|
|
 |
Рассказ №2510
|
|
|
| |
| | Дверь распахнулась и на пороге возникла взлохмаченная и красная от злости женщина, его жена. Когда-то давно он полюбил её за эти рыжие волосы, превратившиеся сейчас в седеющие космы, за этот пылкий темперамент, ставший теперь дикой истеричной ревностью. В руках у неё сверкал длинный кухонный нож лучшей японской стали. Довоенный раритет, купленный мистером Мао на аукционе. Охрана тщетно пыталась остановить её, но лишь неловко мялась сзади, боясь тронуть супругу хозяина. | | |
| |
|
| |
| | Пальцы сжались обхватывая писюн. Вверх-вниз, вверх-вниз. Я балдел от маминых движений. Мама разжала руку и села мне на пах. Мне было не тяжело, а может просто так казалось. Я почувствовал волоски маминого лобка. Она стала двигаться на моем писюне. Нет я не вошел в маму. Она просто терлась о писюн. А потом она легла на живот, сдвинув ноги вместе. "Ляг мне на спину. Ага, вот так. Положи свой писюн мне на попу. Да, что бы он скользил между булочек. Ну не стой, двигайся!"-командовала она. Я лег маме на спину, как она и сказала. Писюн уютно устроился между ягодиц. И я двинулся. Правда не долго. Мой писюн выплеснул жидкость, одарив меня наслаждением. Я испачкал мамину попу и свой пах выделениями. Еще немного потерся и встал с мамы. "Так хорошо?" -спросила она. Вместо слов я поцеловал ее попу. Обмывшись мы снова легли в одну постель. Мама и я. | | |
| |
|
| |
| | Я начал неспешно целовать внутреннюю нежнейшую сторону ее бедер. Постепенно я поднимался выше, и с каждым сантиметром я слышал все усиливающийся запах ее женского естества, запах возбуждения. Наконец я коснулся губами полураскрытые венерины губки. Потом поцеловал их. Затем медленно провел языком вдоль щели. Она слегка застонала и чуть шире раздвинула ноги. Я крепко обхватил руками ее бедра и приник к бутону. Я лобзал его долгими минутами, мой язык блуждал в ее благословенных глубинах. Я погружался в эту пучину, выныривая только затем, чтобы набрать воздуха. Она стонала теперь, не переставая. Рука ее подталкивала мой затылок вперед и вперед. Когда мой язык уже саднил и болел от этой сладкой работы, и мог уже превратиться в тряпку, я почувствовал, что она достигла вершины. Спина ее выгнулась, а ноги сильно сжали мою голову. | | |
| |
|
|
| |
| | Ладно, воспоминания потом, а пока мы с Лерой легли на подушки дивана, я - сняв брюки, а Лера юбку, ну и укрылись пледом. Лера немного покрутилась, а затем, положив мне голову на плечо, закинула на меня свою изумительную ножку. У меня всё внутри загорелось - ну и Лера! Мы немного придремали, а вот моя правая рука стала путешествовать и гладить Леру по ножке, а потом совсем нахально я залез рукой в трусики Леры, хорошо, что тёплые рейтузы она сняла. Вскоре Лера сладко стонала вовсю - я ласкал её крупный клитор. Его все тогда называли так чудно "секкель". Но главное не как называли, а как ласкали. Удивительно, но вскоре Лера бурно кончила, сказав, что её муж, который старше её на 12 лет, совсем редко доводит до оргазма свою милую жену. | | |
| |
|