Рассказ №7512 (страница 2)

     К кому поедет мой проказник,
     С кого начнет он? Все равно!
     Всех усладить ему дано!
     И он, позавтракав сметанкой,
     Чтоб одубело хуй стоял,
     Соседских девок разминал.
     И ждал, когда начнется пьянка,
     Пока недремные часы
     Не позовут надеть трусы.
     
     Уж темно, в санки он садится.
     "Пиздуй, мудак", - раздастся крик.
     Морозной пылью серебрится
     Его бобровый воротник.
     
     К Мими поехал он уверен,
     Что муж ушел, открыты двери.
     Вошел, вхуярил литра два.
     И ну ей хуй в пизду совать.
     Под ним кровать трещит, трепещет.
     Бабец в соку прикрыла глаз.
     Омегин, знай, сандалит хлеще.
     Вот это масть, вот это класс!
     Она торчит, она в экстазе.
     Омегину же в самом разе.
     
     Но он спешит, другое дело
     Его зовет и он идет.
     Как любит он нагое тело
     И вздутый спермою живот.
     
     Театра страстный почитатель,
     Обворожительных актрис,
     Незримый гражданин кулис,
     Омегин ебанул к театру,
     Чтобы получше разузнать,
     Как вздернуть нынче Клеопатру
     И Лиру яйца показать.
     Чтоб не приебывался старый
     Своим членякой - тряпкой вялой.
     
     Мои богини, вы мне рады?
     Внемлите мой пропитый глас.
     Все те же ль вы? Другие бляди,
     Сменив, не заменили ль вас?
     
     Театр уж полон, ложи блещут,
     В партере водку кто-то хлещет.
     А вон целячка вся в соку
     Лежит на сцене на боку.
     Одной рукой пизду прикрыла,
     Другою медленно манит.
     И вдруг как вспрыгнет, как взлетит.
     Все на нее воротят рыла.
     Она ж: то раком стан согнет,
     То быстрой ляжкой ляжку бьет.
     
     Все тащутся. Омегин входит.
     Пиздует прямо по ногам.
     И свой бинокль скосясь наводит
     На груди незнакомых дам.
     Взглянул, скривил свое ебало:
     "А клевых баб по ложам мало".
     "Хуйня", - сказал он и понес, -
     Ебал я в рот такое блядство,
     Уж если хочется ебаться,
     В пизду засуньте толстый нос.
     А мне нужна в соку бабец.
     Неужто я не молодей"?!
     
     Изображу ль картину верно?
     Уединенный кабинет,
     Где мод воспитанник примерный
     Одет, раздет и вновь одет.
     
     Второй Соловский моей Евгений.
     Боясь различных заражений
     И сифилических простуд,
     Он в ванной сколотил уют.
     Он три часа залупу чистит,
     Он с мылом кожицу дрочит,
     Он перед зеркалом "артиста"
     Трясет в руке и все молчит.
     Такая, братцы, гигиена.
     И, я считаю, это верно.
     Отмыв головки болтик крупный,
     Омегин двинулся на бал.
     Распространяя дух залупный,
     Красив, силен и так удал.
     
     Вот наш герой подъехал к сеням,
     Вхуярил прямо по ступеням.
     Вошел и смотрит восхищенно:
     Летают ножки милых дам,
     Так и крича: я все отдам.
     Глазеют мужики влюбленно,
     Кругом и шум и суета -
     Толпа развратом занята.
     
     О, ножки, ножки, что за чудо!
     Каков бы ни был женский ум,
     Но ножки - главное их блюдо.
     О, сколь рождают сладких дум!
     Бывало, я совсем мальченкой
     Уже стремил глаз под юбченку.
     А там, глядишь, и в темноте
     Я страстно лапал женщин ноги.
     О, что за счастье! Боги, Боги!
     
     Теперь я, братцы, импотент.
     Но как ни тяжко это горе,
     Баб у меня бывало море.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также:

© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.