|
|
 |
Рассказ №20402
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 04/01/2024
Прочитано раз: 68254 (за неделю: 56)
Рейтинг: 51% (за неделю: 0%)
Цитата: "Следующий день выдался очень жарким. К тому же скопились кое-какие дела (вчерашнее застолье отвлекло нас от их выполнения) . Так, что все время пришлось провести под нещадно палящим солнцем. Вечером, по завершении всех дел, все были очень потные и пыльные (я бы сказал грязные) . Поэтому было решено идти купаться. Правда бабушка, как всегда, отказалась идти, мотивировав это тем, что теперь, слава богу (и спасибо мне) , ей и душа хватит. Душ я взял за правило наполнять каждое утро. Так что вечером можно было спокойно мыться прогретой водой всем...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Добраться до душа получилось только во вторник. Он действительно стоял за торцом бани. Каркас из деревянных брусьев венчала площадка, на которой стоял жестяной бак литров на 50-т, у которого из дна торчал кран с лейкой. Бруски были достаточно крепкие. Какое либо ограждение отсутствовало, напрочь. По кускам, торчащим на брусках можно было понять, что раньше кабинку душа образовывала какая-то клеенчатая ткань, но, по всей видимости, мороз и ветер изничтожили ее, а заменить было нечем или некому. Соответственно тот, кто находился в душе, был обозрим со всех сторон.
Я здраво рассудил, что душ - вещь полезная и озаботился его исправлением. Срубил высокую траву вокруг душа, чтобы не мешала. После недолгих осмотров поломка нашлась и оказалась плевой: грани на пластмассовом барашке крана срезало и открыть-закрыть кран им было невозможно. В мастерской отыскался подходящий алюминиевый барашек. Еще я почистил лейку и заменил две сломанные доски на полу. Натаскал воды в бак. Провел испытания - все работало идеально (конечно звучит высокопарно, но я был собой горд) . Правда, выяснилось, что сообразить загородку было не из чего - и кабинка так и осталась "продуваемая всеми ветрами". Рейки с остатками ткани я оторвал, чтобы не портили вид. Прибил несколько гвоздей, чтобы вешать одежду и полочку под мыло.
А после обеда во двор к нам во двор зашла женщина - я как раз возился у колодца, прикрепляя к ведру отвалившуюся ручку.
- "Привет, племяшка!" - громко поздоровалась она, чем застала меня врасплох.
- "Здрасте. А вы:" - растерялся я и запнулся.
Что-то в ее внешности было удивительно знакомо, но я никак не мог понять что.
Она звонко и весело рассмеялась и объяснила: "А я мама Лены - тетя Ира. Вот погостить приехала!"
Теперь все встало на свои места: глазами, волосами и фигурой Лена очень походила на нее.
- "А-а, понятно" - протянул я: "Только Лена с бабушкой в деревню пошли - в магазин".
- "Ну, ничего. Пойду пока, переоденусь" - ответила она и пошла в дом.
Минут через пятнадцать она вышла в халате (который, видно, отслужил свой срок в городе и был сослан сюда) и полотенцем.
- "Ополоснуться бы, а то упарилась в дороге. В бане вода есть?"
- "Есть немного. А можно в душе. Я его как раз сегодня починил. Только там он не огорожен и вода, наверное, еще не согрелась."
- "Это ничего. Пойдем, посмотрим"
Мы прошли к душу, я открутил барашек и попробовал воду рукой - она была прохладной, но приемлимой.
- "Попробуйте" - предложил я.
Она внесла кисть руки под струйки брызжущие из лейки и заключила: "Пойдет". Затем повесила полотенце на гвоздь и стала расстегивать пуговицы на халате.
Я посчитал нужным удалиться. Заворачивая за угол бани, я машинально оглянулся. Тетя Ира, стоявшая ко мне спиной, уже сняла халат и осталась только в темно-синих трусиках. Задерживаться я не стал - подглядывать нехорошо (хотя очень хотелось) . Через минуту из-за бани послышались ее оханье и уханье - видимо вода недостаточно прогрелась (колодезная все-таки) . Еще через десять минут зашла во двор мокрая и посвежевшая.
- "Хорошо" - выдала она мне.
Полотенце повесила на веревку и пошла к дому, но тут появились Лена и бабушка с авоськами. Последовала сцена встречи с обнимашками и лобызаниями, а затем они, радостно галдя, удалились в дом.
Через полчасика Лена, как лебедь из камышей, выплыла из дома и подойдя ко мне спросила: "Ты, что душ починил?"
- "Сарафан-радио работает!" - подумал я, а вслух сказал: "Ну, да. Тетя Ира уже опробовала"
- "Так она и сказала. Пойдем, посмотрим!" - с азартом выпалила Лена и за руку потащила меня за баню.
Придя к душу, она тут же открыла кран до упора и засунула обе руки под хлынувшую струю.
- "Класс!" - проговорила она: "Теперь можно вечером здесь мыться, а не в бане в тазике".
- "Ты сейчас всю воду выльешь и в тазике опять придется мыться" - предупредил я.
- "А, ну да!" - спохватилась она и закрутила барашек.
- "Вот, только загородить его нечем" - посетовал я.
- "Да ладно! Все равно здесь никто не ходит" - заверила меня Лена: "Надо только будет сюда мыло положить".
- "Надо" - согласился я.
Тут послышался голос тети Иры, зовущей нас. Оказалось, она накрыла стол, с привезенными ею всякими вкусняшками, а бабушка достала бутылочку своей знаменитой ягодной наливочки (нам тоже досталось) . Мы просидели до вечера. Тетя Ира оказалась веселой и простой женщиной. Общение у нас с ней сразу сложилось очень дружеское (на "ты") и, можно сказать, доверительные.
Вечером все посетили "новый" душ и остались довольны. Тетя Ира расположилась в комнате с бабушкой, и они еще долго шептались о чем-то перед сном.
Следующий день выдался очень жарким. К тому же скопились кое-какие дела (вчерашнее застолье отвлекло нас от их выполнения) . Так, что все время пришлось провести под нещадно палящим солнцем. Вечером, по завершении всех дел, все были очень потные и пыльные (я бы сказал грязные) . Поэтому было решено идти купаться. Правда бабушка, как всегда, отказалась идти, мотивировав это тем, что теперь, слава богу (и спасибо мне) , ей и душа хватит. Душ я взял за правило наполнять каждое утро. Так что вечером можно было спокойно мыться прогретой водой всем.
В общем, на речку мы отправились втроем. Мне поручили тащить пакет с мыльно-рыльными принадлежностями. Тетя Ира с Леной шли впереди и о чем-то щебетали.
Я с пакетом шел следом и всю дорогу думал: как же мы на речке будем? Ведь с Леной мы теперь всегда купались голышом. Я даже плавки из сумки не вытаскивал, за ненадобностью. А сейчас с нами тетя Ира и как же мне быть? Как купаться при ней?
За раздумьями и сомнениями я не заметил, как мы подошли к нашему секретному пляжу. По камышовой тропинке вышли на песок. Лена, как всегда, первым делом скинула обувь и попробовала ногой воду. Я подошел к камышам, пристроил на них пакет и застыл, не зная, что мне делать дальше. Лена обернулась и ее взгляд упал на меня.
- "Ой, мам:" - начала, было, она. Потом подошла к ней и ну ухо стала что-то быстро объяснять ей на ухо. При этом обе постоянно поглядывали в мою сторону. Наконец, они перестали шептаться, и тетя Ира обернулась ко мне.
- "Племяш!" - сказала она довольно дружелюбно: "Тут Лена мне рассказала, что вы с ней купаетесь без одежды, а я вижу сейчас - ты стесняешься. И стесняешься, как я понимаю, меня. Я тебе открою маленький секрет - мы тоже с ней так купаемся. Меня ты ничем не удивишь - я все-таки медик. Так, что предлагаю: не отказываться от наших привычек и меня не стесняться. Тем более нам сейчас необходимо отмыться, а мыться в одежде не очень удобно. Согласен?"
Я кивнул.
- "Ну, вот и хорошо" - широко улыбнулась тетя Ира и начала расстегивать халат.
Я все еще не шевелился и наблюдал за ней. Она покончила с пуговицами и скинула халат. Под халатом ничего не было. Ухоженная фигура, немного обвисшие, но все-же, красивой формы груди с бледно-коричневыми сосками, чисто выбритый лобок и створки аккуратных половых губ открылись моему взору.
Тетя закинула халат на камыши (куда за секунду до нее отправила свой сарафан Лена) и звонко засмеявшись сказала мне: "Тебе помочь?"
Я испуганно замотал головой - это развеселило ее еще больше.
- "Тогда снимай все с себя, бери мыло и мочалку и пошли отмываться" - сказала она и пошла вслед за Леной, которая уже зашла в воду.
Стесняться и тупить дальше действительно не стоило - все в равном положении, поэтому я быстро разгонишался, схватил мыло, шампунь и мочалку и побежал в воду.
В воде мы немного побарахтались, а затем принялись за помывку. Каждый пол очереди воспользовался мылом. Тетя Ира шампунем помогла вымыть голову Ленке, а потом повернулась ко мне.
- "Идем, помогу:" - сказала она.
Я было заупрямился, но моих возражений она слушать не стала, решительно развернула меня к себе спиной, выдавила шампунь мне на макушку и принялась растирать.
Я застыл, получая мыльный массаж головы. Но главное:
Главное, что груди тети Иры прижались к моей спине и скользили в такт ее движениям. Это было что-то!!! Я стеснялся и наслаждался. А она просто увлеченно мыла мне голову.
Наконец она остановилась и сказала: "Все, готово, иды смывай!"
Я даже пожалел, что в начале упирался и что все закончилось. Но просить продолжить было бы неразумно и я нырнул в воду, а она занялась своей шевелюрой.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |
 |  | И здесь случился с Ваней конфуз... нет-нет, ничего страшного не случилось - такое встречается сплошь и рядом по причине избыточного ожидания, и только очень непросвещенным молодым рыцарям начинает сразу казаться, что заминка у врат долгожданного рая, наконец-то для них открывшиеся и даже гостеприимно распахнувшиеся, имеет непреодолимое и по этой причине судьбоносное значение... всё, конечно, не так! - и тем не менее, это все-таки был конфуз. Подражая Сереге, а может быть, уже действуя инстинктивно самостоятельно, Ваня упал на Раису и, приподняв свою юную и хотя - в общем и целом - симпатичную, но вполне заурядную попку, тут же сунул между животами руку, чтоб показать своему петушку дорогу, ведущую к храму, как вдруг почувствовал, как там, между раздвинутыми Раисиными ногами, все мокро и скользко... и Ваня, вдруг передернувшись от невольно и внезапно охватившей его брезгливости, в недоумении замер, - Ване вдруг удивительным и даже непостижимым образом стало противно... "Ну, ты еби пока, жарь... а я еще кого-нибудь позову. Хватит тебе двадцать минут?" - вопросительным предложением уже деловито уточнил закадычный друг, по душевной своей доброте готовый сделать приятное всему миру. "Хватит", - не думая, отозвался Ваня, и не увидел, а услышал, как дверь за ним снаружи захлопнулась - в замочной скважине дважды проскрежетал ключ. Так вот, о конфузе... трудно сказать, что именно не понравилось петушку - то ли он вдруг вообразил, что для первого раза, для боевого крещения, мог бы Ваня выбрать поле сражения и поприличнее, то ли по молодости он почувствовал неуверенность в конкуренции с теми, кто уже вспахивал эти отнюдь не целинные земли, то ли он просто устал в пути своего ожидания, как устает преодолевший многие тяготы путник, изнеможенно падая, когда до желанной цели остается какой-то шаг, - словом, трудно сказать, что петушку не понравилось, а только он неожиданно сник, напрочь отказывая Ване в его искреннем стремлении овладеть прелестями посапывающей под ним беспробудной труженицы. Растерялся ли Ваня? Конечно, он растерялся. Да и кто бы не растерялся, когда долгожданная цель была под ним, а он ничего не мог сделать, - став на колени, Ваня на все лады поднимал петушка, встряхивал, тискал его и гладил, напоминая, как все получалось у них в ходе бесчисленных тренировок, и как они оба об этом мечтали - сотни раз, стоя под душем или лёжа в постели, стоя в туалете или сидя за письменным столом... нет, петушок не отзывался! Ваня хотел, а он не хотел - и, прикинувшись недееспособным, он глумливо болтался из стороны в сторону, тщетно потрясаемый Ваниными руками, торопливо пытающимися восстановить status quo, - все было тщетно. И Ваня... Ваня вдруг понял, что все напрасно - что сегодня, наверное, не его день. Хорошо, что труженица спала, - не ведая, какая драма разыгрывается над ней, Раиса посапывала, раздвинув ноги, и из ее полуоткрытого грота, поросшего редким диким кустарником, вытекала, сочась, животворящая влага Сереги, и влага Ромика, бывшего перед Серегой, и влага еще бог знает кого, кто был перед Ромиком, не посчитав себя вправе отказываться от удовольствия на этом веселом празднике жизни... бля, хорошо, что Сереги нет, - подумал Ваня, не без некоторого сожаления вставая с ложа, так и не сделавшего в эту прекрасную Новогоднюю ночь его, Ваню, мужчиной - не лишившего его девственности... и здесь, наверное, можно было бы смело сказать, что Ваня остался мальчиком, если бы слово "мальчик" не употреблялось одновременно в совершенно иных - веселых - контекстах. Остается только добавить, что Ваня успел встать вовремя, потому что в замочной скважине вдруг снова проскрежетал ключ, и Серега, приоткрыв дверь, просунул в комнату голову: "Ну, как ты здесь? Кончил?" "Кончил", - в ответ отозвался Ваня ложно бодрым голосом, стоя к Сереге задом - застегивая штаны. "Давай, заходи! На тебе ключ... отдашь его Ромику", - услышал Ваня Серегин голос и, повернувшись, увидел, как в комнату входит, сменяя его у станка наслаждений, очередной пилигрим, жаждущий то ли познания, то ли привычного совокупления... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Видно было, что силы у начальника уже были на исходе и ему требовалась повышенная стимуляция. Он вышел из попу Светы и потянул ее за руку на улицу. Опять беседка, Игорь Борисович садится в кресло, разворачивает Свету к себе спиной и мягко насаживает ее попку на свой член, притягивая ее к себе. Так она еще ни разу не занималась сексом, а тем более в попу. Открытый воздух, беседка и жаркий мужчина ласково проникающий в попу. Света закрыла глаза и стала наслаждаться процессом. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мужчины вошли в воспитательную комнату. Они подошли к металлической стойке и стали устанавливать горизонтальные перекладины. Открыв кейс, "Доктор" стал доставать и закреплять в зажимах, большие, из толстого стекла, флаконы с тёмной жидкостью. Когда всё было готово, Хозяин позвал рабу. Мужчины, почти волоком, подтащили стонущую пожилую женщину к стойке. При-стегнув старуху за ноги и за руки к стойке, ей в рот вставили затычку, а на глаза надели маску. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Томми лежал на своей матери, какое-то время, пытаясь обрести дыхание. Он положил свое лицо на ее грудь, скользкую от его слюны и ее пота. Лиза сидела перед ним, и он мог видеть как ее пизда, трется о нос и рот матери. Девушка также была мокрой от пота. Обмякший член мальчика, по прежнему находился в теле Кимберли. Он перевел взгляд на руки своей матери. Веревки глубоко врезались в кожу на ее запястьях. Томми усмехнулся, он был еще мал и все еще нуждался в ней, и в то же время он был достаточно в |  |  |
| |
|