|
|
 |
Рассказ №9785 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 29/08/2008
Прочитано раз: 90173 (за неделю: 18)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "- А у тебя ведь жена есть, - лукаво добавила женщина, - твой паспорт я внимательно изучила. Ничего у нее не убудет, если несколько граммов твоей спермы во мне окажутся...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
- Ни одного человека, кроме твоей любимой Верочки, ты долго не увидишь. Дедушка Георгий нашел брод и только мне показал. А я еще подумаю, показывать ли тебе обратную дорогу! - улыбнулась девушка и гордо добавила, - это наше родовое поместье, дедушка тут все обустроил.
Удивительно красивый крохотный теремочек на острове оказался. Рядом был обширный навес, под которым стояла кирпичная печурка. Вера скинула лифчик с купальника. Маленькие обворожительные грудки под ним обнаружились. Я к ним сразу припал.
- Основных инстинктов у человека два! - виновато шепнула Верочка, - я позавтракать не успела, твоими делами занималась, договорилась на заводе, чтобы твой заказ за десять дней наверняка исполнили. Начальники на заводе не главные, работяги мне поклялись, что твои изделия будут готовы. С военными я тоже договорилась, их сразу же расстреляют на секретном полигоне. Не понимаю, зачем чего-то изготавливать, чтобы сразу уничтожить?
Я изумленно смотрел на Веру, она засмеялась и меня зацеловала.
- Сейчас я жутко есть хочу. Сходи на другой конец островка и набери грибов для обеда. Только ведра захвати и полей грибницы водой из озера.
Грибов было много, очень красивых. Я сообразил, что всех грибов собирать не надо, нужно набрать только на обед, остальные завтра подрастут. Много ведер воды я на них вылил. Ягод еще по дороге набрал в пустое ведро. Я погулял по удивительно ухоженному лесу, внезапно я сообразил, что это не лес, а парк. Не могут расти в крохотном лесочке одновременно сосны, кедры, ели, березы, лиственницы и даже каштаны. Кусты малины и смородины были явно сортовыми.
Вера хлопотала у плиты. Множество сковородочек на ней шипело.
- Перекуси, если есть очень хочется, - придвинула она мне тарелочку, - это жареные моллюски, их очень быстро готовить.
- Как же я счастлив, и в Сибири побывал, и тебя встретил! - шепнул я и неожиданно добавил цитату из песни: "Я готов целовать песок, по которому ты ходила!"
- Лучше ты поцелуй мои ножки, они совсем не целованные, - радостно шепнула Вера и неожиданно спохватилась, - только они грязненькие, их надо сначала помыть!
Чистенькие ножки она подставила мне. Я с удовольствием целовал девушке пальчики, но только этим дело не ограничилось. Вверх постепенно я поднимался. На сковородках многое подгорело, когда Вера затихла.
- Как же твой дедушка бревна сюда доставил для домика? Через болото таскал?
- Ты вроде в XX веке живешь! Амфибия их перевезла, на воздушной подушке, - изумилась Вера, - а деревья он тридцать лет назад посадил, островок был тогда песчаным холмиком, кое-где кусты только росли.
Трудно описать наше десятидневное счастье. Традиционные ритмические движения у нас безусловно были, и по нескольку раз в день. Но счастьем для меня была сама Вера. Скучать нам совсем не приходилось. В перерывах между сексуальными припадками Верочка обучала меня, городского жителя, способам выживания в болоте. Я себя настоящим мужиком чувствовал, когда приносил ей пару корзинок с продуктами, купленными не в магазине. Там были какие-то клубни от водных растений, луковицы, водяные орехи, множество моллюсков, иногда пара уточек, застреленных из самодельного лука, множество рыбешек, иногда и большие рыбины. Половину принесенного Вера выбрасывала, но из оставшегося приготавливала такую вкуснятину, что второй основной инстинкт у нас полностью удовлетворялся.
Мои изделия испытывали самым варварским способом. На полигоне их расстреливали танковыми пушками, почти в упор, метров с пятидесяти. Вездесущая Верочка легко прошла на секретный полигон и познакомила меня с генералом. Она представила его как второго мужа своей любимой бабушки.
- Я для нее вроде приемного дедушки, - улыбнулся генерал.
Мы уселись на пригорке, там был оборудован наблюдательный пункт, и пили кофе с коньяком. Коньяка в кофе было намного больше, чем полагается. Первую мишень бронебойный снаряд разнес на кусочки. Вера огорченно охнула.
- Не расстраивайся, Верунчик, сейчас серийное изделие расстреляли. Посмотрим, что нам твой хахаль приготовил!
Второй танк дернулся. Снаряд не смог пробить мою броню и отскочил в небо. Верка на меня прыгнула и зацеловала.
- Для меня все понятно, сплав чего-то с чем-то оказался лучше, чем применяли раньше. Пусть меня американцы пытают, но секрета я не выдам, в химической ахинее ничего не понимаю. Остальные твои мишени долго расстреливать будут, статистику надо набрать. Специалисты у меня хорошие, протоколы оформят, и образцы для микроструктурных исследований вырежут и упакуют. Поехали ко мне, Верина бабушка уже стол накрывает.
- У тебя с Верочкой серьезные отношения или как? - сердито спросила бабушка.
- Или как! - сердито ответила Вера, - у него жена есть и двое детишек, но спать мы сегодня будем вместе, я этого хочу. Бабуленька, не порти человеку настроение, он первый раз оказался в Сибири, а ты на него накинулась!
Чудесную ночь мы с Верочкой провели. Утром я пошел на кухню водичку попить и встретил расстроенного генерала в одних трусах. Он печально сидел за бокалом коньяка.
- Какие проблемы у будущего маршала? - игриво спросил я.
- Мои танкисты двадцать семь твоих мишеней не смогли расстрелять. Командующий нашим округом, по моей просьбе, распорядился продлить твою командировку, ему никто не сможет отказать, кроме министра обороны. В некие изделия, о которых ты действительно не имеешь права знать, встроят пластинки из твоего сплава. Сверхсекретными снарядами мои ребята их станут расстреливать. Закрутилась карусель на государственном уровне. А ты теперь нужен только Верочке, свою приемную внучку я обожаю. Золотая девка аж засветилась, когда несколько дней с тобой провела. Пару недель с ней поласкайся, я тебя прошу! Любой санаторий в нашей области выбирайте, а если захочется на болото, то армейский аэроглиссер в твоем полном распоряжении!
Верочке захотелось на болото.
Неприятно рассказывать, как из двух неудачных семей образовалась одна счастливая, но она образовалась! Мои дети обожают мачеху, а общие дети маму. В гостинице Вера больше не работает, с пятью детьми сложно управляться. Изделия из справа-2 обычными снарядами танкисты генерала расстрелять не смогли. Секретные снаряды в них дырок наделали, но не во всех! Родина не особенно щедро расплатилась за мои сплавы, олигархом я не стал, но на жизнь нам хватает.
Так приятно вернуться домой, встретить кучу детишек с ихними собаками, а потом прижаться к любимой Верочке.
Самым страшным наказанием для наших детей является запрет на посещение болота!
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |
 |  | Андрей как то неуверенно прилег на кровать, а ласковая материнская рука заботливо укрыла молодое тело. Он как то по детски, но нежно и с едва заметным возбуждением прижался к горячему, такому вдруг податливому, непривычно возбуждающе пахнущему женщиной телу, его руки по детски непосредственно обняли тело матери, которая сама как то покорно прикорнула к сыну, не осознавая того что сейчас она для него была не матерью, а женщиной, такой взрослой и возбуждающей, её рука обняла сына, а жаркие, жадные губы прикоснулись к его щеке. И поцелуй этот был не совсем материнский, она сама, не осознавая того , чтот сейчас рядом с ней в постели находиться не просто молодой, горячий мужчина, мозг которого затуманен алкоголем, а её родной сын. Но усталость брала своё. И через какую то минуту он уже сладко засопел во сне, но не ослабляя своих не детских объятий. Вскоре заснула и она. Сон пришел сразу, и снилось ей то , что она так желала на яву. Кто то ласкал её оголенный зад, чьи то пальцы проникли в её уже успевшую потекти щелочку и вдруг, как то сразу она ощутила тяжесть мужского тела, такую желанную, такую нужную сейчас. Мужской поршень начал буравить её текущую вагину, а из полуоткрытого рта раздался стон наслаждения и покорности. Её имели. имел мужчина, лица которого во сне она не видела, и это ещё больше возбуждало её. И вдруг, когда пелена сна как то сразу спала с затуманенного мозга, Татьяна вздрогнула. на ней сверху находился собственный сын. Её кровинушка, который сам не осознавая во сне что он делает, действуя по воле влекущих его гормонов и раскрепощения под действием алкоголя, ёб собственную матушку со всем свойственным молодости пылом. Татьяна частенько была использована собственным мужем во сне, когда она ничего не подозревая спала в кровати, а он изголодавшийся по женщине, мужик, пробывший неделю в рейсе, приезжал домой ночью, тихо открывал входную дверь, наскоро обмывшись в ванной забирался под одеяло к молодой жене и брал её сонной. Поначалу она как то реагировала на это, но со временем так привыкла что могла несколько раз кончить во сне, практически не приходя в себя. Вот и сейчас, пока её сын, одержимый подростковым влечением к женщине, которое располагалось где то между ног, и отдавалось такой приятной тяжесть как только он видел обнажённую часть женского тела, и глубоко всё равно было, кто перед ним-картинка из мужского журнала, его молодая, глуповатая подружка, помешанная на поцелуях или его родная мать, женщина, взгляды на которую особенно щекотали его и без того возбужденное сознание. и вот сейчас, взобравшись на свою родную мать, правда во сне, и не встречая никакого сопротивления, он , даже уже проснувшись в процессе ебли, не мог заставить себя оторваться от такого роскошного тела, а член, набухший как бейсбольная бита, чувствовавщий себя в пизде матери как сыр в масле, готов был взорваться в любую минуту, и глубоко всё равно было в тот момент, что будет потом. И вдруг мать, сонно постанывавшая по началу, но гостеприимно и приглашающе раскинувшая ноги, ещё сонная, когда он только вогнал своего дружка, теперь наверно уже проснулась, но не окликнула, не обозвалась, только стоны стали немного глубже, да руки , безвольно лежавшие до этого на молодых, покатых плечах сына, вдруг с силой обхватили его, и сын понял, что кончать они будут вместе, и мать совсем не против этого. Оргазм был бурный. Молодое тело сына извивалось, стараясь поглубже вогнать фонтанирующий член поглубже в истекающую соками вагину собственной матери, а она, застонав, вдруг почти завыла, заплакав, но тихонько, осознавая что громкий крик может привлечь ненужное внимание дочери, спящей в соседней комнате. Минуту лежали, крепко обнявшись. каждый не знал, что можно сказать в этот момент, каждый чувствовал за собой вину, и каждый из них был просто без ума от этой сладкой вины. и вдруг Андрей почувствовал, как мамины губы впились долгим, совсем не материнским поцелуем. Она сосала его. Язык матери проник в открытый рот сына и вытворял там кульбиты. Истома расползлась по его молодому телу, а молодости усталость не знакома. Через несколько мгновений его член уже был готов к дальнейшей битве, а его собственная мать, обхватив сына за голову руками, шептала на ухо горячими, липкими от его же губ губами:"Мы наверно е сошли с ума?Что мы делаем?Ты наверно ненавидишь меня?"И в то же время голос её был с таким обвалакующим томным шепотом, что только это одно могло свести Андрея с ума. Дыхание перехватывало. В голове опять всё смешалось. "Я хочу тебя, я очень хочу тебя. Будь моей женщиной, это будет наша тайна, только наша тайна. Я постоянно хочу тебя. И утром, и днем, и ночьюВедь отца так часто нет дома. Я ведь могу приходить к тебе?Я с ума сойду, если ты оттолкнешь меня, мама"А руки его в этот момент буквально разорвали на груди у матери ночную рубашку и мяли такие манящие, мягкие, колдовские груди. Он интуитивно понимал что надо делать с ними, а мать, изнывающая под ним от похоти, жажды мужика и ласковых рук родного сына, совсем потеряв голову, уже не мучаясь мыслью как завтра они будут смотреть друг другу в лицо, опять развела ноги, и рукой, крепко сжав, будто боясь потерять, ввела член в своё опять текущее влагалище. . . |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Я боюсь! - со слезами воскликнула она. - Я боюсь, если я не научусь, она меня бросит! Если ты ее можешь бросить, то кто я по сравнению с ней? Бревно! Колода! Я же знаю! Она завтра меня может бросить! Она поехала с Оксаной и сейчас обнимает ее! Эту суку! Она меня заставляла лизать ее везде! А я еще ничего не понимала! Мне было страшно! Я так плакала потом! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Лиза тихонько освободилась от объятий брата и поднялась с кровати, оставив его спящим. Она остановила пристальный взгляд на своем обнаженное теле прежде чем натянуть шорты на свою талию. Не надо было беспокоиться, что внезапно вернутся их родители и увидят его лежащим обнаженным на кровати, выставив на показ свой большой член. Лиза вспомнила, как они впервые занимались любовью. Яше тогда было всего 13 лет, ей 15.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я чуть не подпрыгнул от счастья. Даже забыв, что я перед ней голый, я хотел обнять и расцеловать сестру. Такой неожиданной благодарности я к ней ещё не разу не испытывал. Но сестра не позволила обнимать себя, а лишь подставила щёчку. |  |  |
| |
|