Рассказ №778 (страница 12)

      Не теряя времени, Патриция бросилась машине. Ключ зажигания торчал в своем гнезде.
      Шатен скрючился на изумрудной траве, схватившись за свои гениталии, которые превратились в комок оглушительной боли. Даже ругаться не было сил - лишь бессильная ярость туманила рассудок.
      Пока неудачливые насильники корчились от боли, пачкая о траву одежду, (знает же ведь куда бить, стерва!), Патриция уселась за руль Фиата, завела мотор и помчалась по пересеченной местности к спасительной дороге.
      Выехала на шоссе, посмотрела на разорванный до живота ворот кофточки и рассмеялась. И увеличила скорость, наслаждаясь быстрой ездой.
      Вскоре дорога пролегла по берегу живописного узкого залива и повторяла его причудливые изгибы.
      Патриция заметила стоящий у обочины сиреневый Ягуар и пожилую супружескую пару, обедающую на природе за маленьким переносным столиком. Вид пары был трогательно-идиллическим и одновременно таким напыщенным, что девушка не смогла удержать смешок.
      Патриция остановила машину, чтобы сменить разорванную футболку и отдышаться.
      Повернулась к заднему сиденью, где лежала ее объемистая дорожная сумка и поковырялась в своих вещах. Открыла дверцу и вышла из открытого автомобиля.
      Сняла красную куртку и разорванную белоснежную футболку, совершенно не стесняясь уставившегося на нее во все глаза пожилого мужчины, своей благообразной сединой и усами очень напоминающего популярного голливудского киноактера Чарлза Бронсона.
      Он не глядя подцепил кусок отварной рыбы на вилку и в полной прострации не попал вилкой в рот.
      - Джейн, что с тобой? - спросила его жена - престарелая черноволосая гречанка с ярко выраженными национальными чертами лица.
      - Ничего, дорогая, - вернувшись в реальный мир, ответил он. - Абсолютно ничего. - Но тут вновь посмотрел на переодевающуюся молодую фурию, и не в его силах было не глядеть на нее в этот момент. Огромные бутоны ее сосков просто поражали воображение.
      - На что ты там уставился? - Женщина сидела спиной к дороге. - У тебя больной вид!
      Супруга проследила направление его взгляда и наткнулась глазами на красивую полуобнаженную девушку.
      - Боже мой! - ужаснулась добропорядочная женщина падению нравов современной молодежи и приказала мужу: - Джейн, сейчас же закрой глаза!
      Мужчина послушно закрыл. Он знал, что означает ссориться со своей женой, хотя ему очень хотелось еще полюбоваться этим точеным торсом. Он старался запомнить образ девушки надолго, восхищаясь ее молодостью и красотой, которая ему, увы, уже была не по карману.
      Патриция не обращала на них ровно никакого внимания, хотя прекрасно слышала каждое слово.
      - Оденьтесь, бесстыдница! - возмущенно закричала женщина наглой девице.
      - Что, никогда не видела голые сиськи? - издевательски спросила Патриция, которая уже достала из сумку другую футболку и собиралась ее одеть.
      - Боже, какие вульгарные выражения! - чуть не поперхнулась от гнева женщина. - Она же хиппи, - и это слово звучало в ее устах как самое непристойное ругательство, - наверняка хиппи!
      - Эй, Джимми, - воскликнула бесстыдница. - Пусть она тебе свои сиськи покажет - сравнишь ее студень с моими персиками!
      - Джейн, - властно произнесла супруга, - я сказала: закрой глаза!
      Мужчина вновь покорился приказу.
      - Джимми, Джимми, - закричала Патриция, которая уже успела надеть полосатую футболку и направилась к столику, - Э-еей!
      Она нагло задрала к подбородку футболку.
      Он уже успел открыть глаза, пока супруга, подавившись негодованием, не смотрела в его сторону, и довольно усмехнулся, наслаждаясь видом высокой груди девушки и плоского, без единой лишней складочки, живота.
      Патриция опустила на мгновение футболку, вновь с насмешливо-игривым восклицанием подняла ее и повиляла маняще бедрами.
      - Как тебе? - поинтересовалась у мужчины Патриция. Она смаковала пикантную ситуацию, ей было очень весело.
      - Девушка, как вам не стыдно! - не давала мужу спокойно наслаждаться жизнью суровая супруга. - Сейчас же прекратите, а то я вызову полицию!
      - Пока, дорогой! - насмешливо произнесла Патриция и послала мужчине воздушный поцелуй. - Пока, блюстительница нравственности! - так же насмешливо попрощалась она с женщиной.
      Повернулась и пошла обратно к машине. Села на водительское сиденье и на прощанье помахала рукой:
      - Пока, Джимми, не скучай!
      Она поехала дальше по шоссе, любуясь превосходным видом залива, сама не зная куда. Какая разница куда - жизнь прекрасна и этого вполне достаточно. Навстречу новым приключениям - вот куда!
     
      Неудачливые насильники, оставшись без транспортного средства, безуспешно голосовали на безжизненном шоссе. Но в отличие от симпатичных девушек, двоих симпатичных парней брать никто не хотел... К тому же машины по шоссе проезжали не чаще, чем раз в десять-пятнадцать минут. Солнце достигло апогея и палило нещадно.
      Синий микроавтобус прокатил мимо, даже не сбавив скорость. Они напрасно бешено размахивали руками - хоть под колеса ложись...
      А ведь до города не менее десяти километров.
      - Если я увижу эту сучку еще раз, я ее убью! - гневно заявил шатен и они пошли дальше.
      - Сейчас главное - найти машину! - высказал наболевшее блондин.
      Шатен остановился, снял футболку, вытер ей пот со лба и повязал вокруг талии.
      Жарко, тоскливо, отвратительно. И безумно хочется пить.
     
      Патриция въехала в Мегару и сбросила скорость. Свернула на первую попавшую улицу и сразу заметила полицейский участок. На столбе перед зданием красовался круглый международный знак и большая табличка. На ней по-гречески и по-английски было написано крупными буквами: "Стоянка запрещена".
      Вот и решение проблемы с Фиатом этих американских самцов. Не становится же угонщицей автомобилей в конце-концов!
      Она аккуратно заехала ровнехонько под знак задним ходом. Выключила двигатель, оставив ключи зажигания в гнезде, взяла свою сумку, повесила на плечо и спокойно ушла прочь, провожаемая удивленными взглядами сидевших на скамейке у противоположного дома пожилых горожан.
      Из здания участка вышел полицейский офицер с черными холеными усами, посмотрел на нагло припаркованный Фиат и на девушку, которая вытаскивала из него большую сумку. Хотел было остановить ее и строго указать. Но затем справедливо решил, что к машине она или ее какой-либо знакомый все равно вернутся, а чем дольше автомобиль простоит в неположенном месте, тем больше будет штраф. Офицер довольно усмехнулся, представив, как он проучит неуважающую закон автомобилистку.
      Уже во второй половине дня шатен, со своим изможденным от долгой ходьбы под палящим солнцем приятелем, вошли в городок.
      Завернув за угол, шатен увидел их синюю, открытую машину, ставшую им за эти дни почти родной.
      - Эй, смотри! - радостно воскликнул он. - Машина! Наша, точно!
      - Слава богу, - с огромным облегчением вздохнул блондин. Машина была взята на прокат на его имя, и он с ужасом представлял предстоящие выяснения отношений по этому поводу.
      Они подбежали к своему маленькому уютному Фиату. Блондин заглянул внутрь.
      - По крайней мере, оставила ключи, - почти с благодарностью отметил белокурый. - И то хорошо!
      К ним подошел доброжелательно улыбающийся усатый грек в форме офицера полиции и вежливо произнес по-гречески:
      - Здравствуйте, вы что не видели знака? - Офицер указал рукой на табличку.
      - Что этот мудак хочет? - не понял блондин и глупо уставился на стража порядка.
      - Этот мудак говорит, что вы поставили машину под знаком "Стоянка запрещена", - на чистом английском пояснил представитель закона и еще шире улыбнулся. - Это вам обойдется в тысячу драхм. А за "мудака" заплатите еще тысячу драхм. - Он задрал глаза к небу, делая вид, что производит в уме сложный математический расчет. - Итого: две тысячи драхм.
      - Две тысячи драхм?! - в ужасе вскричал белобрысый, в то время как шатен просто тупо смотрел на полицейского, не в силах что-либо произнести.
      В мозгу обоих крутилось лишь в тысячный раз: "Если когда-нибудь она попадется на пути, эта Эленика, то..."
      - А за то, что вы упрямитесь, - улыбаясь заявил офицер, - отдельный штраф. Итого три тысячи драхм. - И он показал им три пальца на руке для пущей убедительности.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ]

Читать также:

© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.