|
|
 |
Рассказ №249
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 14/04/2002
Прочитано раз: 105561 (за неделю: 47)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Нет, святой отец, мне больше не надо, - Марк закрыл своей могучей дланью хрупкое жерло хрустальной (наверное) стопочки.
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Глава 3 - Нет, святой отец, мне больше не надо, - Марк закрыл своей могучей дланью хрупкое жерло хрустальной (наверное) стопочки.
Капеллан обиделся.
- Что значит не надо? - забасил священник. - Я тебя что, спаиваю, что ли? - ("Разве это пить?" - подумал святой отец.) - Я исповедова-ик-аю тебя, заблудший овен мой!!! На чем мы остановились? На этой белобрысой стерве? - капеллан попытался поймать вилочкой ускользающий по тарелке блестящий маленький грибок.
- Почему это стерва?! - поразился Марк. - И о ком это вы? - Совершенно неосознанно он поднял стопку, едва закрашенную кагором и чокнулся.
- Стерва и есть стерва, - парировал святой отец, как будто читал проповедь с амвона.
- Нет, та-ак нельзя. - Марк хотел взять последний кусочек стерилизованного анчоуса, но воспитание не позволило и он воздержался.
Капеллан был стар, но выглядел пышущим здоровьем, неутомимым забулдыгой. Они сидели в его кабинете, что позади комнаты священных церемоний. Три четверти часа назад капеллан отслужил вечернюю воскресную мессу, Марк подошел к нему по своему личному делу и капеллан затащил его сюда. Марк сам не был верующим, хотя причислял себя к католикам-гуманистам (он верил во Всепобеждающий Разум Земли), но ко всем религиям относился с уважением. И разглядывая сейчас довольного священника, после выпитой стопки активно накладывающего в тарелку их салатницы аппетитного вида оливье, он подумал, что зря, наверное, вообще пришел сюда. Марк отчаянно, залпом опрокинул в себя обжигающую жидкость.
Пока он морщился и закусывал, капеллан успел налить еще по одной.
Марк собрался с силами, вздохнул и выпалил:
- Я и Ларса Твин хотим, чтобы вы нас обвенчали. - Он перевел дыхание и добавил: - И как можно скорее.
Святой отец отложил вилку, вытер салфеткой губы и посмотрел на Марка. Во взгляде его не было удивления, скорее такое отечески-опытное, с высоты прожитых лет среди звезд, осуждение: "Эх, несмышленая, вечно торопящаяся молодость..."
- Так. Это серьезно, - сказал он и отставил стопку. - И чья это инициатива, твоя или этой... или твоей избранницы?
Марк смутился.
- Ну, вообще... наша. Но к вам я сам пришел: решили - так решили, чего тянуть!
- Что ко мне сам пришел - это я понимаю, она-то бы этого никогда не предложила.
Марк вдруг отчетливо представил Ларсу и капеллана в постели - и замотал головой, отгоняя неприятное видение. Ларса тоже отзывалась о святом отце без должной почтительности. Может, он просто домогался ее и она ему отказала, вот он и ненавидит Ларсу? Марк вспомнил о пресловутом графике исповедей, о котором как-то обмолвилась Ларса. Он не удержался и спросил:
- А Ларсу вы тоже... исповедовали?
Священник недоумевающе посмотрел на него. Потом неожиданно расхохотался - громко до неприличия - и потянулся к графину.
- Я никогда ничего не делаю против чьей-либо воли, - сказал он, разливая розоватую влагу по стопочкам. - А если тебя интересует - спал ли я с твоей нынешней избранницей... Я боевой офицер, я должен поддерживать боевой дух на корабле. Высший офицерский состав в этом не нуждается. К тому же, - добавил он, поднимая стопочку, - Inter caecos regnat luscus - конкурентов мне здесь обычно нет. А мне и так хватает на этом корабле, я уже стар. Я довольствуюсь малым. Мое призвание - утешать нуждающихся. - Он смотрел в дальний угол ярко освещенного маленького, уютного помещения и слегка барабанил пальцами по столу, покрытому изысканной желтой скатертью. - Да, утешать нуждающихся, в чем бы это не выражалось. А не навязывать что-либо кому-либо. Будь то мои убеждения, будь то моя любовь... На этом корабле представители восьми религиозных конфессий, и по-человечески заповеди как минимум двух из них для меня неприемлемы. Но я ни жестом, ни движением лицевого мускула не выдам этого, ибо уважаю чужие убеждения. "Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены..." Если бы я не чувствовал, что тебе сейчас необходим мужской разговор, наше общение ограничилось бы пятью минутами. Прозит. - Капеллан поднял стопку.
Марк чокнулся, но выпить не спешил.
- Не судите, и не будете судимы... - задумчиво повторил он. - Почему же вы называете Ларсу "белобрысой стервой"?
- Если бы она пришла ко мне, - размеренно, отчетливо выговаривая слова сказал священник, - я бы подобрал необходимые ей в этот момент слова, подобрал бы подобающую интонацию голоса и участливое выражение глаз - это моя профессия. Даже больше - моя жизнь. Я бы ни намеком не выдал бы своего отношения к ней - хотя, наверное она об этом прекрасно осведомлена... полагаю я. - Капеллан вздохнул и пронзительным взглядом одарив Марка, прямо спросил. - Зачем тебе все это надо, юноша? Затем тебе эта женитьба?
Марк вместо ответа выпил разбавленный кагором спирт и потянулся-таки за последним кусочком анчоуса. Капеллан не отрываясь смотрел на него, и Марк понял, что от ответа не уйти.
- Я люблю ее. - Марк натолкнулся на иронически-удивленный взгляд священника и сказал: - Я уверен, что люблю. А разве возможно ЭТО без любви. И раз уж я... - Марк смутился, но потом подумал, что в конце концов перед ним священник, и тайн от него быть не должно признался: - Я овладел ею, значит должен жениться.
Капеллан вновь расхохотался грубо, обидно и неприлично.
- Это она так сказала тебе?
- Этому меня всю жизнь учили, - твердо и непреклонно ответил Марк.
- А она хочет этого?
- Да. Она сама призналась, что устала жить неприкаянно и хочет семью.
Капеллан грузно вылез из-за стола, сложил руки за спиной и прошелся по комнате. Дошел до висящего в углу небольшого бронзового распятия, встал перед ним и задумался надолго о чем-то.
Марк терпеливо ждал, не нарушая звенящей тишины, воцарившейся в этом излучающем доброту помещении, таком домашнем и непривычном для аскетической обстановки "Лоуфула".
Наконец капеллан заговорил, облокотясь на столешницу антикварного, возможно с самой Земли вывезенного, письменного стола. Заговорил неспешно и проникновенно, будто каждым словом пытаясь добраться до сокровенных уголков души слушателя:
- Я на "Лоуфуле" с самого первого дня. С того дня, как его вывели в открытый космос. Все восемьдесят лет, вместивших в себя столько событий, что не пришлось и на долю самого Моисея за его бурную легендарную жизнь. Я единственный на корабле, кто не сменяется на отпуск - ибо "Лоуфул", это все, что у меня есть, это моя жизнь. Дважды корабль за эти годы был на профилактическом ремонте, и дважды я ложился на биообновление. Когда "Лоуфул" встанет на вечную стоянку, я отправлюсь умирать на Землю, я скопил для этого достаточно средств. Но пока он мчит среди звезд, я буду здесь. И я всегда знал, что творится на корабле - для меня нет на "Лоуфуле" тайн. И я всегда с экипажем при выполнении опасных заданий, когда необходимо покинуть надежные стены звездолета. Когда-нибудь, юноша, мы выберем с вами вечерок, и я расскажу вам множество забавных и поучительных историй. Я помню все. И я мог бы вам многое поведать про вашу избранницу - Ларсу Твин, которая уже шестнадцать лет на "Лоуфуле", это ее девятая годовая вахта. Но я вряд ли имею право, говорить что-либо про нее, кроме хорошего. А хорошее про нее, честно говоря, хотя тоже мог бы, говорить, нижайше прошу прощения, мне не хочется. Я просто расскажу одну историю, не имеющего прямого касательства к делу.
Капеллан вздохнул, окинул комнату взглядом, как бы со стороны оценивая свою напыщенно-нравоучительную позу, едва заметно ухмыльнулся и прошел обратно к столу. Не спеша сел, подготовил себе закуску, налил себе и Марку спирта в маленькие, такие симпатично-домашние стопочки.
- В Галактике огромное количество удивительных миров, - начал священник. - Ты наверное слышал про планету Аид. - Увидев, что Марк отрицательно качнул головой, капеллан пояснил: - Есть такая, четвертая планета системы Эдубей. Единственная пригодная планета системы, до ближайших освоенных систем пилить и пилить, наматывая парсеки... Так вот - это удивительная планета. Атмосфера, пригодная для человека, потрясающей красоты сиреневато-красные горы и лазурные долины на большей ее части... Но то ли эта планета какой-то живой организм, то ли еще что, однако обладает она одним странным качеством. Каким-то образом она постигает сущность появившегося на ней разумного существа - будь то человек, или гриторианин, или кто еще... Через какое-то время после прибытия на Аид - через небольшое, от пяти минут до нескольких часов - рядом с тобой возникает некое существо... Да-а... Вообще-то это, наверное, очень интимное зрелище, люди не любят эту планету. Хорошо еще если рядом с тобой возникнет благородный лев, на худой конец розовый кролик с распущенным павлиньим хвостом - это еще как-то терпимо, но когда огромной длины гадюка, либо что-то отвратительно-мохнато-паукообразное, в то время как ты всю жизнь считал себя отважным тигром... да... Там находится земная научная база - изучают, так сказать, феномен. И всех прибывших встречают тепло и радушно - материал накручивают. Только летят туда не очень чтобы. Хотя говорят, если посетить Аид второй раз - то существо появится вновь и необязательно такое же - человек-то меняется...
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
|
| |
| | Излившись и перестав дергаться, Дима отвалился в сторонку. Из дырки супруги хлынула сперма, она прикрыла щёлку рукой хотя это были гостиничные покрывала и их не жаль было перепачкать. Она тяжело дышала прикрыв глаза рукой. Ещё с минуту все лежали приводя дыхание в норму, а Сергей гладил одной рукой грудь и животик супруги. Потом молча встал, взял жену на руки и понес в душ. Поставил на ноги, включил воду и начал её мыть. Киска была красная и припухшая, сперма стекала по ногам: "зачем же так?" спросила жена. "Что?" Сергей сделал вид, что не понимает. "Зачем ты позволил Диме со мной... . " жена была немного озадаченной или грустной. "А тебе не понравилось?" Сергей старался быть нежным и ласково растягивал слова. "Я не собиралась и с тобой то изменять мужу, а тут с двумя сразу... Мне стыдно... " жена взяла полотенце и начала вытираться. "Ну ведь тебе было хорошо, правда?" Сергей стал сам вытирать супругу со спины. Жена промолчала, но вытирать себя позволила. Сергей стал целовать её в шейку нашептывая: "Ну ведь хорошо было, я же видел как тебе хорошо". При этом его полувставший член уперся ей между ног. "А в душе что?" с просила жена. "Значит все-таки понравилось, просто какие-то комплексы тебе мешают расслабится и получать удовольствие" Сергей стал её обнимать за грудь и сильнее прижимаясь членом к попке. | | |
| |
|
| |
| | Эмма скинула, всю одежду с себя, отстранила мою жену, встала раком к перегородке и направила мокрый член себе в киску. Я сидел рядом на скамейке и подрачивал свой высунутый, уже давно окрепший член. Пока Эмму трахали через дырку, Катя скинула платье и уселась сверху на мой член, мы слились с ней в поцелуе, она трахала меня. Эмма тут же начала стонать от оргазма, аккуратно вынула, кончивший в неё член и прикрылась пизденку ладонью, что бы не проронить содержимое. Затем она залезла на на скамейку между мной и Катей, прижалась своей писей к моему рту и убрала руку. Я почувствовал запах спермы, которая полилась мне на шубы, я принялся вылизывать её обконченную и растраханную пизденку. Катя принялась сзади ей вылизывать попу, а я усердно работал языком в ее лоне. Эмма прижала мою голову к себе и я почувствовал, как она кончает. | | |
| |
|
| |
| | Но Вы напишите-ка лучше свою "Даму с собачкой", на современный лад, о здоровенном кобелище (овчарке, например), которого юная хозяйка (вариант... зрелая хозяйка, пожилая хозяйка) очень любила, кормила только Педигри. Но, однажды, хозяйская рука, почесывая и поглаживая любимца, непонятно как попала ему на такое место, обнаружила такой инструмент, которого не было ни у одного знакомого мальчика (юноши, мужика, старикашки-проказника). Задрав юбку и сняв стринги, врезавшиеся в спелую попку (вариант... панталоны, прикрывающие увядающую/уже давно увядшую задницу), хозяйка встала раком и с помощью куска докторской колбасы хорошего качества приманила пса к своим свежайшим прелестям (вариант... к увядающим/увядшим гениталиям). Кобелище, схавав докторскую, засаживает любимой хозяйке так, что она орет в восторге, как резаная. Приходит хозяин и, увидев такую картину, тоже вопит, как сумасшедший. Но его супруга не может сразу соскользнуть с жезла Рекса (таково устройство члена кобеля... пока не спустит, не отпустит). Наконец, лоно хозяйки залито под завязку, агрегат собаки возвращается в норму, пес достает из хозяйки и облизывает. Хозяин, возбужденный сценой соития четвероногого друга с горячо любимой подругой, заправляет последней не хуже пса. Все счастливы, особенно Рекс, который и колбасу съел, и хозяйке засадил. Вот это литература, понимаешь! | | |
| |
|
|
| |
| | Не проехав и километра пути я почувствовала как у Кости стал двердеть член под моей попой, набухал он быстро и вскоре уже вовсю упирался в мою промежность, дорога за городом пошла вся в ямках и выбоинах и автобус то и дело в них попадал тряся и чертыхая своих пассажиров, вместе с автобусом и моя попка ерзала на члене моего ученика. Костя был одет в легкий камуфляжный костюм и через тонкую ткань его брюк я хорошо чувствовала его член. Да размер у паренька не маленький..? думала я про себя, сантиметров двадцать не меньше, что- что а опредилить размер члена у мужика сидя у него на коленях я могла почти безошибочно. | | |
| |
|