|
|
 |
Рассказ №76
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 12/04/2002
Прочитано раз: 77512 (за неделю: 23)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Оставшиеся девочки почти не пытались сопротивляться. Одной удалось стащить с себя изрядно промокшие брюки, и она присела у вагона, поглядывая на парней, и только совсем расслабившись, переведя дух, поняла, что трусики не сняла и нервно рассмеялась. Вторая писала, привалившись спиной к вагону - стоя на одной ноге, тесно прижав к ней вторую, согнутую в коленке, девушка прикрыла глаза и шептала едва слышно: "Ой, щас снова кончу!". Наконец последняя девушка даже не пыталась расстегнуться, плакала, и брела вдоль вагона без всякой определенной цели, как бродячий водопадик, оставляя мокрые следы на траве...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
1. Капитан спецназа Ральф Нолан тяжелым взглядом окинул шеренгу из двенадцати человек, выстроившихся вдоль товарного вагона. Охрана поезда - дело привычное, но трястись целый день в товарном вагоне, набитом химическим сырьем, и все из-за того, что террористы могут внезапно атаковать соседний, с ядерным топливом: Муторно, но это еще полбеды, ребята справились бы. В последние полчаса - звонок, для усиления контроля в соседнем вагоне будет расположен взвод "дельтовцев", оказывать содействие. И вот они, эти "дельтовцы".
- Что вам не нравится, капитан?
Ральф Нолан отвечал, помедлив, но так, чтобы слышали ребята в строю:
- Приказы я не обсуждаю, лейтенант, однако с заданием справился бы и мой взвод, без помощи вашего.
- Скажите, прямо, капитан, - лейтенант Эрика Рич из команды "дельта", напротив, возвысила голос: - Вам обидно, что контролировать действия ваших солдат будут женщины?
Их было тоже шестеро и они стояли левее, чем взвод спецназовцев. Две смуглых мулатки, афроамериканка, и три стройных, подтянутых, в отлично сидящей камуфляжной форме светловолосых девчонки. А лейтенант Эрика была огненно рыжая и под курткой, по обе стороны от ремня автомата у нее выпирала такая высокая грудь, что хотелось попросить поберечь такое чудо и снять с плеча огнестрельное оружие. Но никто на это не решился бы. Эрику Рич в войсках особого назначения знали, как фанатку эмансипации, одержимую желанием доказать, женское превосходство во всем, что казалось исконно мужским. Стреляла она с той же легкостью, и мастерством, что орудовала кулаками и коленями, а три выигранных дела о сексуальном домогательстве, сбили спесь с тех офицеров, кто полагал, что строптивую спецназовку надо просто хорошенько оттрахать. Теперь никто не решился бы связаться с этой девчонкой или кем-нибудь из взвода ее подопечных, но Эрика не искала покоя и нарывалась, где только могла.
- Скажите прямо, капитан, - повторила она: - я на вас в суд подавать не стану. Вы ведь так и не отделались от предрассудка, что война - дело не женское?
- Без комментариев, - попытался отшутиться капитан.
- Вот как? Тогда назовите мне чего из того на что способны ваши парни, не может сделать женщина? Морду набить? Сержант Сеймур!
Темнокожая спецназовка сделала шаг из строя, повернулась и с улыбкой поглядела на шеренгу парней.
- Я разрешаю любому из ваших мальчиков напасть на сержанта Сеймур, - звонко проговорила Эрика: - и если мальчик через минуту будет стоять на ногах, сержант Сеймур позволит ему себя поцеловать и даже пощупать.
Негритянка в обтягивающем десантном комбинезоне улыбнулась с ласковостью пантеры. Шеренга спецназовцев не шелохнулась.
- Перестаньте, - попросил Нолан.
- Может быть пострелять в цель? Тогда, пусть посоревнуются с капралом Корригэн, - Эрика указала на высокую, стройную девушку в солнцезащитных очках: - или давайте проверим, кто быстрее залезет на этот вагон, вы, капитан, или рядовая Кинси?
- Взводам пора занимать место в вагонах, - мрачно отрезал капитан: - Груз какая-то щелочь в мешках. Всем придется сидеть на них. Заходите, располагаетесь у самой двери, закрываете за собой дверь вот эту решетчатую. Через нее вы сможете видеть, что происходит снаружи и, при необходимости стрелять. Связь по радиотелефону.
Спецназовцы полезли в вагон, и стали освобождать себе место, ступая по большим мешкам, вроде тех, в которых перевозят сахар или цемент. Девчонки из "дельты", посмотрели на них с усмешкой, не торопясь забрались в соседний вагон и сразу разлеглись там на мешках, как на сеновале.
- Вы так строго смотрите, капитан! - расхохоталась от души Эрика: - а между тем вам просто-напросто обидно, что я вас немножко поимела. Можете подать на меня жалобу!
- Девчонка, - процедил сквозь зубы Нолан, чувствуя, как помимо воли, от досады и злости, в форменных брюках начинает топорщиться его мужское достоинство: - Еще поглядим, кто кого иметь будет:
- О-о! - удивленно вскинула взгляд Эрика, потом понимающе опустила глаза и вдруг нагло протянув руку в перчатке, дотронулась до застежки капитанских брюк и с притворным сочувствием кивнула: - хочется, да? Ну давай так договоримся. Если придумаешь, чего твои парни сделать могут, а мои девчонки - нет, тогда весь ваш взвод, с тобой во главе, поимеет мой взвод и меня лично. Заманчивое предложение? Ну, а не придумаешь, все будет как всегда. Наоборот.
И, подмигнув, полезла в товарный вагон.
2.
Вот уже второй час поезд торчал на железнодорожном мосту.
- Ну что, капитан? - спросил кто-то из парней.
- Саперы ползают по насыпи, - в который уже раз сказал Нолан. Очевидно мину еще не нашли.
- Может, открыть все же дверь?
- Объясняю еще раз. Во первых, у нас под ногами только рельсы, здесь не выйти, мы висим над рекой. Во вторых, мы не для того сидели полдня в вагоне, чтобы обнаружить себя за пять миль до места назначения.
В темноте вагона кто-то застонал:
- Отлить бы!
- Терпеть! - приказал Нолан: - мужики вы или нет?
- А девки в соседнем вагоне смеются, - прислушавшись, с ненавистью сказал тот же голос. - Им-то все нипочем. У женщин вообще мочевые пузыри крепче, я читал.
- Разговорчики!
Прошел еще час.
- Надо что-то делать, - проговорил Нолан. Молчание в вагоне, казалось говорило: "Ага, значит и вам, капитан, невмоготу стало?". И это было правдой.
- Только не на пол, снова предупредил взрывотехник: - в мешках щелочь, тут такое будет:
- Было бы темно, - проговорил один из солдат, - можно было бы поссать прямо в решетку на двери. Так-то, конечно, демаскировка.
- И вовсе ты не террористов боишься, - усмехнулся другой, - а что твою струйку девчонки из соседнего вагона разглядят и оборжутся.
- А смех-то, женский, затих, - заметил кто-то наблюдательный.
- Тоже, видать, припекло, - с надеждой сказал тот, кто просился выйти еще час назад, и тут же простонал сквозь зубы: - вы как хотите, а я не могу больше. Или давайте ссать, или мы все тут с мокрыми штанами будем. Вот тогда-то девчонки посмеются!
- Взвод, оправиться! - приказал капитан и сам начал расстегивать ширинку.
К двери пришлось подходить по трое, больше щелей в решетке не было. Стараясь не промахнуться, и вместе с тем, не высунуть, ненароком, наружу интимную часть тела, все семеро справили нужду, ожидая свиста, или издевательских аплодисментов из соседнего вагона. Но было тихо, только далеко внизу был слышен легкий плеск воды.
- Ф-фу! - произнес все тот же голос по окончании процедуры: - теперь, хоть в атаку.
Зазвонил сотовый телефон на поясе у капитана.
- Заметили! - проворчал Нолан, поднося трубку к уху: - я "Чарли", слушаю вас, "Браво".
- "Чарли", - проговорила трубка голосом Эрики, звучащим так, словно она слегка запыхалась после долгого бега, - говорит "Браво", у нас некоторые проблемы. Это чертово разминирование. Нам надо бы выйти из вагона.
- Это невозможно, - уверенно произнес Нолан.
- Знаю! Но нам: Нам нужно: Черт возьми, взводу необходимо оправиться!
- Мы, - стараясь ничем не показывать злорадства, сообщил капитан: - в восьми милях от места назначения. Там, под прикрытием леса, сразу будет устроен привал:
- Черт! - перебила Эрика: - мы еще черт знает сколько простоим. А надо прямо сейчас!
- Придется потерпеть, - невозмутимо сказал Нолан. Его подчиненные, сообразив о чем идет разговор, сгрудились рядом и вслушивались. Эрика, не подозревая об этом, перешла на доверительный тон:
- Рядовая Кинси уже не может больше терпеть. У нее в прошлом году было воспаление, и пузырь у нее слабенький. Да и остальные очень хотят. И я в том числе.
- Кинси, - переспросил один из солдат вполголоса, - это такая светленькая, широкоскулая?
- Я-то что могу сделать? - удивился капитан.
- Скажи саперам, чтобы пропустили поезд!
- Я думаю, - внушительно, сообщил Нолан: - когда ваш вагон взлетит на воздух, у твоей Кинси будет еще меньше шансов не описаться.
Наступила молчание. Потом, Эрика проговорила каким-то сдавленным голосом:
- Ты не джентльмен. Нас, наверное, уже все твои парни слушают? - Нолан не ответил: - в таком случае, мы открываем дверь.
- Попробуйте, - разрешил капитан: - если у вас в Дельте такие профессиональные девочки, что утерпеть не могут. А с того берега за вашим пи-пи последят через оптический прицел. Вот шоу будет для террористов!
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Что ж неплохая идея. Нашли хорошую фотку жены, и выслали. В ответ получили кучу комплиментов по поводу ее неподражаемой красоты, что само по себе приятно, и обещание прислать на следующий день вышеупомянутый фотоколаж. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я больше не могу. Я расстегиваю ширинку и достаю оттуда свой красный истосковавшийся член. Я начинаю медленно левой рукой водить по нему вверх-вниз. Валентина Васильевна идет по аудитории. Секунду рассуждаю, спрятать ли мне свое сокровище, и отказываюсь от этой мысли. Она подходит и садится рядм со мной. Преподаватели довольно часто так делают, поэтому здесь нет ничего странного и все продолжют писать. Она секунду наблюдает за тем как я мастурбирую, а затем берет <инициативу> в свои руки. Она бешенно дрочит мой член. Меня буквально подбрасывает на стуле, я сжимаю зубы, чтобы не закричать. Я вот-вот испачкаю преподшу. Вдруг все прекращается. Звенит звонок. Начинаю складывать вещи, ожидая, пока опустится хер, чтобы засунуть его обратно в джинсы. Хер стоит как часовой, опускать не собираясь. Слава Богу, все разошлись, остались только мы с Валентиной Васильевной. Она что-то пишет на меня внимания не обращая. Когда коридоры пустеют - студенты расходятся по домам - она наконец поднимает глаза. Мгновение смотрит, а потом одним движением снимает с себя кофточку. Я вижу все словно в замедленном кадре. Вот кофточка поднимается, вот выпрыгивают тяжелые груди с растопыренными сосками, вот небритые, заросшие густой темно-коричневой шерсткой, подмышки... Она бежит по аудитории ко мне, и ее груди скачут как сумасшедшие. Я хватаю ее сосок ртом - он большой и твердый, как член. Я делаю минет ее соскам. Я сжимаю ее левую грудь рукой, но руки не хватает, тогда я пытаюсь потискать одну ее грудь двумя руками. Валентина Васильевна улыбыясь отстраняет меня, поднимает юбку и раздвигает ноги. Я понимаю это как сигнал и зарываюсь носом в непроходимый лес волос у нее на лобке, но она опять отстраняет меня, и, соединив указательный и средний пальцы своей руки начинает ими трахать себя. Я смотрю как этот супер-член таранит ее влагалище и всавляю свой в ее жопу. Ах, сколько бессонных лекций я мечтал отодрать ее толстую жопу! Она оказывается девственницей в тоу дырочке. Но это поправимо. Да ей по-моему очень больно! Ничего, держится молодцом, хотя и чуть не плачет. Я изо всех сил шлепаю ее по заднице. Эхо гулко разлетается по пустым коридорым. Моему члену здесь с каждым мгновением все просторнее и просторнее. Через несколько минут Валентина Васильевна кончила. Я попросил вставить ее пальцы мне в анус. У меня там уже давно все было основательно разъебано (бисексуал я). |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Приспособление для порки было не лежачим, а по форме пианино. На него надо было встать коленями, а животом лечь на подобие лавочки, через которое откидывалась крышка с замком. Он лёг, она захлопнула крышку и закрыла на затвор, такая же крышка была и на ногах. Она закрыла обе крышки, в результате руки у него оставались свободными, но попу ими он всё равно прикрыть не мог, мешали крылья на крышке под мышками. Приспособление было сколочено таким образом, что коленки были чуть отоставлены назад и поэтому по ляжкам тоже было бить удобно. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | ... Когда легкие испульсы начали пронзать низ ее живота, Маша еле нашла в себе силы, чтобы не застонать, прислушиваясь к голосам в кабинете. Ее тело напряглось, отросток, набухший от крови и от постоянного ерзанья зонда внутри по самым чувствительным точкам ее невинного тела, торчал колом вперед, с торчащим изнутри шариком зонда, из которого торчала трубка и черный, толстый резиновый провод. Он был закреплен еще одним жгутиком, чтобы не выскочил... когда... когда... - на этом месте мысли Маши прервались, и неспособная себя контролировать, подросток забилась в первом оргазме, когда импульсы прибора стали совсем невыносимыми. |  |  |
| |
|