|
|
 |
Рассказ №21430
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 23/04/2019
Прочитано раз: 21886 (за неделю: 29)
Рейтинг: 33% (за неделю: 0%)
Цитата: "Нельку прорвало, даже чая себе не налила. С самого утра, страдая от неизвестности, она уже выстроила в своей головке некую гипотезу и теперь ждала от меня ее немедленного подтверждения. Отрицать было бессмысленно. Хуже, если только признаться, что трусики, и ещё много чего от Армани, Гучи, Живанши, - шуба-пальто из скандинавской норки! вовсе не от него, а от неё. От Сони...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Вставай, Тань, вставай... - проговорила она.
Я глянула на висевшие в сестринской комнате старенькие часы, легендарные - подарок нашему отделению в еще семидесятые годы за отличное отношение к больным медицинского персонала.
До вечерних процедур, инъекций, раздачи таблеток, оставалось полчаса, которые, видимо, и должны пойти на мой подробный доклад напарнице о событиях, произошедших со мной прошлой ночью.
- Можно, я ещё покемарю, минуток десять, Нель? - попыталась я чуть сократить время.
- Нет! Чайник вскипел, конфеты на столе. Коробку открыла!
- Ладно, сейчас сбегаю, освобожу место под чай - всё же нашлась я.
Нелька взъярилась, но не найдя аргументов против позыва природы, промолчала.
Я поняла, что если через пять минут, я не буду сидеть за столом и рассказывать ей, то, чего она целый день ждет, я потеряю не только подругу, но и напарницу с которой в смене уже ни один год душа в душу.
В общем, пять минут так пять, я вложилась в норматив, вернулась, села к столу взяла наполненную зеленым чаем чашку, конфету.
Неля быстро закрыла дверь на замок, села напротив и многозначительно посмотрела на меня. Я на нее.
- Ой, да санитарки пока за больными присмотрят! - ответила она на мой вопрос во взгляде. - Лучше признайся, Тань, закадрила богатого папика, - да? Это он тебе трусики от Армани подарил? А ещё, ещё что подарил? . .
Нельку прорвало, даже чая себе не налила. С самого утра, страдая от неизвестности, она уже выстроила в своей головке некую гипотезу и теперь ждала от меня ее немедленного подтверждения. Отрицать было бессмысленно. Хуже, если только признаться, что трусики, и ещё много чего от Армани, Гучи, Живанши, - шуба-пальто из скандинавской норки! вовсе не от него, а от неё. От Сони.
- Не знаю, похоже, что да... - ответила я, прячась за чашкой с чаем. - А что подарил? Ещё лифчик, набор нижнего белья, в общем...
Для себя я решила, в ответах говорить ничего определенного, конкретного, только: возможно, может быть, кажется, не думаю...
- Как не знаешь?!
- Так...
- Он тебе белье дорогое дарит, в ночной клуб, для богатых папиков, пригласил, а ты глазками моргаешь - не знаю! Тань, ты чего?
- В каком смысле - моргаешь?
- В любом! А какая у него машина?! Танька, рассказывай, что я из тебя слова-то пинцетом тяну! Вытягиваю...
- Машина обыкновенная, большая, дорогая. Шофер личный.
- Всё, я не могу, Тань! И ты ещё не знаешь!
- Думаю, пока.
- Ну, он тебя хоть того?
- Того, - прижимал, когда танцевали... - выкопала я факт из позапрошлого года, когда познакомилась с дальнобойщиком. Правда он меня тогда не только прижал, а помял до синяков, обещаниями от его напора только и отделялась. Придумывать я не умею, а вот совмещать прошлое и настоящее, очень даже.
- О любви говорил?
- Говорил...
- А ты чего?
- А чего - я? Кивала, улыбалась...
- Танька! . . Пригласи его к себе домой на Новый Год. Шампанское, потанцуете, поласкаетесь, полабзаетесь, немного поломаешься, отдашься ему под бой курантов и он твой. Ты главное не теряйся... Если и новогодняя ночь не удачно пройдет, тогда всё! Пропал наш не благородный труд, либидо томное стремление.
- Не удачно, это как? - играла я словами дальше, отвечая вопросом на вопрос.
- Ой, Танька! Ну, не встанет у него! Переволнуется или ещё чего. Тогда убежит и даже не позвонит больше. Сто пудов! Я это уже проходила.
- Да?!
- Да... Ну, был у меня один папик. Один - всего! Я то, с одури, что вот оно моё счастье пузатенькое, лежит в постельке, меня ожидает, решила огонь высечь, показать на что способна, а он хоботком и сник. Всю ночь успокаивала, растолковывала: мол, бывает, милый, сильно не переживай. Сказки ему рассказывала, о том, что вообще-то бабе не только это нужно, главное чтобы настоявший мужчина был всегда рядышком. Вроде слушал, кивал, соглашался. А на утро, всё равно сбежал.
- И...
- Нежно, говорю, обхаживай! Домой, как заманишь, сильно сразу не напирай.
- Домой я не могу, там Лёша... - тайком поглядывая на часы, ответила я.
Осталось шесть минут продержаться. Обманывать подругу я не хотела, просто не знала, как ей рассказать то, что произошло со мной в эти три выходных дня. Я сама во всём толком ещё так и не разобралась.
- Давай его ко мне! . .
- У тебя же однокомнатная!
- Ой, Тань! Что мы с вьюнышем общего языка не найдем, квадратные метры напополам не поделим? Ещё и место для танцев останется...
- Нет, Нель...
- У тебя чего с ним, роман? Страсть любовная?!
- Он сын моей одноклассницы! . .
Вот так, за полчаса чаепития я себя в монашки-отшельницы и записала. Прямо, как Мария Степановна - высшая школа конспирации. Нет, надо было заканчивать, а то наговорю такого, что завтра за всю ночную смену не разрулю. К тому времени Нелька ещё больше вопросов заготовит.
- Но, не моей же школьной подруги, Тань! - ответила она, пока я блуждала в собственных мыслях, пытаясь разложить их по полочкам. - Я ему баба посторонняя. Отдай мальчика, развлечься, и его в Новый Год собой побаловать. Не жадничай...
- Девочки, время... - раздался за дверьми голос санитарки.
Я выдохнула:
- Уже идем, Мария Степановна... Уже идем...
Остаток смены Нелька ходила хмурая, злая, внутримышечные инъекции вводила больным безжалостно. Вечер я простояла на раздаче лекарств, но так и не ответила ей насчет Лёши. Неля фыркнула мне вслед, когда после сдачи смены, я попросту сбежала. Собралась и сбежала, мне нечего было ей сказать.
На улице снова шел снег - белым-бело. Тротуары стали узкими, автомобили вереницей толклись на дороге, в очереди на светофорах. У пешеходных переходов образовались ледяные баррикады. Перебираясь через них, я думала: может действительно попросить Лёшу, чтобы он пожил у Нели? Она моложе меня, красивее.
Нет! А вдруг от волнения и у него не встанет! Лёша не папик, травма на всю жизнь и виновата будешь ты Танька...
Устало я зашла в родной двор. Голубенький "Ситроен" припарковался далеко от моего подъезда. Весь проезд к дому заняла фура-рефрижератор.
Господи! Дальнобойщик приехал! Обещал же только после новогодних праздников.
Утопая в пушистом снегу, я прокралась по краешку, меж палисадником и фурой, свернула к своей парадной. Сердце бешено колотилось, я даже забыла, что минуту назад мечтала лишь об одном - сделать на лицо маску и забраться под толстое, теплое одеяло.
В кабине фуры загорелся свет, со стороны пассажирского места открылась дверца. Я это не увидела - почувствовала.
- Танька! - услышала голос дальнобойщика. Обернулась.
- Привет! - собираясь мыслями, которые, если честно, не совсем собирались, набираясь отваги вместе с глотком морозного зимнего воздуха, проговорила я. - А ты чего в машине? Ко мне не заходишь?
- Я хотел, но у тебя там какая-то баба. Бешеная... В общем, не пустила.
- Так, пошли вместе...
- Залазь лучше ко мне. Поговорим, да я поеду.
Ладно, если рвать отношения, то нужно рвать их сразу. В полной решимости, я взобралась на высокую ступеньку, присела в кабину фуры.
Он закрыл дверь, выключил в салоне свет, включил передние фары и поехал...
- Ты куда?! Стой! - я дернула ручку дверцы, но она не открывалась.
- Молчи, дура! . .
Я медленно сползла по высокой спинке сидения...
Он был прав. Я, действительно, дура! Решила поиграть в благородство, поговорим, расстанемся друзьями, и семьями будем ходить друг к другу в гости! Чем ближе подъезжали к объездной дороге, тем сильнее меня охватывал панический, животный страх. Плакать не хотелось, - хотелось скулить, подвывая глупым щеночком.
Женское воображение ярко рисовало моё обнаженное, хладное тело где-нибудь на обочине, недавно отбеленной промежностью кверху. Ёщё не стершийся "огонёк" , - а может стершийся?! Зверским изнасилованием.
Может, в этом лесочке, а может, всё же в следующем?! Новый Год, - праздник. Мужчины и женщины сидят за столом в теплых квартирах, пьют шампанское, слушают по телевизору новогоднее обращение президента, бой курантов, загадывают желания, целуются, а я лежу и медленно покрываюсь снежинками, мечтаю, чтобы меня наконец-то нашли и опознали.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Его член продолжал оставаться в маме, все еще сжимаемый ее нежностью. Дед плюнул на свой толстый палец - это я видел - и потом его рука нырнула куда-то вниз, к маминой попе. Спустя секунду мама застонала и ее ножки дернулись. "Заткнись, пизда!" - взвизгнул дед и ударил маму левой в затылок, - заткнись, сука, пока не убил!" Он снова яростно задвигал жопой, не прекращая шерудить рукой. Господи, да он же пихает пальцы в ее попочку! На этот раз каждое движение деда отзывалось подергиванием маминых бедер, хотя моя милая мамочка и молчала, видимо боясь новых ударов насильника. Дед вошел в раж, отводя задницу и буквально поднимая маму на хую, втыкая его как можно глубже. Он пыхтел, как паровоз, еще минуту, вторую и вдруг коротко завыл, начав долбить маму как кролик. Влажные шлепки заполнили комнату. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И вот до Нового года она меня постоянно провоцировала. В Новый год я решил, что должен Ее трахнуть обязательно! Ну и стал претворять в жизнь свой план! Она по ходу тоже решила это же. И вот мы оказываемся с ней в пустой квартире. Снимаю с неё платье и лифчик! И... вот они обалденные дойки! Мну их руками и целую! Юля блаженно стонет! Раздеваю Ее полностью! Она старается раздеть меня и вот мы голые обнимаемся и целуемся! Как же мне хочется Ее поскорее натянуть! Юля сама встаёт рачком и выставляет свою попку! От такого приглашения невозможно отказаться! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Когда Алена впервые пришла на час позже, я не находил себе места - что случилось, почему задержалась? Но успокаивал себя, может на работе чего случилось. Медицина все таки... Но вот захрустел ключ в замке, и я молнией бросился в прихожую. На пороге стояла она, моя любовь, закрывавшая дверь. Закрыла - и откинулась спиной на дощатую поверхность. Когда я подошел вплотную, она посмотрела на меня сквозь полуприкрытые веки, положила руку мне на плечо и наклонила вниз, к своей сокровищнице. Лишь оказавшись в непосредственной близости от нее, я понял - мою любимую поимел другой мужик. Вокруг щелки все было перемазано ее выделениями и чужой, нахально пахнущей морем, мутной спермой! Мое дыхание перехватило от возмущения, но ее неумолимая рука прижала меня к этому логову разврата. Чужая влага коснулась моей кожи, а рефлекторно выставленный язык ощутил чуть солоноватый вкус спермы. Чужой спермы! Я не знал, что делать со своим возмущением, но оно вдруг сменилось возбуждением. Мою Алечку, Аленушку, Аленку, Леночку выебли и обкончали, моим бриллиантом любовались и пользовались! К груди подкатил необычайно жаркий шар, и на мгновение представив, как в эту дырочку входит чужой член, толстый и красноголовый, я набросился на нее с таким неистовством, словно хотел съесть этот плод... Мокрая и горячая, она пульсировала под моими губами, сжимаясь и раскрываясь, и вот из женушкиной груди уже сорвался первый стон, затем второй, потом она вцепилась коготками в мои волосы и тихонько заскулила. Осев вдруг на подкосившихся ногах, Леночка переживала сладкую муку, то отталкивая, то прижимая мою голову. Мой же член, твердый как гранит, тоже требовал внимания, и поднявшись над упавшей на корточки Аленушкой, я вытащил его, такого большого и упругого, и несколько раз вздрочнув, облил ее горячим, снежно-белым потоком. Сперма попала на волосы и на лицо, губы и грудь, мутные капли остались на красном атласе ее летного платьица, смотрясь словно жидкие жемчужины. Она подняла на меня озерца своих изумрудных глаз, и мы долго смотрели друг на друга, верный муж и его подгулявшая, бесстыжая жена, орошенная спермой изнутри и снаружи, трахнутая и облизанная, блестящая спермой на губах и зарождающимся блядским отсветом в своих волшебных глазах... |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Дима подошел к сидящему Саше, опустился на колени и стал засасывать Сашин член в свой рот, не забывая вылизывать яички. Член постепенно стал разбухать и уже через минуту Саша тихо постанывал от удовольствия. Дима делал минет очень умело, не каждая женщина сможет так. Затем они поменялись местами, теперь Саша проводил языком по стволу Димы, облизывая головку. Лена смотрела на это завороженными глазами, а Оля тихонько стала подталкивать Лену к Саше. И Лена вместе, со своим любовником, стали по очереди заглатывать Димин член. Оля сидела в кресле, наблюдая за происходящим, медленно мастурбировала. Дима от удовольствия закрыл глаза, покусывал губы, а Лена с Сашей забирали друг у друга ствол, заглатывая и облизывая его, каждому это хотелось делать подольше. Вдруг Дима вцепился в ручки кресел, и разразился потоком спермы в Сашин рот. Спермы было много, и Саша не стал ее глотать сразу, а решил поделиться в страстном поцелуе с Леной. Они целовались, размазывая сперму по лицу, пока их не остановил Дима... |  |  |
| |
|