|
|
 |
Рассказ №22053
|
|
|
| |
| | В сарае, Витёк было начал мне угрожать за то что я его сдал матери. Но я быстро поставил этого придурка на место, пригрозив ему, что я все расскажу Марине и брат мигом успокоился. Жопа у него горела огнём и получать добавку ремнем от матери он явно не хотел. За час мы с ним перетаскали все доски, освободив лаз в подвал где был тайник военных времён. По приказу матери, мы вытащили из подвала ящик с пистолетами и ящик где лежали патроны к ним. Только две коробки остались лежать на дне подвала, в них была взрывчатка и детонаторы к ней и их мы трогать боялись. Марина сама спустилась в подвал и достала из ящиков с немецкими орлами, с десяток тротиловых шашек и детонаторов. Когда мать вылезла из сарая во двор держа в руках связку взрывчатки. Мы с братом боязливо шарахнулись от неё, ведь боеприпасы были старые и могли сдетонировать прямо у нас перед носом. | | |
| |
|
| |
| | Инна Сергеевна, с садистской последовательностью, продолжала меня гнобить. Оскорбления её и её поджопников, становились всё чаще, ну и мои уходы в самоход, естественно, становились тоже всё чаще. Она не переставала мне втулять, что знает, что я нарушаю режим, покидаю лагерь и, что она рано или поздно поймает меня и вот тогда мне не поздоровится! Она с треском выгонит меня из лагеря! | | |
| |
|
| |
| | Несколько минут я лежала и только ощущала как во мне затухают искорки удовольствия. Они продолжали тлеть не отпуская. Открыв глаза я обнаружила, что в спальне одна, а из-за двери слышны легкие движения и звук льющейся воды. В двери показался Стас с бокалом вина в одной руки и бокалом виски в другой. Довольным и полным удовольствия взглядом он посмотрел на меня, медленно подошел, поставил бокал рядом с моей рукой и поцеловал мою грудь, коснувшись при этом вторым бокалом низа моего живота. Холодное стекло обожгло и я вздрогнула. Нежным движением его губы перетекли с моей груди на живот и задержались там, где холод стекла меня обжог, не давая затухнуть искоркам удовольствия. Я привстала (он быстрым движением скинул с кровати подушку и положил её мне под спину) , взяла бокал, и медленно выпила прохладное вино. | | |
| |
|
|
| |
| | опадаться стали все грубые, злые мудаки, злобные гоблины. <Соса-а-а-ть, падла!>, <Ляжки шире!, <Жопу выше отклячь!>. Только это и знают. Дочь моя уже выросла, в институте учится. А я ушла из рейсов с дальнобойщиками, теперь, хоть и плечевая, но оседлая. То есть, ни в какие рейсы уже не хожу. Сижу на трассе, на автобусной остановке. Меня все уже давно знают. Останавливается водитель, таксу уже знает. Как правило, делаю минет. По - рабоче - крестьянски - отсос. Как на потоке, на конвейере. Остановился водитель, получил отсос, отстегнул денежку, и поехал себе по трассе дальше. А иногда кто - нибудь хочет в кустах, на подстилке, со всеми удобствами меня отодрать. Что ж, не мне выбирать, а им. Раз платишь - можешь рассматривать мои ямочки на заду. И не только рассматривать. И не только ямочки. Гондоны у меня всегда с собой. Обычные, с пупырышками, ароматизированные для орального, с супер-пупер смазкой для анального. Какие хочешь, но без резинки ни-ни! | | |
| |
|