Рассказ №19595

     <Сбылась мечта идиота>. Моя любимая взялась за мое воспитание. Несколько дней назад, я провинился: После работы встретился с друзьями, давно не виделись, славно посидели, выпили, повспоминали былое: В общем я при-шел поздно, да еще и <под мухой>, как назло, мобильник оставил заряжаться дома. Жена встретила руганью (<где пропал: я тебе звоню-звоню, а ты недоступен>: обозвала эгоистичной сволочью, <только о себе и думаешь>) и дальше понеслось в том же духе. Оправдываться бесполезно, пока пар не выпустит. В общем Милочка надавала пощечин, шлепнула тряпкой и надулась. Спать постелила отдельно на диване: А у нас если Мила <дуется>, то это надолго, недели две, как минимум: Может и больше: проверено. Со мной не разговаривает, только по необходимости и то <сквозь зубы>, в постель к себе не пус-кает, обнять не дает, сразу по рукам (<иди обнимайся с кем пил>):
     Я ж здоровый мужик, самому что ль себя удовлетворять, как в юности: Утром пошел мириться. Сварил кофе, принес в спальню (редко так делаю, только по необходимости), стал на колени возле кровати, ожидая пробуждения. Вскоре нос Милы почувствовал аромат кофе: Она просыпается, видит меня возле кровати с подносом в руках с кофе, тостами - все как положено: Я сразу:
     - Милочка, не сердись на меня-дурака, пожалуйста, лучше выпори, прости и забудь: Виноват, не подумал, <косяк упорол>, в детстве недопороли, дураком вырос: Ты ж у меня ласковая, нежная, заботливая, добрая, одним словом - Милочка: прости: Накажи и прости:
     - Как наказать!..
     Вижу, глазки у милой заблестели:
     - Как посчитаешь правильным, - говорю, - я на все согла-сен, только не дуйся и прости:
     Милая берет чашку с кофе (успеваю чмокнуть ручку), морщит лобик, делая вид, что задумалась:
     - Ты сам сказал, как тебя наказать:
     - Как?
     - Пороть, - отвечает, - раз в детстве недопороли, надо исправлять: Моя сестра уже года три порет своего Игоря, и он у нее <шелковый>, все по дому делает, каждую зарабо-танную копейку в дом несет: Нет у него ни друзей, ни по-друг, нигде не задерживается, а если задержится - не забы-вает позвонить. Все внимание Марине, во всем старается угодить. Даже выпивает только с разрешения сестры: Вот ей повезло с Игорьком, не то, что мне с тобой. В общем бу-дем пороть:
     Я давно подозревал, что Игорь под каблучком у своей су-пруги, но не думал, что до такой степени: А моя разошлась:
     - Каждый мужик, как ребенок!.. А раз ведешь себя, как ре-бенок, то и отвечать будешь, как ребенок, пока детство не выветрится. В общем готовься, получишь за все, потом мо-жет и прощу и к себе подпущу:
     - Чем и как будешь пороть, - спрашиваю.
     - Тебя когда-нибудь наказывали:
     - В детстве случалось: Без этого ж не воспитаешь, тем более мальчишку:
     - И как?..
     - Пару раз ремнем по штанам, мне почти не больно было, только стыдно и обидно, а так матушка тапок с ноги снимала и шлепала несколько раз по попке - это уж чисто символиче-ское наказание, иногда ладонью шлепнет раз - два и все:
     - Оно и видно, что недопорот: Никакого чувства ответ-ственности: В общем готовься в субботу всыплю ремнем: Раньше непослушных мальчишек всегда по субботам сек-ли:
     Я обрадовался, забрезжила надежда на скорое примире-ние, суббота не за горами. Заодно получится реализовать навеянные форумом (о порке мужа) фантазии: Знал бы я, на что соглашаюсь:
     
     И вот пришла суббота. Утром сын в школе: Так что ничто не мешало <воспитательному процессу>. Что бы я не передумал, жена до самой субботы вела себя отчужденно и в постель к себе не пускала, спал один на диване: Не знаю, как она сама обходилась без секса, а мне пришлось тяжеловато, даже вспомнил юность, с утра в ванной подрочил:
     Вышел, у супруги все готово:
     - Ложись, - говорит, - на кровать, на живот, руки вытяни вперед, ноги расставь пошире: Трусы снимай, совсем сни-май, нечего стесняться:
     Делать нечего, снял, остался в одной футболке, она у ме-ня короткая, ни попу, ни причинное место совсем не прикры-вает. Жена заметила стояк:
     - Предвкушаешь!.. - спрашивает, - зато верю, что за это время ты ни с кем не покувыркался, - и кивает на мой воз-бужденный орган: - привязывать не буду, терпи так, ты же мужик, вот и проверим, мужик ты только потому, что в штанах яйца, или действительно мужик.
     По ее мнению мужиком можно считать только того, кто способен вытерпеть все, и сдержать свои обещания:
     - Кричать не вздумай, соседей переполошишь: Будешь кричать, запихну в рот твои же трусы:
     - А что, - спрашиваю, - это так больно, что не выдер-жать:
     - Узнаешь!..
     Дальше начался процесс.
     Я лег. Мила нанесла мне пять легких ударов моим же ремнем. Я уж обрадовался, конечно, неприятно и вроде как унизительно, но терпеть можно, в голову полезли фантазии, член зашевелился. Жена то ли заметила, то ли специально так секла, чтобы возбудить: Тут Мила остановилась и про-сунула руку мне под живот, ухватив за член. Почувствовала эрекцию:
     - Кайфуешь, - говорит, - не думала, что тебе понравит-ся:
     Дальше последовало пять ударов со всего маху. Я завих-лял попой, стараясь уйти от удара, чуть не заорал, ухватил зубами подушку, но от стона не удержался:
     - Да, - говорит жена, - это уже не массаж, а наказание. И слегка похлопала меня ладошкой по попе, потерла и снова похлопала. Член опять зашевелился:
     Дальше так и пошло: пять легких ударов - проверка эрек-ции - пять сильных - снова поверка, только уже отсутствия эрекции - поглаживания, похлопывания - снова пять легких шлепков ремнем. И далее по кругу. Всего мне супруга нанес-ла, по моему, около 30 ударов, хотя точно я не считал, как-то не до того было. Все мысли: как бы не закричать, я и не знал, что мой ремень - предатель может так больно жалить:
     Закончив стегать мои булки, Мила их слегка помассировала и скомандовала:
     - Вставай страдалец и дуй в угол, лицом к стене на коле-ни, постоишь, подумаешь: Потом придешь просить проще-ния, может и прощу, а может добавлю:
     Я потянулся за трусами, как-то стыдно с торчащим колом членом. Тут же последовал окрик:
     - А трусы одевать, я не разрешала, нечего там прятать, что я там не видела.
     Что делать, с голой задницей и торчащим колом членом поперся, куда сказано. Проходя мимо зеркала, не удержался посмотреть, как там сильно ли пострадали, мои задние по-лушария. Пострадали, конечно, но терпимо, просечек не бы-ло, крови не было. Попка стала красной, как у индейца и плохо гармонировала с остальным загорелым телом.
     - Налюбовался!.. - одернула жена, - быстро в угол. Не так уж и сильно я тебя выдрала на первый раз: Пожалела, все-таки непоротый мальчик, вижу еле сдерживаешься, чтобы не заорать: Еще перебаламутишь весь дом:
     - Да-а не сильно, - вполголоса пробурчал я, направляясь в угол:
     Но жена услышала:
     - Конечно, не сильно, можно сказать, я тебя не порола, а гладила, у тебя же стоял под моим ремнем, и сейчас стоит: Ты же, чуть не кончил, какая ж это порка: Не видел ты настоящей порки: розгами: Будешь спорить, получишь добавку, только не ремнем, а чем-нибудь посерьезней:
     Тут я заткнулся и молча опустился на колени в углу: Стоило мне потереть ягодицы руками, последовал новый окрик:
     - Руки убрал от задницы. И вообще положи-ка ты их за голову, чтобы не было соблазна растирать попу, да и при-крыться не сможешь, если кто в гости зайдет:
     - А что, ты кого-то ждешь? - Я представил себе весь ужас своего положения: здоровый как лось мужик в одной коротенькой футболочке, без ничего снизу, свежевыпоротый как мальчишка, стоит в углу, выставив на обозрение красную задницу, а с другой стороны вставший член:
     - Никого я не жду, успокойся!.. А ты уже перепугался, бедненький:
     (Она еще и злорадствует: Фу-х, от сердца отлегло:)
     Так я простоял минут сорок: Не думал, что так тяжело стоять не двигаясь в одной позе - руки затекли, ноги затекли, попа жжется, член то опадает, то снова встает в боевую стойку: Все мысли, когда эта пытка кончится.
     Наконец, жена, сидевшая в кресле, командует:
     - Ползи сюда, страдалец!..
     Я как стоял с руками, за головой (команды опустить не было), так и пополз, еле переставляя колени, подполз к жене, говорю:
     - Любимая, родная, ласковая, добрая, рыбка моя, Милуш-ка прости своего непутевого обормота:
     - Прощу, - говорит, - но с этого дня я начинаю замечать все твои прегрешения: С этой минуты никаких друзей, баб, особенно баб, увижу, что на какую-нибудь пялишься, так зад разукрашу, что сидеть не сможешь, а потом покажу ей, как ты с красной задницей стоишь в углу на коленях: С работы сразу домой: задержишься - звонишь каждые десять минут и отчитываешься, где ты и что делаешь: Про выпивку забудь, каждая рюмка строго с моего разрешения: Уборка дома, мытье посуды с этого дня - твоя обязанность, можешь привлекать сына, но спрашивать буду с тебя: Его, кстати, то же пороть пора, а то вырастет таким же разгильдяем как ты: Я теперь за вас обоих возьмусь. В общем подсчитываем ваши прегрешения, если к субботе накопится достаточно, будете отвечать вашими задницами, если нет, перенесем на следующую субботу. В общем драть вас теперь буду вместе: Сделаю из вас нормальных мужиков:


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также:

© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.