|
|
 |
Рассказ №24801
|
|
|
| |
| | Ромку я знаю давно. Еще будучи призывником, гуляя с собакой, я приметил в своем дворе светловолосого первоклашку в сопровождении молодого, красивого и вечно резвящегося ризеншнауцера. Мальчишка был не по годам развит. Читал в то время модного Дрюона с его проклятыми королями и удивительно зрело рассуждал на вечные темы любви, преданности и измены. Меня в этих дрюоновских книжках волновал только казненный в задницу Эдуард Второй, но говорить об этом с первоклассником не хотелось. Мы часто встреча | | |
| |
|
| |
| | Мы пили чай, я, чтобы дать мази высохнуть, так и стоял с голой попой. Людмила Фёдоровна, уже изрядно протрезвевшая рассказала свою невесёлую историю. До прошлого года она преподавала математику в соседней школе. Народ там учился простой, безбашенный, нервы выворачивал наизнанку. Кончилось тем, что, не сдержавшись, она залепила пощёчину какому-то наглому хмырю, позволившему себе оскорбительное высказывание в её адрес. Папаша хмыря внезапно оказался "крутым" и Людмиле Фёдоровне быстренько предложили написать "по собственному желанию". Семейная жизнь не добавляла радости: муж Людмилы Фёдоровны - инженер-авиаконструктор, внезапно оставшийся без работы непосредственно после начала "экономических реформ" , крепко и баззаветно пил всё что горит, срывая на жене свою неудовлетворённость жизнью. Пил, пока не дорвался до спирта "Ройяль" : 20-летняя дочь умудрилась выскочить замуж за немца и безо всякого сожаления свалила в ФРГ. На похороны отца она не приехала. | | |
| |
|
| |
| | Он стал гладить ствол через простыню. Каждая новая фотография усиливала желание, и я правой рукой коснулся его члена, выпирающего из трусов. Он был такой теплый и большой. Я стал гладить его и слегка подрачивать. В какой-то момент Виктор убрал журнал и сдернул с меня простынку. Потом он нагнулся над моим членом и взял его в рот. Такого я даже с Маринкой не ощущал. Он божественно сосал, неторопливо и нежно, и я захотел сделать то же самое. Иди ко мне- прошептал я, - я тоже хочу тебя ласкать. Он оторвался от моего члена и сел мне на грудь. Его член вздыбился над мои ртом во всей красе. Большая залупа источала тонкий аромат. Я лизнул ее снизу, потом еще и еще, а потом насадился на нее ртом. Я чувствовал, как она проникает все глубже и потом назад. Потом снова туда- обратно, и вот член уже ебет меня вовсю без перерыва. На мгновение он вдруг вырывается наружу и я слышу горячий шепот- полижи внизу. Я касаюсь языком низа ствола, и втягиваю в рот сначала одно яичко, затем другое. | | |
| |
|
|
| |
| | Бывало несколько раз я бросал быстрый взгляд на спелые, с большой ложбинкой едва не вываливающиеся из лифчика груди Марины Николаевны, когда она, согнувшись, занималась грядками. Тогда к низу моего живота подкатывала такая волна крови, что истома накрывала меня с ног до головы, и я не мог шевелиться, а затвердевший пенис в трусах казался таким чувствительным, что прикасаться к нему было бы слишком опасно. | | |
| |
|