Рассказ №23500 (страница 4)

     И театра единственный зритель,
     Покинул светлый зрительный зал.
     Как актриса она отыграла отменно,
     Ну, а как режиссёр - перебор.
     Или зритель попался мгновенный
     И спектакль такой запорол.
     А, на самом деле что было!
     Он зажал свою крайнюю плоть,
     Чтоб следов за собой не оставить
     И не кончить на потолок.
     Потихоньку разжал свои пальцы,
     Когда член в трусы поместился.
     Раньше делал он это над унитазом,
     Когда сам с собой обходился.
     Ситуация была ясной,
     Конспирация превыше всего.
     До сих пор он не знает, что она знает
     Все в этот день про него.
     
     ГЛАВА
     А, сейчас.
     Взгромоздившись
     С ногами на кресло,
     Ароматное масло
     Обильно плеснув на живот,
     Снизу масло текущее между ног
     В ладонь собирая.
     Стала нежно массировать пальцами
     Задний проход.
     Прижимая вибратор жужалку,
     Туда же вкрутила.
     Очень сильно голодная попа,
     Всю жужалку она проглотила.
     Вслед за попой голодная пися,
     Подождав пока рот, смажет член
     Позвала его в гости.
     Он топтался с минуту у входа,
     А затем вошёл весь без проблем.
     Погостивши немного у писи,
     Побродивши по кругу, а потом
     Взад вперед.
     Пренебрёг ее гостеприимством
     И отправился в ласковый рот.
     Его встретили там как родного,
     Горячо в засос целовали,
     И головку его силиконовую
     Сладострастно стоная, сосали.
     Ну, а где же хозяйка всех этих?
     А, хозяйка в мечтах на Майями.
     И лежит теплым солнцем согретая,
     Океан ее гладит волнами.
     
     ГЛАВА
     И в мечтах ее, на горизонте
     Показался пиратский корабль.
     Он несется на всех парусах
     В ее тихую мирную гавань.
     Черный флаг, развиваясь зловеще,
     С белым черепом и костями.
     Сердце девичье от страха трепещет
     Весь корабль набит мужиками.
     Все свирепые, голодные, злые.
     Будут грязными лапами лапать.
     А она беззащитна, раздета,
     Из одежды на ней только шляпа.
     И рукою, словно волною
     Окатила себя легким бризом.
     Чтоб немного себя успокоить,
     Потянула веревочку снизу,
     И жужжалка из попы немного
     Показалась и снова пропала,
     Между пальцев шершавя клитор,
     Она нежно себя приласкала.
     За минуту таких расслабонов,
     Про пиратов напрочь забыла.
     И у самой воды извиваясь,
     Вновь на пляжном песке воплотилась.
     А пираты тем временем бросили якорь
     И тихонько на лодке подплыли.
     И увидев сирену морскую,
     Просто напрочь забыли, кем были.
     И пятнадцать голодных и злых мужиков
     Стали дружно дрочить не стесняясь
     Дружков.
     Даже те, кто стеснялся признаться
     В своем онанизме.
     Ведь признанье такое - серьёзный удар
     По пиратской харизме.
     Пред такой красотой
     Не смог удержаться
     Даже боцман,
     Который был мастером по конспирации.
     Он травил анекдоты про онанистов
     И смеялся сам громче всех,
     Как будто он самый чистый.
     И все тоже смеялись,
     хотя было совсем не смешно.
     Да, конечно, в море без женщин
     Приходится туго,
     Но, лучше собственный твердый кулак,
     Чем задница друга.
     И как медведи и львы победители,
     Они громко ревели, кончая.
     И она на секунду подумала:
     "Фух, пронесло!".
     Но, пираты опомнились тут же,
     Как вышли с экстаза.
     Снова в образ пиратский войдя,
     Принялись за свое ремесло.
     Вот уже оголенные сабли,
     Настоящие сабли сверкают.
     Отвезем ее на корабль
     Пусть корабль наш украшает.
     Ей связали руки и ноги.
     Она очень сильно брыкалась,
     И косынку пиратскую всунули в рот,
     Потому, что она матюкалась.
     Погрузили на лодку, отплыли,
     Пока плыли, она узнала,
     Что не будет ей больше пощады,
     Что конкретно она попала.
     Капитан у них сущий дьявол,
     Кровопийца и душегуб.
     Вся команда его боится,
     Что перечит ему только труп.
     И от женщин крепко заперто сердце,
     Женщин он за людей не считает.
     Это травма с раннего детства,
     Его бросила мать,
     А жестоким отец воспитает.
     .
     Как добычу имеет он женщин,
     Очень жёстко и грязно имеет.
     Он, как дикий лев, беспощаден,
     По-другому он не умеет.
     
     ГЛАВА
     Ей покоя не давала веревка,
     Между ног она врезалась грубо.
     И при каждой волне,
     Находящей на лодку,
     Она всё глубже
     Входила под губы.
     И сухим волокном натирая,
     Через попу до правой лопатки.
     Даже здесь, где опасно для жизни,
     Она пользуется самым сладким.
     Она вспомнила один случай,
     То, что с ней по-настоящему было.
     Этот день был один из лучших,
     Она выжила, потому что любила.
     Как-то раз они вместе с Серегой
     Отдыхали зимой в Эмиратах.
     В канун нашего Нового года,
     Там тепло
     Даже чуть жарковато.
     И в роскошном Дубайском отеле,
     Из номера не выходя,
     Они пили, и ели в постеле,
     Наслаждаясь друг другом два дня.
     "Ладно, завтра, пойдем, погуляем". -
     Неожиданно выдал Серега.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ]

Читать также:

© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.