|
|
 |
Рассказ №1961
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 20/04/2024
Прочитано раз: 44849 (за неделю: 2)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Спиридон Мартыныч Кторов
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
- 1 - Спиридон Мартыныч Кторов
Был директором конторы
Главзаготснабсбытзерно -
Стал он им не так давно.
Не высокий, средних лет,
Крупный лоб, красив брюнет.
Вечно выбрит и отглажен,
А в плечах - косая сажень.
Кабинет его рабочий
Был обставлен ладно очень:
Стулья, стол довольно скромный,
Книжный шкаф, диван огромный.
В коже дверь, на ней запоры,
На окне глухие шторы.
Письменный прибор дородный
И сифон с водой холодной.
А в приёмной - секретарша,
Лет семнадцать или старше...
Месяц - два они старались
И с почётом увольнялись.
День от силы проходил,
Новый ангел приходил.
Было так и в этот раз,
О котором мой рассказ...
* * *
Сам из отпуска вернулся,
В дверь вошёл и улыбнулся:
Дева дивная сидит,
На него в упор глядит.
Взгляд прямой, открытый, чистый.
"Как зовут, тебя?" - "Фелистой.
У Тамары - бюллетень,
Я сегодня - первый день."
"Так, прекрасно!" Спиридон,
Встал и сделал ей поклон.
"Спиридон Мартыныч Кторов -
Я, директор той конторы.
Тоже первый день в работе.
Ну. Потом ко мне зайдёте.
Я введу Вас в курс всех дел."
Кторов снова поглядел,
Улыбнулся, поклонился
И в пенаты удалился.
А Фелиста вся зарделась -
Ей сейчас к нему хотелось.
Чтоб был точный дан приказ,
Чтоб потом, а не сейчас.
Здесь прерву я нить рассказа,
Потому, что надо сразу
О Фелисте рассказать
И её Вам описать
Высока, с приятным взглядом,
С очень крупным круглым задом,
С головой - не без идей,
С пятым номером грудей.
С узкой талией притом,
С пышным, нежным, алым ртом.
Волос - цвета апельсина,
До сосков - довольно длинный.
Голос томный и певучий.
Взгляд предельно злоебучий.
Здесь замечу непременно,
Что еблась он отменно.
Знала сотню разных поз,
Обожала пантероз.
Сладко делала минет.
Всё узнала в десять лет.
В те года с соседней дачи
Помогал решать задачи
Ей один артиллерист -
В ебле дядя был не чист.
Доставал он хуй тихонько,
Гладить заставлял легонько.
Сам сидел, решал задачи,
Объясняя, что, где значит.
Это было не понятно,
Но волнующе приятно:
И упругий хуй в руке,
И ладошка в молоке.
Арифметика кончалась,
Платье с девочки снималось.
И язык большой и гибкий
Залезал Фелисте в пипку.
По началу было больно,
Рот шептал: "Прошу! Довольно!"
Но потом привычно стало.
Целки в скорости не стало.
И за место языка -
Хуй ввела её рука.
А примерно через год
Научилась брать хуй в рот.
Месяцы бежали скопом.
Набухали груди, жопа.
Над пиздой пушились дебри.
Набирался опыт в ебле.
А к шестнадцати годам
Переплюнула всех дам.
Сутками могла ебаться.
Ёрзать, ползать, извиваться.
По-чапаевски и раком, стоя,
Лёжа, в рот и в сраку.
С четырьмя, с пятью, со взводом.
Девочка была с заводом.
И сейчас она сидела,
Мерно на часы глядела.
А в пизде рождалась буря,
Буря! Скоро грянет буря!
Ведь Тамара ей сказала:
"Спиридон - лихой вонзала."
Сердце билось сладко-сладко
И пищало где-то в матке.
Руки гладили лобок.
Ну, звони, скорей, звонок.
И звонок приятной лаской
Позвонил, как будто в сказке.
Захлебнулся, залился.
Время же терять нельзя.
Трель звонка слышна нигде.
Что-то ёкнуло в пизде.
И Фелиста воспылав
К двери бросилась стремглав.
Ворвалась. Закрыла шторы.
Повернула все запоры.
Жадно на диван взглянула.
Резко молнию рванула.
И в мгновение была
В том, в чём мама родила.
Спиридон как бык вскочил
И к Фелисте подскочил,
Доставая бодро член,
Что кончался у колен.
А зате он также быстро
На ковёр свалил Фелисту.
И чтоб знала кто такой
Ей в пизду залез рукой.
Но Фелиста промолчала -
Ей понравилось начало.
Улыбнулась как-то скупо
И схватила ртом залупу.
Стала втягивать тот член,
Что кончался у колен.
Вот исчезло пол-конца,
Вот ушли и два яйца.
И залупа где-то ей
Щекотала меж грудей.
Спиридон кричал: "Ах, сладко!"
И сжимал рукою матку.
Цвета белого стекла
Сперма на ковёр стекла.
А глаза её горели,
Хуй ломал чего-то в теле.
Кисть руки пизда сжимала,
Так, что чуть не поломала.
Приутихли, раскатились.
Отдохнули, вновь сцепились.
Вот Фелиста встала раком.
Он свой хуй ей вставил в сраку.
А пизду двумя руками
Молотить стал кулаками.
А она за яйца - хвать
И желает оторвать.
Снова отдых, снова вспышка.
У него уже отдышка.
А она его ебёт,
И кусает, и скребёт.
И визжит, и веселиться,
И пиздой на рот садиться.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | Увиденное совершенно сбило меня с панталыку. Одурев, я выпорхнул на лестничную площадку, осторожно прикрыл дверь. Мне почему-то страшно не хотелось, чтобы они меня засекли. А еще, о ужас, с каким-то сладким стыдом я ощущал, что меня эта картина возбудила. Но ревность застелила мои глаза. И мне понадобилось минут пять, чтобы хоть как-то придти в себя. В этой ситуации можно было наломать "крутых" дров, поэтому, крепко зажмурившись, я выждал время и дрожащими руками стал нарочито громко греметь ключами, чтобы дать им время замести следы. | | |
| |
|
| |
| | Не помню, что пили и чем закусывали. Где-то за час наклюкался я почти до бесчувствия. Вроде что-то вижу и как-то соображаю, но даже рукой двинуть не могу. А он неспеша меня раздевает догола, да и оттаскивает на кровать. Уложил на спину, да и начал деловито обрабатывать ртом. Въеб@л бы ему опять, да руки не поднять. Но своего он добился - хер встал, налился. А он аж стонет, насаживается ртом, глаза закрыл, бьется лбом в мой живот. Чувствую - скоро кончать буду! Напрягся, задубел, выгибаюсь навстречу. Но не дал он мне в рот слить - скинул одежду, да сверху забрался и жопой на хер насаживается. Понял я, что он задумал, пытаюсь вывернуться на живот, но он аж зарычал: - Не вздумай, майор, а то я сам тебя вы@бу, в девках будешь бегать! Помешать- то ты мне сейчас ничем не сможешь! | | |
| |
|
| |
| | Вован крепко придерживая Катьку за талию, так чтобы она не могла дергаться, взял ремень, замахнулся и ударил Катьку по заднице первый раз. Катька растянувшись, вцепилась в одеяло, сжав его кулачками, тихонько застонала. За первым ударом был второй, третий: Порка началась. Катька стонала все больше и больше, перегнутая через ногу Вована и крепко удерживаемая его сильными руками. На ее попке, с каждым ударом оставались красные полосы. С ней никто не считался, никто ее ни о чем не спрашивал, ее тело просто использовали так как хотели в максимально откровенной форме. И она была этому очень рада, раскрываясь. Ей, внутренне, всегда хотелось чтобы ее заставляли, били по заднице, говорили грубые слова, жестко трахали и использовали не пределе возможностей. И так оно и происходило, насилие ее очень возбуждало. | | |
| |
|
|
| |
| | В тот банный, субботний вечер, когда мы с мамой собирались идти в баню и мне нужно было ей делать на шее медовый массаж, в родительской спальне я услышала жуткий папин строгий голос, плач мамы, и я невольно подслушала их скандал, я в бане, маму впервые принялась разглядывать не как маму, поражаясь насколько она хороша, не смотря на возраст, я смотрела на маму, уже как на женщину искушения и влечения, тем более с n лет у меня уже с подругой были сладострастные девичьи ласки - шалости: Я мамой стала любоваться, когда она сняв халат, снимала трусики, кинув их в бельевую корзину для стирки: Мама стояла ко мне спиной, голая, прекрасная: Мама распутывала волосы. Я залюбовалась красивыми стройными ногами мамы, и почувствовала, как меня там, внизу живота, охватывает волнение медленно растекаясь по уже созревшему для секса, моему юному телу. Чем дольше я разглядывала маму, тем приятнее и вкуснее внутри киски моей, пульсировало охватившее сладкое волнение, и оно перерастало в томление. Тем временем мама зашла в баню, а за ней и я... | | |
| |
|