|
|
 |
Рассказ №7512 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 01/08/2006
Прочитано раз: 31284 (за неделю: 17)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "(переложение пушкинской поэмы на простонародный лад)
..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
К кому поедет мой проказник,
С кого начнет он? Все равно!
Всех усладить ему дано!
И он, позавтракав сметанкой,
Чтоб одубело хуй стоял,
Соседских девок разминал.
И ждал, когда начнется пьянка,
Пока недремные часы
Не позовут надеть трусы.
Уж темно, в санки он садится.
"Пиздуй, мудак", - раздастся крик.
Морозной пылью серебрится
Его бобровый воротник.
К Мими поехал он уверен,
Что муж ушел, открыты двери.
Вошел, вхуярил литра два.
И ну ей хуй в пизду совать.
Под ним кровать трещит, трепещет.
Бабец в соку прикрыла глаз.
Омегин, знай, сандалит хлеще.
Вот это масть, вот это класс!
Она торчит, она в экстазе.
Омегину же в самом разе.
Но он спешит, другое дело
Его зовет и он идет.
Как любит он нагое тело
И вздутый спермою живот.
Театра страстный почитатель,
Обворожительных актрис,
Незримый гражданин кулис,
Омегин ебанул к театру,
Чтобы получше разузнать,
Как вздернуть нынче Клеопатру
И Лиру яйца показать.
Чтоб не приебывался старый
Своим членякой - тряпкой вялой.
Мои богини, вы мне рады?
Внемлите мой пропитый глас.
Все те же ль вы? Другие бляди,
Сменив, не заменили ль вас?
Театр уж полон, ложи блещут,
В партере водку кто-то хлещет.
А вон целячка вся в соку
Лежит на сцене на боку.
Одной рукой пизду прикрыла,
Другою медленно манит.
И вдруг как вспрыгнет, как взлетит.
Все на нее воротят рыла.
Она ж: то раком стан согнет,
То быстрой ляжкой ляжку бьет.
Все тащутся. Омегин входит.
Пиздует прямо по ногам.
И свой бинокль скосясь наводит
На груди незнакомых дам.
Взглянул, скривил свое ебало:
"А клевых баб по ложам мало".
"Хуйня", - сказал он и понес, -
Ебал я в рот такое блядство,
Уж если хочется ебаться,
В пизду засуньте толстый нос.
А мне нужна в соку бабец.
Неужто я не молодей"?!
Изображу ль картину верно?
Уединенный кабинет,
Где мод воспитанник примерный
Одет, раздет и вновь одет.
Второй Соловский моей Евгений.
Боясь различных заражений
И сифилических простуд,
Он в ванной сколотил уют.
Он три часа залупу чистит,
Он с мылом кожицу дрочит,
Он перед зеркалом "артиста"
Трясет в руке и все молчит.
Такая, братцы, гигиена.
И, я считаю, это верно.
Отмыв головки болтик крупный,
Омегин двинулся на бал.
Распространяя дух залупный,
Красив, силен и так удал.
Вот наш герой подъехал к сеням,
Вхуярил прямо по ступеням.
Вошел и смотрит восхищенно:
Летают ножки милых дам,
Так и крича: я все отдам.
Глазеют мужики влюбленно,
Кругом и шум и суета -
Толпа развратом занята.
О, ножки, ножки, что за чудо!
Каков бы ни был женский ум,
Но ножки - главное их блюдо.
О, сколь рождают сладких дум!
Бывало, я совсем мальченкой
Уже стремил глаз под юбченку.
А там, глядишь, и в темноте
Я страстно лапал женщин ноги.
О, что за счастье! Боги, Боги!
Теперь я, братцы, импотент.
Но как ни тяжко это горе,
Баб у меня бывало море.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | Она приостановилась, привыкая к новым ощущениям, горячий член как будто заполнил ее всю. "Очнувшаяся" сестра, гладила их обоих, помогая ей, выпрямляя член, когда тот слегка сгибался под напором. Галя останавливалась время от времени, когда боль становилась нестерпимой и немного приподнимала бедра, чтобы снова начать опускать их, навстречу новым испытаниям. В какой-то момент ей показалось что дальше опуститься уже не было никакой возможности, она несколько раз пыталась пройти этот рубеж, но боль заставляла приподниматься. Она хотела уже сдаться, но сестра в последний момент, подтолкнула ее, надавив на попку. Галя вскрикнула и замерла, почувствовав, что мальчишеский член вошел в нее полностью. | | |
| |
|
| |
| | Затем Дмитрий встал и мягко и уверенно жестом предложил Оле встать, после чего подвёл её к стене над кроватью, где висел ковёр. Сел перед ней на колени и стал ласково и осторожно обрабатывать своим языком Олину киску. | | |
| |
|
| |
| | Оставшись наедине со Светой, дядя Миша не стал терять времени и быстро стащил с нее трусики. Затем введя руку между ее ног, начал аккуратно массировать лобок, постепенно опускаясь все ниже. После легких прикосновений к клитору он ввел сначала один, а затем два пальца во влагалище. К этому моменту она сама широко раздвинула ноги, предоставляя полный доступ. Дядя Миша освободился из объятий Светы. Поглаживая ее по спине и поднимаясь все выше, он достиг шеи и начал легонько наклонять ее вниз. Света подчинилась и стала разматывать полотенце на бедрах дяди Миши. Она не очень любила минет и нечасто баловала им мужа, но в данной ситуации начала действовать охотно, стараясь угодить незнакомому мужчине, который за полчаса до того успел овладеть ее лучшей подругой. Для Светы в этом было что-то притягательно-грязное. Тем более что из парилки уже раздавались громкие Юлькины стоны и шлепки Петра по ее упругому телу. | | |
| |
|
|
| |
| | Мария Александровна усадила её на стул, обернула по шею фартуком, и вытащила из под фартука длинные волосы Лены. Лена плакала. Мария Александровна взяла расчёску и ножницы, провела расчёской ото лба чуть-чуть назад, зажала прядь волос между указательным и средним пальцами и срезала Лене чубчик под корень. Лена зарыдала. Мама сделала второе движение, чуть дальше ото лба и срезала вторую прядь под корень. Лена тихо всхлипывала и хватала воздух. На месте лба оставался короткий ужасный ёжик. А мама продолжала брать пряди дальше к макушке и состригать длинные тонкие волосы лены под корень. Волосы падали на пол и на фартук, а Лена постепенно стала напоминать зэчку. Затем Мария Александровна принялась убирать волосы с боков, и вот уже по бокам тоже ничего не осталось. Мария Александровна слегка наклонилась набок и наконец последний хвостик сзади был со стрижен. Мария Александровна пробовала, но под пальцы уже нигде ничего не бралось. Лена сидела тихо вся красная. По щекам её текли жгучие слёзы. Мария Александровна вставила шнур Брауна в розетку, сняла все насадки, включила машинку и наклонила голову Лены вперёд. Лена ощутила холодное прикосновение Брауна к затылку. Машинка стала двигаться от затылка к макушке. Потом от висков к макушке. Потом, перехватив руку, Мария Александровна тщательно обрила Лене голову ото лба к макушке. Она ловко орудовала машинкой, как будто делала это не в первый раз. Вскоре Лена была полностью обрита под ноль. Почти закончив, мама на всякий случай прошлась ещё несколько раз машинкой ото лба к макушке, разметав последние надежды Лены, что на её голове хотя бы что-то останется. Но это было ещё не всё. Затем Мария Александровна намылила Лене голову и обрила её станком, так, что по окончании голова Лены блестела. Когда всё было закончено, Мария Александровна с облегчением сказала "Ну вот и всё". Лена выскочила из ванной убежала к себе в комнату и заперлась. Она нашла в шкафу старую бандану и обвязала себе голову. Следующее утро было ужасным. Нужно было появиться в школе. Лена шла по направлению к своему классу, стараясь потянуть время. Но рано или поздно это должно было случиться. Она зашла в класс. Не все сразу поняли, почему она в бандане. Подошла Анжелка. | | |
| |
|