|
|
 |
Рассказ №24284
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 30/04/2025
Прочитано раз: 15102 (за неделю: 9)
Рейтинг: 60% (за неделю: 0%)
Цитата: "Сразу поспать мне не удалось. как только я лег на плащ-палатку, ко мне прильнуло горячее упругое тело - Катя. А с другой стороны и Надя, целый военфельдшер. И девушки стали меня страстно целовать. А потом Катя почти нахально затащила меня на себя. Обалдеть, как мне сладко у неё между ножек! Стараясь потише, мы всё же тихо и очень сладострастно стонали - Катя очень классная. Она быстро кончила, видимо сильно "проголодалась" и на ухо: "Миша, иди к Наде, она тоже очень хочет... " И, ротиком поласкав мой стоявший колом член, нежно толкнула к подруге...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Если не знаешь, что делать, - делай шаг вперед" ,
"Из двух путей выбирай тот, что ведет к смерти.
И сумей победить! (Никколо Макиавелли)
Да, мы победим, я в этом уверен! Но... сколько ещё дубоголовых генералов командуют войсками, зная лишь одно: "Ура! Вперёд! В штыковую". Но сейчас не гражданская война, а они готовились к прошедшей войне. Вот почему Вермахт всё ещё диктует условия.
Но германская военная машина, на которую работает промышленность практически всей Европы, пока еще слишком сильна и прекрасно организована. Первые потери - весьма, между прочим, существенные, в разы большие, чем предполагалось изначально! - в германском Оберкоммандовермахт всё рассчитано, еще никак не отразились на общем положении дел на фронте. Да и немецких генералов, к сожалению, так просто из седла не выбьешь - старая школа. Не вышло так - тогда попробуют эдак. Хаоса же в управлении войсками РККА если и стало меньше, то, увы - совсем ненамного. Да ещё эти грёбанные политруки во главе с Мехлисом своими тупыми лозунгами забот добавляют!
Размышлял я, наблюдая в бинокль продвижение войск Манштейна, самого грамотного генерала Вермахта. Явно не будет он пуп рвать, чтобы деблокировать 6 армию Паулюса, если нашим удастся окружить её. Хитёр, ничего не скажешь... И армию свою сохранит и конкурента уберёт... Так что это я учту, конечно.
Глаза сильно устали и я прилёг передохнуть, с удовольствием вспоминания прощальные ласки Ирочки. Как она горячечно мне шептала: "Только вернись живой! Я всю жизнь тебя ждала!" Ну как не выполнить такую просьбу любимой женщины...
Замаскировавшись в густом подлеске неподалеку от дороги, уже давно наблюдал за проходящими мимо колоннами немецких войск, делая в блокноте понятные лишь мне одному пометки. До темноты полно времени, как минимум еще пару часов можно и полежать. Собственно, именно за этим меня генерал Ильичёв в немецкий тыл и отправил: собрать информацию о переброске войск противника. И, пока в Москве будут с доносом на меня разбираться, мне тут будет спокойнее, как ни странно. Ладно, ушёл я поглубже в лес и, подстелив плащ-палатку, прилёг передохнуть.
Я задремал, а тут точно вновь прикосновение к ноосфере. И вот видение: совсем голая Ирина осматривает себя в большое зеркало и просто любуется моими засосами на своей великолепной груди. А личико у неё какое счастливое - она сейчас в одном доме и в одной постели со своим любимым мужчиной. Да и дом этот отличный - просто в тему, как говорится. А вот и Толя с Юлей пришли. Юлька, нахалка, тоже разделась догола и они обе нахально вышли к Толе. Тот точно обалдел от такого зрелища - словно две богини вышли к нему, совсем не смущаясь своей наготы. А чего смущаться - ведь фигуры у них великолепные! Толя так и замер с вилкой в руках у самого рта - девушки стали хохотать! И сказали ему - они ждут его в спальне. Миша разрешил и доверил тебе приласкать и согреть обеих, вот и старайся! Ох и балованные какие у нас с ним подруги! А я совсем не ревновал - Толик настоящий друг!
И вот и второе видение - в кабинете Ильичёва возмущаются особисты, как мол он меня в тыл немецкий отправил, на него донос. А если он не вернётся? Что им тогда делать? На что генерал рассмеялся и выдал резюме:
- Алексеев хитрый, ловкий и умелый. Он точно вернётся и не с пустыми руками. Ему уже 20 тысяч выдали премий - он притащил из тыла золота и бриллиантов точно на танковую колонну! А вот вы, герои тыла, чем можете похвастаться, кроме выбитых зубов? Но если вам так срочно нужно допросить, то давайте, садитесь в АИР-6 и в немецкий тыл. Подполковник Алексеев будет вас ждать! Летите? Звонить мне на аэродром? Собирайтесь и летите в тыл! Что вы так побледнели? Плохо себя чувствуете? Ну ладно, когда выздоровеете, то и приходите... Хитёр наш генерал, в этих аппаратных играх он зубы точно съел... Особисты рванули из его кабинета, как спринтеры! А то их правда в тыл отправят! Обосранные герои, трусливые, как зайцы!
Ну что, пора двигать обратно! Тут всё понятно! По тропинке, медленно двигаясь по лесу, я вдруг услышал шёпот. Ещё из-за шёпота я не понял, кто говорит, мужчина или женщина, о чём речь тоже не расслышал, но почему-то мне показалось что это девушка, нежный контральто был. Да и кто будет ночью в лесу сидеть? Наши скорее всего. А мне ведь и помощники нужны, хотя бы в качестве наблюдателей. Так что я смело и очень тихо подошёл поближе и негромко сказал: "Добрый вечер, милые девушки".
Почти сразу раздался испуганный визг в два голоса, на что я, совсем не сдержав усмешки, негромко выдал своё видение ситуации:
- Милые девушки, принца на белом коне ждали? Я тут. Принц подойдёт попозже, - они немного нервно засмеялись. Перепугались они точно очень сильно!
Подойдя к девушкам, те уже встали на ноги, изучил все удостоверения и, конечно, даже и предписания. Оказалось, те двигались к месту новой службы, попали под бомбёжку, куда не сунься - везде немцы. Добрались до этого леса и две суток уже тут прячутся. Харчи вчера утром закончились. А тут страшная стрельба рядом, вот и прячутся, ожидая тут совсем неизвестно чего - ожидают, пока эта война наконец война пройдёт. Они сильно испуганы и не знают, что делать.
- Товарища подполковник, а Вы может взять нас с собой?
- Вполне, товарищ военфельдшер. Правда я не принц, да и коня у меня нет. Но вместе веселее нам будет. Но слушаться меня беспрекословно. Иначе оставайтесь тут сами. Скажу лечь - легли, скажу стоять - встали и не двигаемся. Да, а вы есть хотите? - так ответом мне было бурчание двух голодных желудков.
К их большому сожалению, я дал им еды совсем немного - после этого двухдневного голодания есть нужно осторожно. Но через час дам поесть ещё. А сейчас мои дорогие девушки - мы идём вперёд и аккуратно, не шумим. Команда понятна?
- Товарищ подполковник. а если вы прикажете нам раздеться и трусы снять, то нужно будет тоже выполнять? - ух ты, рыженькая девушка, аппетитная какая, даже видно в полутьме, поев, немного стала смелее.
- Будет и такая команда, мои милые девушки, обязательно будет, - обе медички сразу задумались, но точно совсем не испугались.
Вскоре мы вышли к крохотному лесному озеру и тут и последовала команда - всем раздеться, помыться и постирать рейтузы и портянки. К утру всё высохнет. Выполнять! Ну и сам разделся наголо - всё тело уже зудило и чесалось. Мы искупались, почти не стесняясь друг друга, но стараясь вести себя потише, постирались и я, одев сапоги на босые ноги, нарубил лапника и постелил плащ-палатку. Укроемся мы моим пуховым одеялом, оно очень тонкое и лёгкое, а греет отлично - гагачий пух. Отличный подарок моего соседа-геолога в обмен на трофейный пистолет. И места занимает совсем немного. Отлично помылись, я стал вытираться. А рыженькая вдруг совсем голой подошла ко мне и, крепко обняв, сладко меня поцеловала и тихо спросила:
- Миша, а вы нас не бросите? Мы так боимся, я вот очень испугалась, когда бомбили...
- Милая Катя, всё будет хорошо, давайте поспим немного и идём обратно... Ух, лучше бы она меня не обнимала, мой "друг" сразу упёрся ей в животик...
Сразу поспать мне не удалось. как только я лег на плащ-палатку, ко мне прильнуло горячее упругое тело - Катя. А с другой стороны и Надя, целый военфельдшер. И девушки стали меня страстно целовать. А потом Катя почти нахально затащила меня на себя. Обалдеть, как мне сладко у неё между ножек! Стараясь потише, мы всё же тихо и очень сладострастно стонали - Катя очень классная. Она быстро кончила, видимо сильно "проголодалась" и на ухо: "Миша, иди к Наде, она тоже очень хочет... " И, ротиком поласкав мой стоявший колом член, нежно толкнула к подруге.
Точно Надя была голодная и страстная! Я дважды подряд кончил в неё, а она готова была ещё, да я совсем выдохся. Милые мои девушки-медички! Они были сейчас сильно испуганы и, боясь, что я их брошу, видимо так желали сделать мне приятное. Ну и как-то привязать меня к себе. Я был весь потный и, вновь искупавшись в этом крохотном лесном озере - вода почти кипяток, вернулся. Сидят, ждут... А я предложил им поесть!
Достал я из "сидора" две банки вкуснейшей консервированной колбасы (лэнд-лиз) и пачку галет, вскрыл консервы, и выдав им две ложки, заодно дал также фляжку полную воды, предложил подкрепится. Сам я пока не хотел. Девушки быстро поели и вскоре мы уснули. Утром я проснулся раньше всех, всё же нервное напряжение большое и, отойдя "до ветру", быстро вернулся. Катя сразу крепко обняла меня и горячечно так на ухо: "Миша, ты ещё хочешь?" Ну разве можно сказать"Нет!" Она так сладко стонала, что пришлось зажать её ротик - ох и Катя! Оделся, так чудесно - майка и трусы чистые, портянки тоже. И сладко мне как! А Катя вновь уснула со счастливой улыбкой на лице. К утра стало прохладно, вот две юные богини и обнялись, чтобы согреться. Жалко. но стал их будить. Ну и сразу: "Миша, отвернитесь, пожалуйста... " И что я там не видел... Женщины!
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Пальцы и киска все стало мокрым, и Таня в каком то полубреду вспоминая касания парня, его мускулатуру, стремилась приблизиться к развязке. Все чаще и чаще промахиваясь мимо губок, она дотрагивалась до клитора, вызывая у себя болезненные ощущения, но они были настолько сладкие, чтобы она не выдерживала и резко вкидывала попку вверх, стараясь прижаться сильнее киской, к влажной руке. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Теперь я решил сделать нечто и вовсе запредельное - пока она отдыхала, я принес из кухни длинный батон сырокопченой колбасы и сказал: "Смотри!". "Это еще что?!?" - "удивилась", мягко говоря, Оля. Но я так и не ответил. Вместо этого я подошел к ней и, раздвинув ее ноги, буквально ЗАТОЛКАЛ колбасу в ее вагину. Слава Богу, у нее там было еще мокро и поэтому Оле было не так больно. Тем не менее она заорала от такого неожиданного вторжения столь крупного предмета в ее тело. Слезы так и брызнули из ее глаз. Отверстие так сильно расширилось, что я на мгновение даже испугался, как бы там что-нибудь не испортить, но она вроде не выказывала ничего страшного, и я продолжил. Я двигал длинным и толстым батоном у нее в теле, стараясь не засовывать колбасу слишком глубоко, но в определенный момент я почувствовал, что он уперся во что-то твердое, вместе с тем она взвыла от боли. Меня же это еще больше раззадорило, и теперь я стал буквально ДОЛБИТЬ ей матку батоном колбасы, а палец бешено вращал у нее в попе, до тех пор, пока, наконец, не заставил ее кончить, уже неизвестно в какой раз, и на этот раз она вообще чуть не потеряла сознание. Я был теперь просто без сил, а Оля с трудом (хотя и часто) дышала, и была уже не в силах не только повернуться, но и просто повернуть языком чтобы сказать что-нибудь. Я посмотрел на часы - было 4 часа утра. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Она тяжело дышала и её огненное свежее дыхание буквально обжигало мне грудь и лицо. Наверное, не прошло и минуты, как как мой член мощно запульсировал у ней в самой глубине и сейчас же его там зажало будто кулачком. Мама перестала двигаться и я почувствовал, как по её горячему телу прошла судорога. Несколько секунд она не дышала, потом коротко передохнула и отпустила меня. Когда я выходил, мне на живот брызнула горячая струйка. Несколько минут мы с ней лежали молча, крепко обнявшись и тяжело дыша, потом мама погладила меня по голове и тихо спросила: "Понравилось?" |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Рука запуталась в пояске зеленого халата, он дернул руку, поясок развязался, освобождая полы халата, и он, почти теряя сознание, увидел тяжелые белые-белые груди, впадину пупка и черный треугольник лобка. Она тихо ахнула. "Ирина Васильна, -- томимый непонятным, но непреодолимым желанием, как в бреду шептал он, -- Я люблю вас, Ирина Васильна. Я умру, умру, если вы уйдете." Иван рванулся к ней, и, обняв под халатом ее ягодицы, ткнулся лицом в пышный упругий живот: "Я умру, умру без вас. Сделайте что-нибудь. Я умру..." Она взяла его голову горячими сильными руками, отстранила от себя и, склонившись, поцеловала в губы. Потом, распрямившись, скинула халат и легла рядом с ним. Кровать осела под ее тяжестью, и Иван, скатившись, ткнулся в ее молочно благоуханный бок. |  |  |
| |
|