|
|
 |
Рассказ №9710
|
|
|
| |
| | Из-за смуглой кожи Махмеда, как только он снял одежду, я потерял из вида. Только широко открытые глаза горели во тьме, да блестящая упаковка презерватива выдавала его присутствие. Он вопросительно уставился на меня. В отличие от него, мое хоть и загорелое тело, но было замечательно ему видно. Я показал жестам на жену, и он рванул с места к кровати. Я схватил его за руку. Поднес указательный палец к губам и указал на зажатый в руках презерватив. Пока он боролся с упаковкой, я присел на кровать и аккуратно лизнул ее уже окончательно истекшую киску. Она выгнула спину, подставляя моим ласкам нежные губы, а я, обхватив ее попку, раздвинул ягодицы, глубоко погрузился в нее языком. Она подалась назад, пытаясь погрузить его глубже в себя. Я завел под нее руку и нежно сжал грудь. Намочив большой палец другой рукой, я положил его на колечко ануса и начал слегка надавливать, играя языком в ее влагалище. | | |
| |
|
| |
| | Вся группа немного сместилась влево, мужчина подошёл вплотную к ней и, как бы между прочим приговаривая "не волнуйтесь", с чувством сжал центр каждой груди. "Мало!" - оценил фотограф. Мужчина повторил с большей силой и чувством, доверительно сообщая ей: "Ваши сисечки великолепны!" Фотограф тут же скомандовал ему присесть, оттянуть блузку вниз и всем замереть. Мгновение! И чудный кадр был готов. Для верности его тут же повторили. И странная композиция распалась на отдельные составляющие. | | |
| |
|
| |
| | Увидев это он сказал, что и я должен сделать так, что бы встал у него. Он лег на спину, и я начал ему массировать его младшего. Он оказался большим и твердым, я тер его, а парень млел. Потом он попросил меня сесть ему на живот, и стал массировать мои бока, потом мои ляжки. Потом попросил меня подвинуться поближе. Кончилось тем, что он взял мой хуй и мои яички в рот, и начал их облизывать. Короче, я кончил ему в рот. Я думал он разозлится,а он наоборот обрадовался. | | |
| |
|
|
| |
| | Павел грубо повалил её на стол животом. Алёна почувствовала своим животом холод лакированного покрытия стола. Тем временем Павел достал из шкафа какой то флакон, и раздвинув стройные ноги девушки капнул на её половые губки и принялся растирать. Через секунду Алёна почувствовала, как внизу живота стало жарко, а из раскрытого влагалища потекло. Видимо он применил какой то возбудитель. Член Павла уткнулся в девушку. Он несколько раз потёр членом между её губок и погрузился в горячую и мокрую дырочку. Алёна не смогла сдержать стона, возбудитель давал о себе знать. Павел начал движения, глубоко проникая в податливое отверстие. Девушка истекала выделениями. Алёна тяжело дышала, её грудь тёрлась о холод стола, от чего соски на груди девушки напряглись и торчали. Движения Павла становились глубже и быстрее, девушка чувствовала как крупная головка его члена бьётся в её матку и от этого внизу живота у неё разгорался огонь. Девушка застонала и взорвалась, она кончала, сжимая тугим отверстием член шефа. Павел почувствовал, что тоже готов кончить и выдернув член из киски девушки стал заливать мутной жидкостью её губки. Алёна лежала, прижавшись головой столу и не могла пошевелится. Она не могла понять, как смогла кончить под телом нелюбимого мужчины. Павел же начал одеваться. Что шлюха, я смотрю тебе понравилось? Теперь ты получишь много таких уроков. На глазах девушки навернулись слёзы. Она хотела сходить подмыться, но Павел запретил ей и теперь сперма, смешанная с её соками засыхала на её ногах и между ними. Павлу в голову пришла новая идея: Сучка всегда должна быть мокрой, иди в туалет и намочи свои трусы, а потом возвращайся сюда. Алёна не решилась перечить шефу и намочив тоненькие трусики вернулась в кабинет. -Чего ты ждешь, одевай. Пришлось надеть их, трусики приятно отвисли, пропитавшись тёплой водой. -Да, завтра поедем в магазин, тебя надо переодеть. А теперь иди домой, и не забудь выбрить всё между ног. Придя домой девушка быстро прошла в ванную и с облегчением смыла с себя всю грязь. Взяв станок она принялась брить лобок и губки. Через пару минут между ног у неё было гладко, как у девочки. Алёна легла в постель и стала думать. А ведь ей было приятно это унижение, и идя домой по ярко освещённым улицам её дыхание учащалось, когда мокрые трусики тёрлись об губки. С этими мыслями она и уснула... | | |
| |
|