|
|
 |
Рассказ №620 (страница 12)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 27/06/2022
Прочитано раз: 252119 (за неделю: 262)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мы прибыли в Амстердам. Был тихий июльский вечер 1948 года. Мне нарочно приходится указывать год, чтобы вы не подумали, что все, мною приведеное, вымысел, но об этом потом.
..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 12 ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Глава 12
Рэм с нетерпением ждал нас и, заметив, выбежал навстречу. Он выглядел свежим и помолодевшим. Новая прическа придала его красивому лицу аристократический вид. Теперь он мало был похож на того пропившегося матроса, с которым я встретился несколько дней тому назад в баре. Мы выпили по рюмке виски и Рэм продолжил свой удивительный рассказ.
Каждую из 53 женщин я так хорошо помню, что стоит мне лишь закрыть глаза, я почти материально представляю любую из них. Они незабываемы и, очевидно, неповторимы. На следующий день вечером, часов около 10, ко мне зашла хозяйка, она принесла белье, которое я отдавал в стирку. Болтая о всякой всячине, она осматривала комнату с новой мебелью и огромными книжными шкафами. Комната приобрела более респектабельный вид. Случайно выяснилось, что ее сын воевал во франции, и я его хорошо знаю. Пошли бесконечные воспоминания. Не обошлось без слез. Фрау Пиммер слезно оплакивала безвременно погибшего потомка, но ее больше всего интересовало, насколько сообразительным и расторопным был ее ганс на войне, и умел ли он пользоваться теми благами, котрыми война так щедро одаривала солдат.
О да! Сын ее был расторопен. Я хорошо помню, как в небольшом французском городишке, где мы задержались на сутки, он изнасиловал за одну ночь девять француженок. Делал он это необычно. Поймав очередную жертву, Ганс валил ее на землю, связывал ей руки, ноги, потом сворачивал в дугу и подвешивал на чем-нибудь, пропустив ей под живот и грудь длинные артиллерийские ремни из жесткого брезента, потом бритвой разрезал женщине сзади платье и трусы и в таком положении овладевал ею, не обращая внимания на крики и стоны.
Мы заболтались, я совсем забыл о времени. Вдруг из соседней комнаты, щурясь от света, вышла очаровательная миниатюрная девушка в длинном вечернем платье из бархата, ее красивые оголенные плечи отливали голубоватой белизной, а длинные изящные руки в длинных черных перчатках до локтя делали ее очень грациозной и респектабельной. В черных, блстящих, как вороненая сталь, волосах была приколота свежая алая роза. Девушка была удивительно хороша и я, позабыв о фрау пиммер, невольно залюбовался ею.
Фрау Пиммер удивленно и растерянно топталась на месте, глядя на нас обоих и не зная, что делать. Потом, спохватившись, ушла, пожелав нам спокойной ночи.
Проводив фрау Пиммер взглядом, девушка подошла ко мне и, ткнув пальчиком в кончик носа, игриво произнесла:
- Здравствуй пупсик! Это ты здесь живешь?
- Да.
- Тебе здесь нравится?
- Мне нравится, что ты здесь.
Она села на мои колени и стала ласково теребить волосы.
- А кто эта тетя? - спросила она.
- Хозяйка дома.
- Это ее дом?
- Да.
- А где твой дом?
- Я снимаю у хозяйки эти две комнаты и значит, это мой дом.
- А она больше не придет?
- Кто? Хозяйка? Нет, ей здесь больше нечего делать. Она пошла спать.
Меня забавлял этот детский разговор, и я с удовольствием отвечал на ее наивные вопросы, ласково тиская маленькое упругое тело под тонкой тканью.
- Ой, сколько у тебя книг! - удивленно воскликнула она, - а сказки есть?
- Зачем тебе сказки?
- Я очень люблю сказки. Когда я в прошлый раз была у мужчины, он читал мне сказку про белоснежку. У нее было сразу семь гномов, маленьких старичков.
- А у кого ты была в прошлый раз?
- У такого милого старичка. Он все время меня целовал и говорил: "Ну вот, деточка, а теперь будем дальше читать..." Такой смешной старичек. Почитай и ты мне сказку.
- Зачем тебе сказка? Ты уже не маленькая.
- Это платье у меня не маленькое, а сама я еще маленькая, мне ведь только 14 лет, и я не знаю, зачем меня так одели.
Только теперь я обратил внимание на ее кукольно-детское личико, пухлые, чуть надутые губки и тонкие черточки бровей.
- Так вот почему она такая миниатюрная, - подумал я. Что же мне теперь с ней делать? Читать ей сказки всю ночь? Но это же глупо.
- Послушай, - сказал я, - тебе все мужчины только читают сказки?
- Нет, сказки читал только один старичок, другие мужчины всякие глупости рассказывали и щипались. А мне противно, когда они щиплются.
- Фу, черт! - подумал я. - вот еще напасть, зачем мне этот ребенок?
- Ну, ладно, - сказал я, - будем тоже читать сказки, раз тебе не нравится, когда тебя щиплют.
- Ты не будешь щипаться?
- Не буду.
- Ты хороший, я тебя люблю.
Легко подняв девочку на руки, я перенес ее на диван и взял один из томиков "1000 и одной ночи", открыл его, чтобы прочесть ей сказку о страшном одноглазом циклопе, но она вдруг меня остановила:
- Подожди, я сниму туфли, - она слезла с дивана и прошлась по комнате, глядя на себя в зеркало. - Послушай, я правда похожа на женщину? - спросила она, лукаво прищурив один глаз.
- Ну как тебе сказать, внешне похожа, по одежде, а так во всем остальном - мало.
- А почему?
- Потому что ты еще не женщина.
- А что такое женщина? Что, я родилась не женщиной?
Мне надоели эти глупые разговоры и я с раздражением сказал:
- Давай прочитаем сказку и будем спать.
- Спать? Фи, как неинтересно. Я не хочу спать.
- Ну, тогда я сам буду спать, - я разделся до трусов и лег спать. Пока я снимал одежду, девочка с любопытством наблюдала за мной и тихонько прищелкивала языком.
- А ты красивый! - сказала она, когда я лег в кровать.
- Что ты в этом понимаешь?
- А вот и понимаю, - обиженно ответила она, - я все понимаю, ты не думай!
- И что же ты понимаешь?
- А то, что тебе со мной скучно, что тебе хочется меня потрогать. Да?
Я не ответил, молча любуясь чудесной девочкой. Она стояла напротив, облокотившись о спинку кресла и грациозно выгнув свой тонкий изящный стан, смотрела на меня сквозь сетку длинных пушистых ресниц. Сейчас в ней почти ничего не осталось детского, это была вполне совершенная маленькая женщина. Я встал с кровати и подошел к ней. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Она сама прижалась к моей груди лицом и прошептала:
- У! Какой ты большой и хороший, поцелуй меня.
Я поднял ее на руки и слегка дотронулся до ее мягких горячих губ.
- Еще, - чуть слышно выдохнула она. Я поцеловал ее более страстно. Девочка встрепенулась и закрыла глаза. Я стал покрывать ее лицо и открытые плечи неистовыми поцелуями. Девочка начала от удовольствия вздрагивать.
- С тобой хорошо, - выдохнула она едва слышно, когда я на минуту остановился, чтобы перевести дух, - хочешь, я тоже разденусь?
- Конечно, хочу, - с робостью воскликнул я и опустил ее на пол.
- Только ты отвернись.
- Зачем?
- Ну, так, отвернись, ну пожалуйста.
Я отвернулся, напряженно вслушиваясь.
Щелкнула застежка, прошуршало платье, она прошла по комнате.
- Подожди, еще нельзя, - предупредила она мою попытку обернуться.
- Еще нельзя... Нельзя. Теперь можно.
Я обернулся. Передо мной, лукаво улыбаясь, гордая сознанием своей неотразимой красоты и привлекательности, стояла игрушечная женщина. Ее нельзя было назвать девочкой - это была женщина. Все в ней было совершенно и прекрасно. Длинные черные волосы на белоснежной коже плеч, упругие полушария хорошо развитых грудей с крошечными темными сосками, тонкая изящная талия, пухлый, едва покрытый пушком лобок с розоватыми набухшими губками, длинные стройные ноги в туфельках на очень высоком каблуке и красивые, еще по-детски тоненькие руки в перчатках. О! Разве можно словами воссоздать хотя бы крошечку того, что представилось моему взору. Я оцепенел, очарованный девочкой, не в силах оторвать от нее глаз.
- Ну, а теперь ты сними свои трусики, - конфузясь, пролепетала она.
Я пришел в себя. Немедленно сняв трусы, я осторожно подошел к ней. Я еще не представлял себе, что буду делать с этой наивной, но шаловливой девочкой-женщиной, но меня влекло к ней, как магнитом. Она прижалась ко мне всем телом, трепеща от возбуждения. Ее проворные пальчики нежно играли с моим напряженным членом. Эта игра привела ее в неописуемый восторг. Я обнял девочку за плечи и жадно шарил руками по ее горячему нежному телу с неистовым желанием. Но возбуждение быстро росло. Мне все труднее и труднее было сдерживать свое безумное желание овладеть этим малым существом.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 12 ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Игнасия двигала задом и слегка покачивала бёдрами из стороны в сторону. Кончили мы вместе и очень бурно. Игнасия шепнула мне - "Пойдём обратно". Через несколько минут мы уже были в постели. В эту ночь мы не спали. Возбуждённый увиденным, а ещё больше самой Игнасией, я обладал ей несколько раз, каждый раз получая новое удовольствие, ибо эта многоопытная, искусная женщин одинаково искусно служила Эросу в любом положении: стоя на четвереньках и лёжа на спине поперек кровати с поднятыми мне на плечи ногами, сидя у меня на коленях и лёжа на боку. Словом мы перепробовали немало способов, изображенных в памятном мне альбоме, обменивались замечаниями и выбирали позу следующего совокупления. Совершенно измученные и опустошённые мы заснули лишь утром, положив голову друг другу на грудь. Проснулись мы около полудня и ещё долго нежились, в постели. Я напомнил Игнасии о её согласии позировать мне. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Людку мы с Вадькой в то лето тоже заманили в кусты. Вадька командовал, мы с ним, как уже познавшие толк в разврате, ласкали по очереди Людку между ног руками и теребили ее намечающиеся сиськи. Ей нечего было и думать мериться со мной сиськами, мои были круче! Вадик целовал и лизал Людкину пи... ду! Он и мне предлагал то же самое сделать. Людка была не против, чтобы я ей полизала, но я с ними рассорилась. Еще бы, пи... ду лизать! Пусть она моя лучшая подруга, но это же не значит, что я ее вылизывать везде должна! Я им обоим хотела въе#ать в "пятаки" за такие гадкие предложения! Тогда Вадька для нашего примирения по очереди полизал нас ТАМ. Но опять я не получила никакого удовольствия. И Людка тоже, сама мне потом призналась. Один Вадька темнил, что ему понравилось, но по его морде этого не было заметно. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Андрей тут же разделся. Он абсолютно не замечал, что я сижу рядом, на томиже диване, и тихонько глажу себя между ног. Он заложил амины рукиией за голову, раздвинул ей ноги и, забравшись на неё сверху, стал трахать маму, что было сил. Она сигнала и кричала, извиваясь род ним, а Андрей, опершись руками ей на грудь, трахал ее, как дикий зверь. Я тоже тихонько постанывала, глядя на них. Вскоре Андрей ещё раз вогнал свой член по самые яйца вимамину письку, замер и выпустил в неё сильную струю спермы. Мама тоже вздрогнула, выгнулась и, издав очень гора ИИ крик, кончила, . |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | С тех пор прошло восемь лет, но даже и теперь 2 августа я стараюсь не выходить из дома: не могу видеть пьяных уродов в тельняшках, с этим связаны слишком страшные воспоминания. А в остальном у меня всё в порядке. Я завершаю своё образование и живу уже отдельно от мамы вместе со своей девушкой. Но раз в неделю я обязательно маму навещаю. Мне очень рады двое славных малышей, мальчик и девочка. Все думают, что это мои младшие братик и сестричка и я не вижу необходимости кого-то в этом переубеждать. Мама откровенно-счастлива. После произошедшей перемены у ней куча друзей и очень хорошая работа. Теперь моя мама телеведущая и вы почти каждый день видите её на экранах своих телевизоров. А уж как мама рада моему приходу-даже словами не сказать! После того, как мы уложили малышей и вышли из детской, мама, смущённо улыбнувшись, сказала мне: "Знаешь, милый, у меня сегодня... ну, это... в общем... " |  |  |
| |
|