|
|
 |
Рассказ №3144 (страница 4)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 14/08/2025
Прочитано раз: 65270 (за неделю: 19)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "После тридцати ударов, некогда ровная поверхность Ромкиной попки стала напоминать окученное поле с картошкой. Ягодицы пересекали бардовые рубцы, от которых разливалась красная краска по всей попке девятиклассника. Там где в кожу впивались кончики прутьев, остались ранки, из которых сочилась кровь...."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ]
- А! Не надо, не надо! - Орал Ромка. - Больно, пожалуйста, не надо! Ай! Ааа!
Он дергался от каждого удара, поднимая связанные ноги вверх, ловил ртом воздух.
- Ладно, можешь не считать, только тогда я округляю число ударов до ста! - Сказал Сергей Петрович, беря следующий прут.
Казалось пытки не будет конца, боль сливалась и пульсировала новой вспышкой от каждого удара. Ромка забыл все, кто его бьет, за что, чем. Он чувствовал только боль, нарастающую, пульсирующую боль.
После тридцати ударов, некогда ровная поверхность Ромкиной попки стала напоминать окученное поле с картошкой. Ягодицы пересекали бардовые рубцы, от которых разливалась красная краска по всей попке девятиклассника. Там где в кожу впивались кончики прутьев, остались ранки, из которых сочилась кровь.
Учитель сменил розгу и продолжил порку, перенеся всю силу ударов к основанию ягодиц, где кожа была еще нетронута. Ромка кончил орать и просто рыдал, вздрагивая всем телом при каждом ударе.
Наконец Ромка получил свои удары за первое полугодие. Действительно, основная сила пришлась на одну ягодицу, на которую ложились кончики прутьев, рассекая кожу. Вторая половинка тоже была исписана розгами, но не кровоточила. Одним движением Сергей Петрович отодвинул диван от стены, выправил камеру, спрятанную в стуле, стоящим напротив дивана и продолжил порку с другой стороны.
На этот раз учитель решил поиграть в зебру, нанося удары параллельно с небольшим интервалом. На ягодице уместилось двадцать три рубца, Сергей Петрович добавил еще по паре ударов сверху и снизу ягодицы и начал бить без разбору, усилив удары, чтобы вырвать из Ромки не только рев, но и крик. Изменив направление ударов и прицелясь он попал точно между ягодиц, конец розги попал по основанию мошонки. Ромка взвыл, дернувшись всем телом, веревки на руках и ногах глубоко впились в кожу, он выгнулся в дугу. Сергей Петрович подождал пока Ромка успокоится от такого удара и повторил его. На этот раз узел на веревке связывающей Ромку под коленями не выдержал и развязался, видимо учитель его не затянул, как следует. Ромка развел колени в стороны и поднял ноги, на сколько это было возможно. Камера беспристрастно снимала отрывшуюся её взору промежность, мошонку, розовую дырочку ануса и две вспухшие багровые полосы, спускающиеся к мошонке.
Резкий и сильный удар по ляжкам вернул ноги на место, а из Ромкиной глотки вырвался еще один крик, переходящий в хрип.
Роман получил первую в своей жизни сотню ударов розгами. Всыпав последний десяток, учитель пошел смотреть, что записала аппаратура, оставив Ромку лежать с истерзанной в кровь задницей и связанными у щиколоток ногами. Понятно, что ему надо было найти повод, что бы оставить Ромку у себя дома хотя бы до понедельника, чтобы его зад немного пришел в норму.
Продолжение возможно следует.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | Кончив, он медленно вышел из меня, и лег рядом на постель засыпая, положив на меня свою тяжелую руку, а я лежал не двигаясь, чувствуя как мокро в моей растерзанной попке... | | |
| |
|
| |
| | Мой восемнадцатисантиметровый голован был в полном блаженстве. Перестав его мастурбировать, я отодвинул крайнюю плоть хуя - твердая розовая головка блестела от выделившейся смазки. Удерживая моего баловня с обнаженной головкой левой рукой, я облизал себе пальцы правой так, что они оказались обильно смочены слюной. Начинаем "ручной миньет"! Указательный, средний безымянный и большой пальчики по очереди или вместе скользили по уздечке, делали круговые виражи по конусу, сладко ласкали маленькие губки головки - влажно и приятно, как язычок с губами при миньете, только смачивай пальцы! Я представил, что Нина и я отлизываем и отсасываем друг другу в позе "69" - и начал водить языком себе по губам, представляя, что это вульва сестры. Нинка поставила левую ногу в ванную, продолжая стоять правой на кафеле. Из-за этого половые губы ее волосатой нетраханой вульвы чуть оттопырились, и стал виден бутончик входа во влагалище. (-Тогда, в тот момент, мне подумалось, что Нина - это лучшая девушка на Земле, богиня соблазна и искушения, и что насладиться ее красотой и непорочностью - удел избранных. Первый в этом явно немногочисленном списке избранных был я.) А вот и правая нога последовала за левой, и Ниночка опустилась в ванную. За те пятнадцать-двадцать минут, что Нина была в душе, я кончил семь раз. Потому что просто не мог остановиться. Кого, например, не возбуждает, как девушка бреет себе заросшую киску, дочиста? Или как она намыливается, проводя своими же руками по всему телу, как бы лаская его, закрывая при этом глазки? Как стоит под душем, улыбаясь, нежась в потоке теплых водяных брызгов? Кто не кончит, когда практически перед его лицом она натягивает трусики на кису, даже не догадываясь о постороннем присутствии? А если проделывавшая все это красивая девушка - твоя старшая сестра, которую ты первый раз в жизни видишь абсолютно нагой, твое вожделение с детства, твоя любовь, которую реально ты не трахнешь никогда?: Все телек гоняешь? - раздался звонкий голос Нины. Приятно пахнущая, чистая, в халатике и с полотенцем на голове, она приоткрыла дверь в зал. - С легким паром, Нин! - как ни в чем не бывало, сказал я и переключил программу. Она ни о чем не догадалась. С того момента я подметил, что во вторник, а иногда и в четверг вечером, родители приходят позже обычного. Раньше, наверное, просто не обращал внимания. Я частенько стал надрачивать на мою сестренку, когда она принимала ванну. Раза с четвертого она меня пропалила, но выскакивать из ванной, закатывать скандала или делать чего-то еще в этом роде не стала. Внешне, то есть, не отреагировала никак. Наоборот, стала ближе подходить к двери при раздевании, "ронять" шампунь на кафель и опускаться на четвереньки вульвой ко мне почти вплотную поднимать его, дольше и как-то эротичнее намыливаться. Что она вытворяла при бритье пизды, вообще отдельная история. При родителях, да и даже друг с другом, мы оба ни разу не заикались о происходящем во время приема душа Ниной. | | |
| |
|
| |
| | Вероника увидела их, но думать было некогда. Она была испугана и побежала в сторону того не менее странного бетонного с высокими трубами завода. В сторону забора и не заметила, как провалилась. Провалилась в какую-то глубокую бездонную яму. Земля просто исчезла из-под Вероники Климовой ног, и она падала, а вокруг нее крутились чудовища. Чудовища из черного мрака. Кошмарные калеки и уроды. С клыкастыми хищными большими оскаленными ртами, длинными с когтями лапами и ногами и крыльями как у летучих мышей. Она слышала хлопанье их перепончатых тех больших крыльев. Они кружили вокруг нее и той матери и ее ребенка. | | |
| |
|
|
| |
| | Тут Вика не выдержала и зарыдала, но всё же вышла из лужи своей мочи, затем встала на четвереньки и повернулась к маняку задом, а похититель спустил с себя штаны с трусами и ввёл Вике во влагалище свой вставший член. Слезы текли из её глаз. Насильник начал вводить свой инструмент взад вперед пока со стоном не кончил. Вике было больно и невероятно стыдно. Она заревела в голос. Её только что изнасиловали, как она теперь дальше жить будет. | | |
| |
|