|
|
 |
Рассказ №19682
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 14/09/2026
Прочитано раз: 118545 (за неделю: 336)
Рейтинг: 47% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мамка шевельнулась, вынула руку из-под одеяла и приподняла, как бы взвесив на руке, левую сиську. При этом одеяло съехало в сторону, и Олька увидела стоящую торчком Сереженькину пипиську. То, что это именно пиписька, Олька поняла сразу, хотя эта штука не была похожа ни на острый собачий отросток Дружка, ни на огромную елду соседского коняги. Сереженькин членик был длинненький, сантиметров десять в длину (как автоматически отметила Олька) , немного изгибался и голенькой, ярко-розовой залупкой смотрел, казалось, в мамкино лицо. Он подрагивал и покачивался в такт Сереженькиному сосанию...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Солнечный луч пробился сквозь пыльное окошко и лег на Олькино лицо. Олька сморщила носик и захлопала сонными ресницами. Утро.
Рука привычно, на автомате, скользнула под одеялом по мягкой, еще реденькой шерстке лобка, коснулась губок и. . отдернулась от резкого жжения - между ног все было натерто после ночных Олькиных стараний выжать из письки все новые и новые волны удовольствия.
А все из-за мамки и Сереженьки.
***
Мамка с Сереженькой вчера неожиданно приехали к ним с бабулей в деревню из райцентра, где мамка работала воспитательницей в детском саду. То есть - до недавнего времени работала, как поняла Олька из подслушанного вчера разговора.
Бабуля кричала - ты дура, разве можно на работе-то! Скажи спасибо что просто выгнали, а могли и в тюрьму посадить за это!
Мамка плакала и говорила, что все как-то само собой, что никто же не пострадал, всем же было хорошо!
А бабуля в ответ - "Могила тебя исправит, манда ненасытная!"
А она - "Ну мама, ну не ругайся, Олька услышит!"
А бабуля - "Тебе двадцать семь лет, у тебя дочке уже десять лет, сыну почти четыре, а ты все как дите малое! Только о своих удовольствиях заботишься!"
Тут к ним на кухню забежал Сереженька и потребовал сисю. Олька немного высунулась из-за угла и увидела, как он по-хозяйски устроился между мамкиных ног, выпростал из халата белую грудь с большим темным соском и бесцеремонно всосался в нее. Олька только видела, как шевелились его уши от старательного сосания. Внизу живота у Ольки от этой сцены почему-то все сладко сжалось.
Мамка заулыбалась, а бабуля пуще прежнего на нее накинулась - почему, мол, до сих пор сына от сиськи не отучила?!
А она - "Не хочу, хоть какая-то радость в жизни - ласковый сынок! Опять же - ты же знаешь какие у меня месячные - хоть на стену лезь. А так уже шесть лет про них не вспоминаю!"
А бабуля говорит - "Дура ты, тряпка, он тобой всю жизнь будет вертеть!".
А мамка таким сонным голосом говорит - "Ты же мне тоже давала сиську сосать - и ничего. А я тогда уже в школу ходила".
А бабуля в ответ - "Вот ты и стала такой - все бы тебе только покайфовать на халяву. Жалею теперь, что все тебе разрешала. Тоже думала - вырастет дочка, будет меня любить. Эх. .!"
Олька тогда краем уха слушала обрывки сетований бабули, полностью сосредоточившись на действиях Сереженьки и на своих ощущениях. А мальчишка без стеснения мял ручками материнскую грудь, причмокивая и сопя. При этом он вжимался мамке бедрами между ног и ритмично привставал на носки и опускался обратно, а мамка только млела, поглаживая сына по голове. Олька сразу вспомнила их игривого пса Дружка - он также иногда вспрыгивал на нее, клал лапы ей на плечи, прижимался к ней своим отростком и начинал быстро-быстро дрочиться о ее ляжку. Бабуля, бывало, сильно ругалась на Дружка, когда такое видела.
Получается, что мамка разрешает Сереженьке об нее дрочиться!
От этой мысли жаркая истома накатила на Ольку. Она судорожно засунула руку в мокрые трусишки, и торопливо, привычным движением потеребив письку, сладко и бурно спустила. В первый раз за этот долгий вечер.
А потом, уже под одеялом, она медленно, со вкусом перебирала в голове подробности кухонной сцены и теребила, теребила, теребила свою письку до изнеможения.
***
Олька вылезла из-под одеяла и прошлепала к зеркалу. Перед ней стояла сонная светловолосая девочка десяти лет. Под ночнушкой в районе груди угадывались две острых сисечки - предмет ее постоянной заботы. Они начали расти где-то полгода назад и теперь были немного похожи на дойки козы Машки (только поменьше, конечно) .
Олька задрала ночнушку и потеребила набухшие розовые сосочки.
Ее взгляд упал на краснеющую из-под светлой шерстки на лобке складку. Она расставила ноги, осторожно развела пальцами саднящие валики писькиных губок и деловито исследовала свое измученное хозяйство. Было абсолютно ясно, что сегодня никаких удовольствий не будет.
Олька сокрушенно вздохнула, стянула ночнушку и взяла с полки баночку косметического вазелина, припасенного именно для такого случая. Немного присев, она осторожно нанесла вазелин на болезненные места. Потом натянула трусишки и халатик и слегка расставляя ноги пошла в туалет.
Дом еще спал. Из окна было видно, что только бабуля уже встала и возилась в дальнем конце огорода.
Погруженная в свои невеселые мысли, Олька уже спустилась на один пролет лестницы, когда осознала, что слышит какие-то подозрительные звуки из комнаты, в которой спали мамка с Сереженькой.
Позабыв о своих несчастьях, Олька тихонько спустилась вниз, и осторожно, стараясь не издавать шум, припала к широкой щели между косяком и дверью, ведущей в мамкину комнату.
Яркий утренний свет падал прямо на кровать, резко освещая каждую деталь происходящего.
Голая мамка лежала на правом боку, подперев голову правой рукой. Под мышкой у нее виднелся круглый затылок Сереженьки, сосущего правую сиську. Другая сиська, большая и круглая, нависала над Сереженькой, даже по виду полная молока и готовая к использованию. На длинном морщинистом соске повисла мутная капля.
Левая мамкина рука скрывалась под одеялом, укрывавшим Сереженьку - одеяло немного шевелилось, и Олька подумала, почему-то, что мамка чешет Сереженьке пупок. Она не успела додумать эту мысль - ее взгляд упал на низ мамкиного живота, где красовался ровный треугольник светлых густых волос, под ним - темная на фоне волос складка, в которой влажно поблескивал сикель.
Этот отблеск завораживал.
Сереженька громко сосал и при этом постанывал, а мамка в это время мурлыкала что-то невразумительное - эти звуки и услышала Олька минуту назад.
Мамка шевельнулась, вынула руку из-под одеяла и приподняла, как бы взвесив на руке, левую сиську. При этом одеяло съехало в сторону, и Олька увидела стоящую торчком Сереженькину пипиську. То, что это именно пиписька, Олька поняла сразу, хотя эта штука не была похожа ни на острый собачий отросток Дружка, ни на огромную елду соседского коняги. Сереженькин членик был длинненький, сантиметров десять в длину (как автоматически отметила Олька) , немного изгибался и голенькой, ярко-розовой залупкой смотрел, казалось, в мамкино лицо. Он подрагивал и покачивался в такт Сереженькиному сосанию.
Мамка, немного отстранившись, вынула изо рта сына пустую сисю и, приподняв другую, воткнула сосок Сереженьке в рот. Он хрюкнул, всосался и опять стал мерно почмокивать.
Мамка же, вернула руку обратно и, обхватив тремя пальцами членик, мягко задвигала рукой.
Верх-вниз. Вверх-вниз:
Дыхание у Ольки сперло, по ляжке потекла вниз вязкая капля - насквозь промокшие легкие трусишки не справились с потоком секрета из скользкой от вазелина письки. Набухшие в секунду писькины губки саднили, но боль ушла на задний план и уже не имела значения.
Ноги у Ольки подкосились, она присела в изнеможении, не отрывая взгляда от мамкиной руки, резко дернула в сторону мокрую в промежности ткань трусов и судорожно сжала ладонью бешено пульсирующую мокрую вульву.
А-а-а-а-х! В голове что-то рвануло, Олька на несколько бесконечно долгих мгновений оглохла и ослепла, отдавшись сладкой боли.
***
Когда вернулось сознание, Олька сразу же об этом пожалела. Она нашла себя стоящей на коленях, упершейся лбом в мокрый пол.
Весь ночной запас мочи, извергнувшийся из нее во время оргазма, растекался вокруг остро пахнущей лужей.
Дверь в комнату была открыта и в проеме, залитом ярким утренним светом молча стояла голая мамка.
***
Она наклонилась над Олькой, молча взяла ее за руку, подняла с колен и завела в комнату.
Ласковый Сереженька соскочил с кровати, подбежал и обнял Ольку за талию, уткнувшись мордочкой ей в живот. Пока он бежал к ней, его немного поникшая пиписька смешно болталась из стороны в сторону.
Сестлицька, сестлицька! - радовался он.
Мамка накинула халат и молча вышла из комнаты. Олька машинально гладила Сереженьку по светлым волосам.
В коридоре зашаркала тряпка - мамка убирала следы ее позора.
А у Ольки моклые тлусики! - деловито сообщил Сереженька. - Олька надула! Надо снять, а то плостудися, - он смотрел на нее с комической серьезностью. - Снимай!
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |
 |  | А этот членик и ничего, взбодрили его язычком, он и вполне рабочий. Так, пора дальше бороться за своё счастье. И его тоже, он, дурачок, не понимает, что просто мечтает трахнуть меня не только в ротик, но и куда следует! Тут главное - уверенность в себе. Быстренько заваливаем клиента на кроватку, пиджак долой, брюки приспустим до колен, презерватив на хуй, вот так! А маленькая Лотта уже верхом на этом колышке и начинает свою скачку. Я уже давно мокрая, ведь пока правой рукой я дрочила ему, левая рука как-то сама собой, непроизвольно, ласкала мою кисоньку. Так что входит он в меня, как по маслу. Сначала я насаживаюсь на него не торопясь, с чувством, толком, расстановкой. Уф-ф-ф! И как это здорово, вновь ощутить в себе хотя бы такой пенис! Ещё раз, ещё! Только не спешить, только не торопиться! Вот так, вот так, вот еще-о-о-о-у! Нет, не могу, насаживаюсь всё энергичней, глубже и чаще. А этот барашек совсем обомлел. Глаза круглые, как советские пятаки, губы дрожат, из уголка рта слюнка течёт. Но ладони на моей заднице и вполне недвусмысленно поддерживают взятый мной темп. Нравится! То-то же! А что это за звуки добавились к шлепкам моей попки по его брюху и хлюпанью в моей дырочке? Так, во-первых, я ору, но почему так мощно? А-а-а-а, мы орём дуэтом, глаза моего кавалера уже совсем напоминают варёные яйца и цветом, и размером и конфигурацией. Кажется, кто-то заглядывает, но нет, дверь закрыта... Или решили не мешать нашему молодому счастью... Ладно, кто как, а я сейчас уже почти созрела для оргазма! Сейчас, милый, сейчас, вот, ещё чуть-чуть! Вот уже почти, а-а-а-а-а-х!!! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Ты говорила, что любви нет... "Не любовь это! А влюбленность, которая переросла в привычку, в дурную привычку!". Эта фраза до сих пор крутится у меня в голове. Почему? Разве любить плохо? Ты всегда напоминала мне о том, что это - неправильная любовь и такой любви быть не должно... Черт! Мораль, правила... Да кто вообще придумал такую ерунду?! Разве важно какого пола человек? Неужели это имеет значение, когда любишь? Но ты никогда не отвечала на эти вопросы, а просто закрывала глаза и тяжело вздыхала. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Уморилась бедняжка, ласково подумал я про милую блядушку тётю Любу, целый день на ногах простоять за прилавком обслуживая покупателей и еще вечером выдерживать бешеный молодой напор, своего юного племянника. Спи зая моя сладкая, я потихоньку просунул руку тётке под мышку и взял в ладонь её сиську, прижался к ней нежно целуя ее в шею. Как же хорошо и как прекрасно вот так лежать в темноте, под толстым одеялом, в уютной квартире маминой сестры, когда на улице, мороз и ветер, воет завывает метель. Я лежу голый обняв свою двоюродную тётю, держа засыпая член в ее сочной пизде. Прижавшись к её нежному молодому телу и вдыхая волшебный запах её духов, запах тела женщины, думал я засыпая под вой метели за окном. Как прекрасна жизнь и как хорошо быть молодым!!! |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Евгения долго на меня смотрела и о чем то рассказывала своему парню, я сидел почти рядом, но ничего не слышал, но любовался ее стройным телом, и тут она внезапно встала и направилась в мою сторону. Я как можно быстрее припрятал свой стоячий член и продолжал сидеть, как ни в чем не бывало, думая, что она отошла в туалет, нор она подошла ко мне и заговорила. Опять лирику я пропускаю и сразу к делу. |  |  |
| |
|