|
|
 |
Рассказ №24612
|
|
|
|
| |
| | Трахались мы двое суток. Я чувствовала себя девственицей, которая раньше ничего не знала о половых отношениях. Димка вставлял мне в пизду бутылку шампанского а потом вылизывал и высасывал его из меня. Сережка одевал себя на член кольцо с шипами и оно скользило по моему клитору, пока его огромный член пронзал меня до самой матки. Я вставала раком, Сережка имел меня сзади, а Димулька сосал мой клитор. Я потера счет своим оргазмам, только хотела еще и еще. Утром второго дня ребята сказали, что им надо немного собраться с силами, но я хотела и требовала, чтобы они меня выебли. Тогда Серега принес из холодильника батон сырокопченной колбасы и большой огурец. Он положил меня на спину, закинул мои ноги назад, всал надо мной, я сразу начала сосать его член, а он стал впихивать мне в пизду колбасу. Димка взял огурец, и стал медленно засовывать его мне в задницу. Сначала было больно, а потом, я почти потеряла сознание от удовольствие. Тут мои мальчики решили занять место пищевых продуктов: Сережка лег на спину, я села на него , он за плечи наклонил меня и стал ласкать мои груди, а Димчик нежно втавил мне в зад своего красавца. При этом они сами испытывали крайне сильное удовольствие, потому что наперебой кричали какая я замечательная блядь, что у меня сногсщибательная пизда и т.д. | | |
| |
|
| |
| | Даша оказалась первой женой, которая любила когда я ей лизал во всех подряд местах: парках, самолетах, кинотеатрах. Обладала буйным характером и пришлось разойтись. | | |
| |
|
| |
| | Поскольку истинный секс не терпит гандонов, спускать Кате во влагалище строго запрещалось. Но не так давно произошёл казус... юный Гонсалес потерял контроль и не успел вынуть. Неумолимый Сеня подскочил к парнишке сзади (рефлексы борца сработали четко), мгновенно взял на удушающий. Дух покинул Гонсалеса вместе с последними каплями семени. Тут надо заметить, что упомянутый юноша приходился дяде Мутю сыном. Вполне очевидно, что дядя Муть решился на месть. О золотых червячках он не имел понятия. Не знали о происшедшей трагедии и собравшиеся в то утро у Мигунчика. Но план у них был тот же... мстить за Гонсалеса. | | |
| |
|
|
| |
| | Джером только пожал плечами, сел обратно в кресло, снова нагнул меня через свои колени и опять начал шлепать меня по заднице, на этот раз своей ладонью. Черт, это было почти так же больно как ремнем, особенно теперь, когда моя кожа была обнажена. Я мог чувствовать, что у него по-прежнему был стояк, и своей голой плотью я чувствовал, что он большой. Время от времени он останавливался и просто ласкал мои ягодицы, прежде чем начать шлепать снова. Скоро я снова плакал и умолял его остановиться, но он продолжал делать свое черное дело. | | |
| |
|