|
|
 |
Рассказ №22147
|
|
|
| |
| | По крайней мере, одно было ясно... меня больше не было. У меня не было денег, не было документов, не было имущества. Чтобы это изменить, потребовалось бы вмешательство властей, а также куча времени и хлопот. Что неизбежно повлекло бы объяснения, газетчиков (каков сюжет!) и суды. Что неизбежно означало пережить весь этот ужас сначала, получив в результате массу душевных травм, нежелательной славы и неведомо какой исход для Эша. Что неизбежно означало для него и тюремный срок... но при хорошем поведении его могли выпустить досрочно, и он мог бы надругаться над кем-то ещё. | | |
| |
|
| |
| | Следующие пять минут в комнате слышалось лишь учащенное дыхание двух подростков, а также чавкающие и хлюпающие звуки. Друзья стояли рядом друг с другом, улыбались, и, запрокинув вверх головы, дергали за свои члены. Оба думали лишь об одном: в соседней комнате спит та, которую они оба так нежно любят, которую они оба боготворят, и которую так жаждут своими молодыми не созревшими членами! Та, на которую они готовы теперь каждый день онанировать вместе. Не скрывая друг от друга своих наклонностей. Наоборот, даже гордясь ими! | | |
| |
|
| |
| | Лечь с тётей Любой в постель, даже и не светило. Тётка любила мужиков с деньгами и её часто можно было увидеть возле нашей двухэтажной городской гостинницы. Там с одной стороны был пивбар, место где ошивалась местная пьянь и работяги вроде моего отца а с другой стороны был ресторан а на верху была сама гостинница. В этой гостиннице часто селились командированные, которые приежали на местный военный завод, филиал Московского завода. Команндированные были москвичи и как правило к нам присылали молодых мужчин, до сорока лет. Люди семейные не очень любили ездить в командировки а вот молодым они были в радость. Можно было и погулять и красивых и блядовитых провинциалок потрахать, таких к примеру как моя тётя Люба. | | |
| |
|
|
| |
| | Рядом в кровати на животе лежала Анька со скованными ногами и руками, раздвигая свои приподнятые ягодицы. Над ней нависал Рослый, намотав ее волосы на руку и заткнув ей широкой ладонью рот, жестко трахая ее в анал. Анька была как обычно в своем цепном бондаже, цепочку которого сдвинутую на бок, на только что выпоротой попке, она придерживала пальцами. Рамень, которым Аньку нещадно порол Рослый еще пять минут назад, сначала раком зажав ее между ног, а после, сидя, перегнув Аньку через свою ногу, валялся рядом на кровати. | | |
| |
|