|
|
 |
Рассказ №4749 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 01/01/2004
Прочитано раз: 49326 (за неделю: 0)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Чувствуя накатывающую волну оргазма, Петр с силой отодвинул подругу от своего лица, направив ее губы к уже начавшему пульсировать пенису. Лиза едва успела уступить ей свое место. Поток спермы вырвался из Петиного члена с такой силой, что Полина даже не успела сделать глоток, хотя и очень этого хотела: молочно-белая жидкость залила ей лицо и грудь. А Лиза закончила дело, снова обхватив пенис губами...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Мимоходом взглянув на соседнее кресло, Петя понял, что и их друзья времени не теряют. Только если "туника" Полины еще оставалась на ней и даже прикрывала все манипуляции его руки, то Лизина накидка уже валялась на полу. Владимир сидел полностью раздетый - когда только успел - запрокинув голову и обхватив руками спинку кресла. Чтобы не садиться на пол Елизавета устроилась у него на коленях; при этом гибкости девушке вполне хватало, чтобы дотянуться губами до Володиного члена. Свободными пальчиками она жадно стимулировала себе клитор, что в ее позиции было весьма удобно. Молодой человек напрягся и глухо застонал. Было отлично видно, что если он и сдерживается, то последние мгновения. Его тело сотрясли сладострастные судороги - настолько сильные, что Лиза едва не потеряла равновесие. Однако члена из рта она так и не выпустила. Впрочем, для Владимира это была уже вторая порция за час, так что больших проблем он своей подруге не доставил.
На несколько секунд все затихло. Девушки смотрели друг на друга, постепенно возвращаясь в реальность. Полина уже окончательно села на Петину руку, так что у него явственно заболели мышцы. Словно опомнившись, она резко приподнялась, давая Петру возможность хоть немного расслабиться. Ладонь была влажной, и Полина нежно вытерла ее салфеткой.
- Эгоистка ты, Полинка - голос Лизы был слабым, с хрипотцой, но уже хитрым и довольным. - Я Володьке уже второй оргазм организовала, а ты - только все себе: - Справиться не можешь?
Полина смотрела на подругу затуманенным взглядом, еще плохо понимая, что сказанное относится именно к ней.
- А то ведь я могу и помочь - Лиза сползла на дощатый пол комнаты, но сидеть обнаженной на жестких и холодных досках ей совсем не нравилось. - Хочешь?
- Ты у него спроси - Полина, наконец, пришла в себя и уже могла связно ворочать языком. - Я может, кого другого прогоню, но ревновать к тебе: Дура я что ли:
- Спрашиваю - Лиза уставилась на Петю - хочешь?
Что Петру не хотелось, так это отвечать на глупые вопросы. Стараясь не испортить положение ненужной гримасой, он прижал совершенно затекшую руку к груди, тяжело поднялся с кресла и мелкими шагами отправился на диван. Собственно, диваном эту конструкцию назвать было трудно, поскольку никто никогда не видел его собранным. Так - широкий топчан, накрытый мягким матрацем - судя по размерам, самодельным. Когда в дом набивалось слишком много народа и комнат не хватало, некоторых приходилось укладывать сюда. В остальное время диван был местом дружеских "полежалок" у телевизора. С пивом и без.
Диван оказался на редкость удобным. Петр растянулся на спине, во весь рост и закрыл глаза. Одеяло приняло форму его тела, так что Петя покачивался на нем, как на водяной кровати, которую он, правда, видел разве что в рекламе. Сквозь полузакрытые глаза ему было видно, что Лиза начала подбираться к топчану, но пока об этом не думалось. Просто удобно было лежать.
И тут Петр почувствовал поцелуй. Долгий и требовательный. Ответил он без раздумий - что-что, а губы Полины за время их отношений он узнал досконально. Одновременно невидимая сейчас Пете рука расстегнула ему джинсы, приспустила плавки и взялась за уже начинающий набирать силу член. Молодой человек даже приподнялся на "мостик", чтобы дать возможность стянуть с себя брюки.
А потом его как стукнуло. Джинсы явно тянули две руки - слишком уж равномерно у них это получалось, а одну свою руку Полина положила ему на плечо. Ошеломленно открыв глаза, Петр попытался сесть на диване, но было уже поздно. Мало того, что Полина фактически лежала на нем сверху, Елизавета как раз в этот момент "присосалась" к уже уверенно смотревшему в потолок члену. Сделала она это так глубоко, что Пете осталось только подогнуть колени, дав приятельнице возможность расположиться у него между ног с максимальным удобством. Иначе в ход бы пошли Лизины зубки - не со зла, но куда их денешь, - а этого Петру уж никак не хотелось. Чувствовал молодой человек себя при этом: Как в гинекологическом кресле, хотя, понятно, что никогда в жизни сидеть там ему не доводилось. Однако почему-то казалось, что в нем поза должны быть приблизительно похожей на его нынешнюю.
Впрочем, преимущества своего положения Петя тоже сразу ощутил. Он мог лежать расслабившись, сосредоточившись на своих ощущениях, а две молодые женщины при этом страстно, почти исступленно, ласкали все его тело. Петр нашел тесьму, все еще держащую наряд Полины и потянул ее за свободный конец. Развязать ее полностью одним движением не удалось, но девушка сама выскользнула из простыни и буквально положила свою грудь в ладонь Пети.
Чувствуя накатывающую волну оргазма, Петр с силой отодвинул подругу от своего лица, направив ее губы к уже начавшему пульсировать пенису. Лиза едва успела уступить ей свое место. Поток спермы вырвался из Петиного члена с такой силой, что Полина даже не успела сделать глоток, хотя и очень этого хотела: молочно-белая жидкость залила ей лицо и грудь. А Лиза закончила дело, снова обхватив пенис губами.
Все трое одинаковыми полубезумными глазами посмотрели друг на друга. Потом перевели взгляд на дверь кухни.
Там же стоял Володя. С открытой бутылкой холодного Шампанского.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Треть вошла. Головка с трудом преодолела внутреннее препятствие, её сжало на миг и вот невидимое колечко пропустило большую часть члена. Две трети ствола провалилось внутрь ненасытного ротика. Шейка Милы, узкая и худая, неправдоподобно раздулась. Она при этом ещё и пульсировала в такт толчкам моего сердца, как будто удав проглотил ещё живую мышку и та бьётся внутри желая выскользнуть из нежных тисков. Я ясно видел очертания головки, остановившейся где-то в глубине растянутого горла. Каждая жилка отчётливо отпечаталась на тонкой кожице шеи ребёнка. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наверное, часов до 2-х я пытался дождаться Лены, потом все же сон победил меня. Наутро, я резко вскочил с мыслью, а где же Лена? И сразу же успокоился, увидев ее мирно посапывающую рядом со мной. Я прижался к ней, чтобы доспать, обняв ее, но утренний стояк все не давал уснуть. Мой член, прижатый к выпяченной теплой попке, пытался найти уютное гнездышко. Устраиваясь поудобнее, чтобы не упираться членом в бедро, я оказался им в пышущем жаром месте между ягодицами. Вздрагивающий член потихоньку раздвинул губки и оказался внутри. Лена, издав томный стон, ещё сильнее выпятила попку, проглотив его весь. Я начал двигаться в ней, не встречая никакого сопротивления. А когда появилась смазка, то и вовсе практически не чувствуя ничего. Тогда я переместился в дырочку повыше. Та же история. Член просто проваливался, даже не чувствуя давления стенок. Пришлось включить фантазию, и только после этого мне удалось кончить и удовлетворенно уснуть, не вынимая члена из ее попки. Очередной раз я проснулся уже часов в 9 утра. Лена все так же спала. По-моему даже поза не изменилась. Я встал, умылся, позавтракал. Лена все так же спала. Тогда я вспомнил про камеру, которая у нее была с собой. Нашел ее вещи. Камера лежала сверху, купальник аккуратно сложенный и сухой вместе с полотенцем лежали там же. Похоже, купальник не пригодился, а вот полотенце придется долго отстирывать от насохшей спермы. Камера была полностью разряженной. Пришлось найти зарядку. Я устроился на кухне, закрыл за собой дверь и начал просматривать отснятые кадры. Сначала шли кадры природы. Побережье в закатных сумерках, потом яхта. Достаточно большая. Изредка в кадр попадали люди, но из-за маленького экрана, трудно было разглядеть лица. Похоже, снимала Лена, потому что она в кадр не попадала. Рядом с ней постоянно кто-то шутил, разговаривал, смеялся, но из-за шума волн, слов было не разобрать. Потом камера переместилась во внутренние помещения. Посреди каюты стоял накрытый стол. Камера прошлась по подсобным помещениям. Похоже, Лена знакомилась с кораблем, не выключая камеры. Дальше шли съемки банкета. За столом сидели 3-е парней и Лена. Мужской голос за кадром комментировал съемку. Судя по голосу, камерой управлял Ашот. Он по очереди подходил к парням, они в камеру говорили тост. Все тосты были посвящены Лене. Других женщин в каюте не было. Следующее включение камеры было снова снаружи. Было уже темно. Лена за камерой пьяным голосом объясняла кому-то, что хочет снять лунную дорожку. Рядом что-то тихо бормотал мужской голос. Были слышны шорохи одежды и звук возбужденного дыхания. Дальше съемки луны стали подрагивающими, а потом и просто камера уперлась в пол, а к звукам добавились звуки поцелуев и через какое-то время и Леночкино постанывание. Постепенно камера приблизилась к полу, похоже, что Лена присела. Тут же Леночкин голос: "Подожди, у меня оказывается, камера работает". Мужской: "Дай мне, я выключу". Вид из камеры начинает скакать, и через какое-то время начинает показывать, сидящую на корточках Лену с членом во рту. Она старательно обсасывает палку, поднимет глаза и возмущенно: "Ты что снимаешь? Выключи сейчас же!". Изображение пропадает. Следующий кадр. Опять уже внутри. Изображение показывает стену, за кадром мужские голоса переговариваются, похоже, что долго разбирались как включить камеру. "Да вот она работает уже". "Так снимает?" "А где тут приближение?" "На эту кнопку нажимать?". Камера поворачивается в комнату. Стол уже стоит в углу. На месте стола навалена груда подушек, посередине уже раком пялят Лену. Кричать ей не дает крупный член во рту. Дальше идет настоящее порево. Меняются члены в ее отверстиях, мужики стараются во всю. Камера переходит из рук в руки, снимает действо в разных ракурсах. Это продолжается около ещё получаса, потом запись заканчивается. Затем снова включается камера. Голос за кадром: "Зарядилась? Давай снимай ее, пока не вырубилась снова". Камера показывает лежащую с закрытыми глазами супругу. На ней блестят подтеки спермы. Сперма повсюду. На лобке, на животе, размазана по груди, но больше всего, наверное, на лице. Дальше камера ползет, чтобы крупным планом взять ее половые губы и выключается окончательно. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вот перед ней раскачивается выпяченный бабулин зад. Олькина рука, обтянутая как перчаткой бабулиной мокрой мандой, сжата в жестокий кулак. Упершись другой рукой в толстую ягодицу, Олька таранит кулачком верещащую бабулю, ощущает всей кожей руки хлюпанье нежных, податливых стенок, видит живущую своей жизнью, то расслабляющуюся, то сжимающуюся жопную дырочку и отдается нарастающей сладостной волне и какой-то властной гордости - это теперь в ее воле дарить блаженство и причинять боль, поощрять и наказывать. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Хотя, признаться, редко мои сиськи пребывали в покое во время секса, их постоянно мяли и теребили чьи-то руки, и по количеству прикосновений с ними может соревноваться только, пожалуй, моя попка. Но я не возражаю, мне это нравится. Обычно женщины не любят, когда их лапают, а мне это доставляет истинное наслаждение, когда моим телом восхищаются и хотят трогать больше и больше. Благо, что мне есть, что показать. Мои сиськи не умещаются в крупной мужской руке, при этом не обвислые, а довольно крепкие и упругие, а попка пропорционально большая и круглая, в меру мягкая и, как говорят, очень приятная на ощупь. Думаю, как и грудки. Вообще, фигурой природа наградила меня, можно сказать, совершенной: многие просто сходили с ума. Было двое, которые просто любили смотреть на меня, фотографировали, наслаждались красотой моего тела, так сказать, проявляли чисто эстетический интерес. Хотя и трахать тоже не забывали. Я часто танцую стриптиз - абсолютно все мои любовники и друзья, кого я не стесняюсь, требуют его. |  |  |
| |
|