлюшка, я проверю тебя как следует, чтоб привыкала.
С этими славами он, грубо растягивая и разминая груди, вытягивая и покручивая в жестких пальцах твердые коричневые соски, запустил руку над трусами между раздвинутых ног. Женщину затрясло, как заводную куклу. Ее било, выкручивая в мужских руках. От ожидания, от грязи слов, от осознания себя такой, стоящей на коленях перед мужчиной, и еще вчера бывшей приличной женщиной.
Два пальца вошли между скользких раздвинутых губ, чуть тронув и ударив, как током клитор. Вошли и заполнили сразу. Натянув до конца. Заставляя ее уже саму нанизываться тазом, ввинчиваться, трясясь в этой лихорадке.
- Ну, вижу, вижу. Льется уже ручьем из пизды. Щас разрешу обспускаться.
Гала тряслась, открыв рот, глядя остекленевшим взглядом, пытаясь заглотить воздух.
- Ты же шлюха? Так? Ну-ка, скажи сама, пока я рот тебе не занял, - глаза мужчины буравили все ее нутро, жестко и пристально, как два холодных ствола. А большой палец уже подходил к открытому рту.
- Я - шлюха. Так, - со стоном выдавила из себя женщина.
- Громче!
- Я шлюха. . ШЛЮХА!!
Большой палец вошел в рот, плотно закрывая его и смыкая губы. А два во влагалище, сильными короткими толчками, широко раздвигая ее изнутри, заработали как поршни.
- Можно. Спускай!
Струя ударила в пол, разбрызгиваясь между пальцами по ногам, по платью, по натянутым трусам, заливая все под почти потерявшей сознание женщиной. .
Продолжение следует
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Какой сосок тебе больше дорог? Говори, тварюга! Отвечай! Левый? Или правый? Ну? Левый? А то щас оба оторву! Левый, проскулила я... Ну левый так левый... Он вынул окурок от сигареты и прижег им сосок на левой груди... Яркая боль выхлестнула мнея... в ушах зазвенело, в глазах все померкло, в грудь как будто вбили гвоздь, нет, спицу... я потеряла контроль, упала, и задрыгала ногами... Кажется кого то задела... Ах ты ж тварь... Паскуда... А ну ка встань... Откуда во мне взялась такая сила... так громко кричать... Я не могла удержаться, и, кажется кончила... или я уже потеряла грань ммежду оргазмами и болью... Все слилось воедино... Наверно если бы не оргазм, я бы уммерла от боли, но оргазм сглаживает боль. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Нет, я не "залечу", я уже залетела от моего мужа - 6-недельная беременность, подтверждённая женской консультацией. Понял теперь? . . Теперь слушай мои условия. Я хочу в точности повторить те условия, когда впервые испытала оргазм. Ты должен побрить мою писю, чтобы она стала внешне такой же, как была тогда. Не сомневайся: несмотря на обилие мужчин, моя пися внешне никак не изменилась, ты в этом убедишься, когда посмотришь, как я (по твоей просьбе!) стану перед тобой писять... в тазик. Я уверена, что твой изменившийся до неузнаваемости писюн на сей раз не останется безучастным. Или останется? . . Мне будет приятно, когда ты после этого сеанса на меня набросишься! Представляешь? . . Ну, так давай, снимай мои трусишки! . . |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мне было безумно горячо в попке Алены. Ее задница вся горела, казалось моя плоть в ее попке сейчас задымиться и разразится пламенем. И через несколько минут так и случилось, только я разразился не пламенем, а семенем в ее жаркие недра. Я вышел из девушки и принялся заливать остатками своей спермы спину девушки. Я растирал свой напиток по попке и спине Аленки. Девушка растянулась на диване и плакала в подушку, как потом выяснилось от счастья. А я, дурак, в те минуты чувствовал себя виноватым. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Будешь делать всё, что я прикажу. Даже говно моё жрать, если на то будет моя воля. При этом, ты можешь не волноваться относительно того, что что-либо узнают твои родители: я всё организую так, что ни у них, ни у кого бы то ни было не возникнет даже намёка на какие-либо подозрения. Естественно, учитывая, что ты будешь сильно занят со мной, отличную успеваемость я тебе обеспечу. Не задарма, конечно. Тебе придётся выполнять за это много моих особых заданий, но поверь, они окупятся сторицей! Так что в этом плане ты в абсолютной безопасности и, если не будешь болтать сам, никто ни о чём никогда не узнает. Второй вариант - отдай этот ошейник обратно мне. Прямо сейчас ты встанешь с колен, приведёшь себя в порядок, я даже тебе в этом помогу, и отправишься домой. И мы оба забудем про эту историю. Вернее, ПОЧТИ забудем, - она снова улыбнулась мне своей лисьей плотоядной улыбкой. Ведь ты понимаешь, после твоего отказа я не смогу относиться к тебе, как раньше: Скажем так, если вкратце, медалистом тебе уже точно будет не стать: Ну, а дальше, как пойдёт. |  |  |
| |
|