|
|
 |
Рассказ №25487
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 03/12/2021
Прочитано раз: 23821 (за неделю: 2)
Рейтинг: 56% (за неделю: 0%)
Цитата: "Савва ничего не мог понять, но мама перед ним теперь едва не плакала. Да, он, конечно, знал о древнем и старом поверье Оленича, оставшимся ещё от старых богов, гласившим, что девственник всегда останется лежать на поле брани... Уж слишком сладка его душа на вкус для тёмных духов. То поверье так было накрепко вбито в городские летописи и головы оленичей, что с той поры это был уже был непреложный строгий обычай не пущать в походы юных воинов, не познавших пред тем женской ласки... И, в общем-то, для родителей считалось большим и постыдным позором обойти этот наказ. Редко, конечно, кто из отроков был женим в столь юном возрасте, но, в конце концов, для этого дела вполне годились и рабыни, которых в Олениче всегда хватало с избытком...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
И снова мать ни единым жестом, ни словом не пыталась ему помешать. На миг, всё-таки оторвавшись от материнской груди, Савва поднял голову и взглянул в её глаза.
Мать взирала на него совсем без страха и слёз. Только досада, огорчение и укор, да ещё, как это ни странно, неприкрытая насмешка читались в её чёрных глазах. И это последнее, неожиданно неприятно кольнуло в его в самое сердце. Так взирает родитель на расшалившееся малое глупое чадо, насмешливо и свысока, прежде чем, отшлёпать его по попке или дать подзатыльника. Но Савва хотел, чтобы сейчас мама смотрела на него не так... А так, как смотрит на отца, - нежно, почтительно, кротко, как подобает жене при обращении к мужу. Но мама так на него не смотрела. .
Уже более раздражённо, нежели от желания, Савва едва не грубо раздвинул её колени в стороны. Лишь на миг мать напрягла ноги, не желая распахивать бёдра пред своим сыном... Но лишь на тот же миг ему понадобилось приложить немного усилий, чтобы мгновенно сломить её сопротивление и решительно раскинуть стройные ноги матери широко в стороны. .
Савва замер, в странном благоговейном чувстве, созерцая святая святых своей матери, тот алтарь жизни, когда-то подаривший ему жизнь... С некоторым удивлением, он узрел, что материнское лоно гладко и начисто выбрито... Сын затаив дыхание, разглядывал нежно розовые лепестки материнского бутона и закрытый грот в узкую пещеру её чрева. Ещё более его озадачили извилистые тонкие змеевидные линии, нанесённые золотой и серебристой краской, на кожу на низ живота матери и вокруг её лона. И любопытство - таки пересилило, даже в эту минуту:
- Мама... - он провёл пальцами по одной из этих линий, - что это?
- Оберег... , - тихо ответила мама спокойным голосом, - рунные знаки... Они оберегают дитя в моём чреве от дурного глаза и тёмных сил. .
- Дитя... - прошептал Савва. .
- Да, - голос мамы наполнился жгучим ядом, - твой братик или сестрёнка. .
Савва склонился перед матерью на колени, нежно проводя пальцами обеих рук по её округлому животику и почувствовал, как мама замерла, затаив дыхание.
- Мой братик... Или сестрёнка... - повторил он, будто заворожённый. Медленно опустив голову и любовно поцеловал мать чуть выше пупка, потом ещё раз и ещё, продолжая нежно гладить её живот ладонями.
Его мужское естество прямо-таки изнывало от крайнего возбуждения. Савва губами приник к материнскому пупку, медленно коснулся его языком.
Где-то за краем сознания билась оглушающая мысль, а право дело, впал бы он в такое любовное неистовство, если бы сейчас вместо матери здесь перед ним была бы другая женщина? Или то, что сейчас его обуяло, уже давно теплилось и ширилось в его душе, а сейчас просто-напросто, как в один миг сильный ветер раздувает тлеющие угольки в жаркое пламя, разгорелось огненным пожаром. В голове одна за другой всполохами мелькали бережно хранимые картинки, вот, как мать купается в бане, когда он за ней подсматривал, или, вот ночью, когда он нечаянно проснулся и узрел обнажённую мать восседающую на бёдрах отца... Таких картинок в его памяти было много. .
А маме всё-таки изменило её спокойствие и выдержка, когда его пальцы коснулись её лона, осторожно поглаживая нежные лепестки и вход в её любовный грот. Савва почувствовал, как она вздрогнула и на миг ему показалось, что сейчас она его всё же оттолкнёт. Но нет... Хоть её дыхание и стало тяжёлым, а раздвинутые в стороны бёдра напряглись, но она снова не оттолкнула его.
Савва осторожно, но с каждым мгновением всё настойчивее ласкал материнское лоно, впрочем, не делая попыток вторгнуться своими пальцами в мать.
И вдруг холодный и язвительный голос матери, словно, окатил его ушатом ледяной воды:
- Что, Саввушка... Ты уже готов взять собственную мать силой, аки тать? И окрестить своим семенем дитя твоего отца в материнском чреве?
Какой-то миг ураган самых противоречивых чувств яростно бился в его душе. Но потом... Савва застонал от самой настоящей боли, что резанула в самое сердце. Всё-таки его мать знала его лучше его самого. И одним мигом всё то, что он загонял в пылу страсти и вожделения далеко и поглубже в своей душе, вдруг разом вынырнуло на поверхность, вгрызаясь в него нестерпимыми муками совести и стыда. Господи, а ведь он и впрямь в шаге от того, чтобы силком овладеть своей матерью, презрев людские и божьи законы на раз, позабыв даже о своей нежной и искренней любви к ней... Стыдно стало до боли в грудию
Закрыв лицо руками, он поднялся на ноги и упал бы, кабы спиной не упёрся в стену позади себя. Теперь он хотел скорее сгореть от стыда, чем сейчас взглянуть в глаза матери.
- Ну-ну, - её маленькая ладошка легла на его грудь, - довольно, будет тебе... Я не сержусь. .
Он осмелился мельком сквозь пальцы бросить взгляд на неё. И как то не дивно, но мать смотрела на него с улыбкой, совсем без злобы и даже без огорчения:
- Совсем голову потерял, мой глупыш. Хорошо хоть опомнился... До греха не дошло, - она вздохнула, - Весь в отца. И то право, четыре месяца в ратных делах... Да ещё и квасу хмельного так лихо отпробывал. Я не держу зла. .
Савва сглотнул.
- Мама, прости меня, - глухо проговорил он, - словно, бес попутал. .
Но самое-то страшное, даже теперь, когда раскаяние наполнило его мысли, вожделение и желание никуда не делись. Они так же жгли и распаляли его изнутри. Но теперь, словно, его разум вынырнул из пучины глубоко озера, в котором едва не утонул и теперь худо-бедно старшинствовал над своими низменными страстями и пороками.
Но и мама, тоже сама хороша, спасибо хоть ноги снова сдвинула вместе, сидела перед ним так легко и свободно, и не думая прикрывать свою наготу, казалось, совсем не разумея о том, сколь желанным может быть её тело для молодого юноши.
Краснея от своих мыслей, снова неудержимо охватывающих его, стоило только бросить взор на её нагое тело перед собой и, чувствуя, что его член, всё так же мощно налитый любовной силой и не думает остывать, будто в своё оправдание он проговорил, не смея поднять глаз на мать:
- Мама... Твоя красота меня, словно, ослепила... Ты так прекрасна... Я ещё ни разу не знал женщины... Это ни на что не похоже. .
Он хотел уже ломануться прочь из парной... Но вдруг мамина стопа глухо врезалась в стену прямо перед ним, перегораживая ему путь.
- А ну-ка, посмотри мне в глаза... - вот теперь её тон, точно, не предвещал ничего для него хорошего.
Мамины раскосые глаза были расширены, и будто, готовы были сейчас метнуть гром и молнию.
- Повтори, что ты сказал... - медленно произнесла она, а её узкие брови изогнулись, словно, чайки в полёте, когда мама нахмурилась.
Савва не понимая в чём дело, просто повторил, как то сразу уразумев, что именно интересует мать:
- Я ещё ни разу не знал женщины. .
Мама прямо-таки ошарашилась, в явном замешательстве покачав головой:
- Господи, Савва... Тебе завтра вместе с дружиной выступать в ратный поход... А ты девственен? - она не удержалась и быстро перекрестилась, - но ведь... Разве, ты... - она запнулась, - с той молодой холопкой Анисима, ну ту, которую в полон взяли под Смоленском. .
Савва понуро покачал головой:
- Нет, мам... Я тогда только разбахвалился... Но она меня к себе не подпустила. .
- О, небеса, - мама в смятении прижала руки к губам, - вот ведь... и отец мне тоже так сказал. .
Савва ничего не мог понять, но мама перед ним теперь едва не плакала. Да, он, конечно, знал о древнем и старом поверье Оленича, оставшимся ещё от старых богов, гласившим, что девственник всегда останется лежать на поле брани... Уж слишком сладка его душа на вкус для тёмных духов. То поверье так было накрепко вбито в городские летописи и головы оленичей, что с той поры это был уже был непреложный строгий обычай не пущать в походы юных воинов, не познавших пред тем женской ласки... И, в общем-то, для родителей считалось большим и постыдным позором обойти этот наказ. Редко, конечно, кто из отроков был женим в столь юном возрасте, но, в конце концов, для этого дела вполне годились и рабыни, которых в Олениче всегда хватало с избытком.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
|
| |
| | Поэтому я спросил Володю а можно в губы? Очевидно не почуяв, а может почуяв, подвох он согласился. И обняв Валю как свою, засосал её в губы. Затем начал целовать её всё ниже и ниже и через секунду, уже стоя на коленях, засасывал её влагалище. А Валя чтоб мне было удобней подняла одну ногу. Я подумал что Вова возмутится моим поведением и начнёт, на худой конец ругатся, вместо этого услышал -ребята идите на диван вам там будет удобней. Так как я был ближе к дивану то сразу же присел на край поворачивая Валю к себе спиной и попросил её нагнутся чтоб целовать её влагалище. Она послушно всё исполнила и её прекрасный полный зад был предо мной во всей своей красе. Губами . языком начал ласкать эту прелесть не забывая анус. Вова подошёл к жене спереди и вставил свой член ей в рот. Через несколько минут, когда её влагалище уже истекало соком, Валя выпрямилась и велела Володе лечь на диван. Он лёг и его член как мачта торчал призывно. Валя села на эту мачту и она полностью скрылась из виду. Затем она наклонилась к мужу и попросила меня войти ей сзади. Дважды меня просить не надо. Через мгновение я вставил свой член в столь обожаемый зад. И начал засаживать ей без всяких прелюдий. Валя начала мне подмахивать. Для её комплекции я думал это не возможно но она задала такой темп что я и она быстро кончили. А муж остался не удовлетворённым и она велела ему заменить меня. Мы быстро поменялись и я попросил Володю вправить ему член в зад его жены. Я наклонился к его члену взял сначала его в рот а уж потом вправил. Он начал ей засаживать в разработанный мною зад, а сам пошёл в ванную подмытся. Когда вернулся Володя всё ещё не мог закончить и весь в поту продолжал трахать жену. Тут взмолилась Валя; "Да кончай же ты, видешь гость нас ждёт". И тут я предложил заменить Валю. Володя вытащил член и присел, а Валя подошла к шкафу взяла тюбик с кремом или смазкой для анальных сношений и велела мне встать в позу. Смазала мне зад проникая то одним. то двумя пальчиками в мою попу. "Вова сделай мне приятно"-сказал и почувствовал как его член прижимается к моему анусу. Когда член начал проникать в меня мне показалось что он не имеет предела толщины но Володя остановился и замер так же как это делал я. Через некоторое время почувствовал его член посвободней в своём заду и сам подавшись назад загнал его до упора. Володя начал трахать меня всё быстрей и быстрей. И в какой то момент я понял что мне приятно его проникновение. Член мой начал вставать, его ноги в чулках трущиеся об мои приятно щекотали. Я уже с удовольствием отдавался ему, он это чувствовал и с криком кончил в меня. Валя велела нам идти в ванную и мы как влблённые обнявшись пошли мытся. В ванной Володя мне рассказал что он давно мечтает о таком друге как я, что он давно одевает женскую одежду и мечтает чтоб его трахнули, что Валя даже купила искусственный член который одевает на себя и трахает его в рот а потом в зад. А потом он трахает её в зад а искусственным членом во влагалище. Вале очень нравится в анус она кончает быстрей чем во влагалище. Здесь я его перебил, сказав что у меня есть одна идея и если она вам с Валей понравится мы можем её попробовать. А идея моя такова: Мы будем поочереди женится друг на друге т.е. сначала играем воображаемую свадьбу между мной и Володей, причём сначала я жених он невеста потом наоборот. Будем наряжаться в жениха и невесту со свидетелем или свидетельницей, застолье, танец молодожёнов и наконец брачная ночь причём самым пикантным событием мне кажется будет свадьба между женихом Валей и невестой мной или тобой. Володе эта идея понравилась, и когда мы вышли из ванны, и зашли в комнату, он тут же всё рассказал Вале. Валя была одета опять в тот же прозрачный халатик и с моим предложением согласилась, даже обрадовалась. Её пикантный вид меня опять начал возбуждать, и член начал вставать. Володя это заметил, усадил и меня на диван, встал предо мной на колени, и при Вале начал сосать мой член. Его жена посмотрела на нас с какой то дикой жадностью, села рядом со мной и обняв меня за шею стала целовать меня, гладя по голове мужа. Возбуждение моё нарастало и я попросил Валю дать поцеловать её писю. Она встала на диван одну ногу поставила на спинку и передо мной во всей красе предстало её влагалище которое я начал вылизывать обнимая её великолепный зад. Член мой торчал как кол но кончить от Володиного минета я не мог и попросил у него разрешения вставить его жене Вале. Он согласился и Валя встала на коленки подставив свой пышный зад. Володя вытащил изо рта мой член и направил его во влагалище своей жены. Я начал трахать его жену а он встал на диван так что его член был прямо перед моим лицом. Я всё понял и взял его член в рот. Через несколько минут я кончил а Володя нет. Валя предложила чтоб он вставил мне. Я согласился и через секунду лизал влагалище Вали а он трахал меня пока не кончил. После этого мы немного успокоились одели халаты причём Валя надела наконец то не прозрачный но все же коротенький халатик, и мы пошли на кухню пить чай который давно уже остыл. За чаем я вспомнил что уже поздно и мне пора домой. Попращавшись с хозяевами направился к двери. На прощанье Валя и Володя поцеловали меня в губы, попросили никому о происшедшем не рассказывать и ждут меня на свадьбу между мной и Валей, причём меня в роли жениха, так Валя захотела. А Володя заявил что он будет свидетелем и освидетельствует невесту по полной программе, на что мы дружно посмеялись и я ушёл. | | |
| |
|
| |
| | Моя обнимает турка за шею, у него одна рука у нее на попе, другой держит за талию. Вернее, держал, потому что эта рука уже у нее на груди. Она грозит ему пальчиком, но руку не сбрасывает, а как будто еще сильнее прижимается. Да, напилась видно, трезвая бы так себя не вела. Во мне смешанные чувства. С одной стороны, надо идти и прекращать этот балаган и Олю с собой забирать, ее муж и мой друг спит в номере, с другой интересно, к чему это все может привести. Ревности нет, есть смутное возбуждение. Да нет, не смутное, член стоит колом. | | |
| |
|
| |
| | Тот ее выбор был не случаен: чем старше становилась Лариса Владимировна, тем сильнее она тяготела к молодым мужчинам, а особенно - к юношам. Конечно, она понимала, что хоть она и не лишена привлекательности, они предпочитают ей сверстниц. Она иногда строила глазки парням, но они смотрели на нее как на дурочку. Все ее ровесники были женатыми, да и не влекли ее. И вот теперь на ее собственной кухне находились два восемнадцатилетних самца, при этом не только искушенные, но и не удовлетворенные партнершами, потерявшими силы слишком рано. | | |
| |
|
|
| |
| | Дальше больше, жили мы на третьем этаже с балконом на проезжую улицу. Даша поддалась на мои уговоры и разделась донага, я же вооружившись гримом, нарисовал на ней тоненький купальничек, совсем бикини. Маленькие треугольники, которые только прикрывали соски её немаленьких грудей второго размера, и треугольничек внизу едва скрывавший её толстенькие половые губки, у Даши тогда была достаточно пышная киска, и её особо зарисовать не удалось, на попке я и вовсе не стал не чего рисовать. Дальше последовали долгие уговоры, чтобы Даша вышла на балкон, наконец, поддавшись на моё конюченье Даша прошествовала на балкон на не гнущихся ногах. Меня всего трясло от возбуждения, я попросил: - А теперь Даш положи груди на перила. В низу оказалась компания парней, они заметили Дашу но вроде не смогли разобрать, что она была полностью обнажена. Даша стала умолять дать ей зайти. Но меня это крайне возбудило до хрипоты: - Нет Дашенька ещё чуть-чуть постой там и не сжимай так ножки. Даша чуть не плакала от стыда, парни же громко стали обсуждать Дашины прелести. Всё это взбесило Жену, топнув маленькой ножкой, она приняла решение, подойдя к самым перилам, она перевесила груди и к моему ужасу полностью расставила ноги, парни заулюлюкали. Я стал умолять Дашу зайти, но она не спешила прекращать своё шоу. Я умолял её, она же мило улыбнувшись, повернулась ко мне и чуть пригнулась. Я представил, на что открылся прекрасный вид тем парням.- Ой, дорогой ты же ничего не нарисовал мне на попке, промурлыкала она. Я в бешенстве затащил её внутрь. А дальше сами понимаете. | | |
| |
|