|
|
 |
Рассказ №11648
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 12/05/2010
Прочитано раз: 36455 (за неделю: 17)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Прикол рассказать?.. Однажды, исполняя на сцене соло, во время проигрыша опустил голову вниз и увидел, что стою с завернутой вверх правой брючиной. Объясняю: сидя за барабанами, колотушка задевает брюки и ее приходится закатывать. Выйдя петь, я забывал отвернуть. И такое происходило каждый раз - просто заметил только впервые. А все решили, что это моя "фишка"...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
"ВСЕ МОИ ЖЕНЩИНЫ"
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ЛЕНА
Часть 1-я
Я приехал в Германию вольнонаемным служащим. В конце ...-х годов попасть на работу за границу считалось супер-удачным, хоть кого спросите! Мне повезло - у коллеги по работе (где я обретался в то время) оказались полезные связи в военкомате, он и спросил у меня: не хочу ли уехать работать за границу? Глупый вопрос! Нужно было быть полным идиотом, чтобы отказаться от такой возможности. Дома сообщил жене эту новость. Несмотря на то, что ехать предстояло одному, она согласилась без вопросов - на кону стояло материальное благополучие семьи. По крайней мере, я мог обеспечить для нас некий задел на несколько лет.
В военкомате объяснили нюанс, который стал дополнительным плюсом в решении ехать: если заняться поисками работы для супруги сразу по прибытии на место, то она сможет приехать ко мне. Вдвоем - не одному! Поиски - занятие непростое, но коли постараться, хлопоты окупятся сторицей. И добавили: "Уж за полгода найдешь обязательно!". Всё это успокаивало - и меня, и жену.
Чтобы закончить тему вызова жены, скажу: место для нее я нашел достаточно быстро - договорился с директрисой офицерской столовой, что она возьмет жену официанткой. Из части послали официальный запрос, бумага пришла в мой военкомат. Вера стала собирать документы (долгая и муторная процедура, надо отметить). Я уже подсчитывал, к какому сроку она сможет быть в Германии. Но случившиеся в последствии события перечеркнули все предпринятые усилия. О них расскажу позже, чтобы не нарушать последовательность повествования.
На пересыльном пункте во Ф. я узнал о предварительном месте моей будущей работы - меня направляли в Э. Добрался до места, поселился в армейскую гостиницу при воинской части. Сижу, кукую: куда, что и как - не понятно! Хреновые ощущения. Хуже неизвестности ничего нет. Через пару часов - стук в дверь. Заходит парень: "Это ты из В. (называет город)?". "Ну, я". "Здорово, земеля!".
"Во, пруха пошла! Земляк на чужбине - уже полдела! Он-то расскажет, что к чему!".
Земеля позвал к себе в гости. Его жена накрыла стол, мы выпили, закусили. Хозяева в два голоса распрашивали: как там город, что новенького? Их неподдельный интерес впервые дал понять одну важную деталь: как бы хорошо наши не устроились за кордоном, у всех щемит сердце по Родине. Выгодная работа, количество купленных тряпок - всё меркнет перед тоской о родном доме, всех неизбежно тянет в родные края.
Они у меня - про Союз, я у них - про Дойчланд. Новый знакомый пообещал, что замолвит словечко (он возил какую-то шишку). Особо на его помощь с трудоустройством на "теплое" местечко я не рассчитывал: ну кто я ему? Сват? Брат? Даже не дальний родственник. Вобщем-то, так и вышло.
В тот же день, ближе к вечеру, за мной приехал "купец" и меня, без лишних разговоров, посадили в уазик. И поехал я в город под названием Д. По дороге попытался узнать хоть какие-то подробности, но майор (начальник дома офицеров, где мне предстояло работать) коротко ответил: город небольшой, ... км от Б., всё остальное узнаю на месте. Типа: "Сиди и помалкивай в тряпочку! Тут - армия, это тебе не на гражданке".
На меня не собирались вешать погоны и вдевать в сапоги, но отношение к вольнонаемным определялось очень простым правилом: вы - рабсила, мы - начальство. Что ж, служили, знаем. И я примолк с вопросами.
Должность, по которой я вербовался, официально именовалась "художник-оформитель". Если сравнить с другими гражданскими профессиями, моя - настоящая лафа! Зарплата в марках выходила нехилая, плюс деньги, перечисляемые на сберкнижку в Союзе (по сути - вторая зарплата в рублях). "Итого" получалось клёвое!
Жить определили в так называемую "Массандру" (местный каламбур): второй этаж здания с длиннющим коридором, двадцать пять-тридцать дверей с каждой стороны. Почему "Массандра"? Селили там, в основном, несемейных, так что, народец квасил изрядно. Отсюда мансарда (надстройка) превратилась в "Массандру" - в Советском Союзе место, известное своими виноградниками.
...Одна из дверей. Крохотный тамбур без освещения. Дверь налево и направо. Налево - ко мне. Комнатуха 3х3 метра. Три кровати, шкаф, стол, три тумбочки. Всё! Моё новое местожительства. Думал, что временное: на два, максимум - на 4 месяца. Ошибался.
Два соседа, оба белорусы. Один из-под Г. - деревенщина, полное чмо, жлобяра и урод (не сгущаю краски, описываю, как есть!). Второй - из М. Звали бы Лёвой, можно было бы прикалывать, но его имя не рифмовалось с городом: звали мужика Федя. Лет за тридцать. Молчаливый. Но когда выпьет, расходился на всю катушку! Насосется, бывало, "Кокура" в буфете дома офицеров, припрется на танцы, выйдет на середину площадки, раскинет руки в стороны, и орет во всю мощь глотки: "Ба-бонь-ки! Вот он я-я-я!! Хватай, пока разрешаю!!!". Но не помню ни одного случая, чтобы кто-то вешался ему на шею - женщины скупердяев чуют за версту. А Федя был не просто скупердяй - он был крутой скупердяй. Великий жмот! Только его земляк (наш общий "однокамерник") мог оспаривать первенство в этом соревновании.
Ничего не имею против белорусов ВООБЩЕ, но соседи мне достались "замечательные".
Федя и этот, второй (имя не помню, да и без надобности вспоминать!) получали какие-то копейки, потому что завербовались кочегарами. Естественно, на их зарплату не раздухаришься. Всё заработанное складывали в "чулок", тратили на себя по минимуму. Вроде как, положительное качество, иначе: зачем было ехать сюда? Опять же, понимаю, что жить на подножном корму, перебиваясь с хлеба на воду, тяжело. Если речь идет о подобном режиме длиною в год или более, то совсем тяжко. Иногда Федя не выдерживал и напивался "в сиську": так он выпускал пар из собственного, внутреннего "котла".
Для полноты картины, поведаю еще одну деталь, характеризующую моих соседей, в частности - Федю. Когда ему предоставили законный отпуск, он рьяно засобирался на родину. В чем выражалось понятие "рьяно"? Зарплата мизерная, а приехать из Германии ни с чем - дома не поймут. Жена Феди (по его собственным рассказам) была женщина дюже строгая и могла подумать, что на чужбине он не экономил, а тратил напропалую. Короче, под честное слово, Федя назанимал денег у знакомых, малознакомых и совсем незнакомых. Столько, сколько смог. Накупил разного шмотья - и отвалил. Кредиторы оставались спокойными до тех пор, пока не настало время возвращения Федора из отпуска. А Федя не вернулся, остался дома. Видимо решил, что занятых денег ему ни за что не вернуть на его никудышную зарплату - пришлось бы отдавать всё заработанное, еще и остался бы должен. Вобщем, кинул всех, засранец. Некоторые (одолжившие поболее других) клялись, что по возвращении в Союз не поленятся съездить в М. и вытряхнуть из него должок (заодно - и душу). Но думаю, так никто и не сподобился - болтали, скорее всего, по пьянке. Бог Феде судья. Небось, наказал уже давно.
...Ленкина комната находилась почти напротив моей, чуть левее на две двери. Она жила вместе с какой-то девчонкой: их маленький отсек был разделен на две крохотные комнатушки, каждая с отдельным входом. С Леной меня познакомил Парин. О нем - вообще отдельная история, здесь не буду ничего рассказывать.
Знакомство произошло на танцах - к тому времени начальник дома офицеров назначил меня руководителем ансамбля. Мы с пацанами (солдатами срочной службы) наиграли репертуар, подходящий и к медленным, и быстрым танцам. Я привез с собой несколько кассет западного музона, мы разучили 5-8 вещичек из популярных в то время групп. Вышло недурственно. Пацаны попались трудолюбивые, "ловили масть на лету". С голосами у них было даже получше, чем у меня, так что основную часть репертуара пели они, я же сидел за барабанами. Себе я оставил пару "соляк" на английском языке - тогда кто-то из музыкантов садился за ударные, я брал в руки бас-гитару - и вперед! Мама не горюй, в общем!
Прикол рассказать?.. Однажды, исполняя на сцене соло, во время проигрыша опустил голову вниз и увидел, что стою с завернутой вверх правой брючиной. Объясняю: сидя за барабанами, колотушка задевает брюки и ее приходится закатывать. Выйдя петь, я забывал отвернуть. И такое происходило каждый раз - просто заметил только впервые. А все решили, что это моя "фишка".
В перерыве очередных субботне-воскресных танцулек Парин и познакомил меня с Леной. Первое впечатление - с фигурой у женщины всё на месте! Не стану врать: симпатичной ее назвать было трудно, но шарм присутствовал, а это значило многое. Для меня - уж точно. Настолько редкое качество, что сталкиваясь, уже не обращаешь внимания на все остальные "минусы".
Как-то сразу мы почуяли интерес друг к другу. Но в первый вечер лишь поболтали, посидели втроем в кафешке, вместе возвратились на "Массандру". Позже, в середине недели, несколько раз сталкивались в коридоре или вблизи нашей общаги. Никаких завлекалок, намёков и всего прочего из арсенала соблазнения.
-Привет!
-Привет! Как дела?
-Ну, ладно... пока! Увидимся.
На следующую субботу она снова пришла на танцы.
Когда отыграли несколько вещей и у нас наступила запланированная пауза, Лена подошла к эстраде и заказала после перерыва сыграть чего-нить под "белый танец". Слегка резануло по душе: "Хочет пригласить кого-то, а я, дурак, имел на нее виды". А потом добавила:
Страницы: [ 1 ] [ ] Сайт автора: http://redfoxx.net/redfoxx.net_start.html
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 83%)
|
 |
 |
 |
 |  | Хоть ты и не мог это знать, наши с тобой отношения на самом деле начались за пять дней до того, как я тебя встретил. Но уже тогда я знал, что я предназначен тебе.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Подвигай бедрами, тогда встанет. - услышал я властный голос у себя за спиной и начал ерзать на тете Оле. Ее кожа была гладкой и приятной на ощупь, только соски почему-то были твердыми (я тогда еще не знал почему). Волна возбуждения нахлынула на меня и я почувствовал как мой разбухший член упирается во что-то влажное. Я сделал еще одно движение и вошел в нее и тут же испытал сильнейший оргазм. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наблюдавший, вышел и пошел к ней. Увидев мужа, девушка улыбнулась. Он подошел, скинул с себя одежду, опустился на колени перед ней, стал целовать ее лицо, вдыхать запах ее волос, пахнущие чужим одеколоном. Рука опустилась на лобок, пальцы заскользили по мокрым губкам. Влаги было столько много, что она стекала вниз, между полушариями попки. Он положил ее набок, лег сзади. Ее ягодицы были мокрыми, ее дырочки были обе влажные и скользкие. Она подняла одну ногу, и уперлась в дерево. Он стал водить головкой по ее губкам и попке. Потом приставил член к попке и медленно вошел в нее. От большого количества влаги, он вошел легко и безболезненно. Он стал быстрей и быстрей двигаться в ней, рукой лаская ее губки, проникая пальцами вглубь, чувствуя через перегородку, как двигается его член. Движения были недолгие, возбуждения этого вечера было слишком велико. В последний момент он вытащил член и приставил его к клитору. Горячие сильные струи ударили, заставляя ее застонать. Она напряглась, по ее телу прошла дрожь, и она обмякла, прижавшись спиной к его груди. Он уткнулся в ее волосы, и они лежали несколько минут, наслаждаясь близостью. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Смотрит она мне в глаза - и я смотрю, и глаза у обоих хитрющие и выражение на мордах - протокольнее некуда. И улыбки ползут до ушей, хоть завязочки пришей. А в голове хмель и полное раскрепощение - почему бы, думаю, за коленки её не подержаться? Ну и ладони положил. О! - говорит Наташка - а поцеловать? А мне море по колено - легко, говорю, тем более - давно хотел. Ну и целую - не наглея (муж её таки рядом сидит и с моей женой о чём-то шепчется заговорщицки, змей). - Не - говорит Наташа - так не пойдёт. Даже не обслюнявил. Давай ещё. Внимание - вторая попытка! Ну, все смотрят, естественно, а мне пофиг - типа спорт, показательные выступления, значит можно. Беру её руками и целую как следует - с языком и с удовольствием. И руками совершенно естественно по доступным местам оглаживаю. И как-то вдруг понимаю, что ни фига это не спорт и не театр, а целую я молодую горячую женщину, почти обнажённую, и хочу её совершенно всерьёз. И она не просто так вид делает, а вправду тащится и возбуждена не меньше, да и вообще возбуждение по комнате витает. Третья парочка уже и вовсе под одежду (вернее, то, что её заменяет) забрались, но им-то пофиг, они муж с женой, а нам что? Хочется, блин, и колется - половинки-то наши не где-нибудь, а вот они. Тоже блин целуются, и поди в полутьме разбери, ради хохмы, нам назло или тоже всерьёз. Но тут Наташка не растерялась - она вообще временами вполне брутальна, и чем больше смущается - тем брутальнее. "- Игоряша, вы там как, всерьёз или надолго?" - осведомилась она вроде бы у мужа, но дёргая за край полотенца, пока ещё прикрывающего фигуру моей жены - или вам и без нас хорошо? Муж ответил "Нам по-всякому хорошо" - но она не собиралась на этом останавливаться. - Неэстетично, в полотенца завернулись, в уголок спрятались, никакой эротики! Вылезайте, и чего мы на стульях каких-то кривых, диван есть, подвинутся. "Подвинутся" относилось к уже расположившимся там хозяевам квартиры. Парень был явно не прочь повеселиться, а девушка стеснялась посторонних - хоть и друзья, но как-то трахаться при друг друге у нас заведено не было. - А сама-то чего? Осведомился не менее бойкий на язык муж. - Всё вам покажи да научи - словно дожидаясь этих слов Наташа отогнула край полотенца, открывая грудь. Ух, как мне захотелось немедля за неё схватиться - но куда более реакции её мужа меня занимала реакция моей жены. Однако она игру охотно поддержала - "Наш ответ Керзону" - провозгласила она и выставила под сумеречное освещение обе. Грудь у Наташки, конечно, покрупнее, но форма интереснее у моей Ленки - ровный грушевидный профиль с задорно торчащими сосками. По виду их я понял, что она тоже от возбуждения только что не подпрыгивает и позволил наконец себе расслабиться - переместить-таки застрявшую на махровополотенечной талии ладонь на Наташкино великолепие. Игорь от моего примера отставать и не думал и тоже сграбастал Ленку поближе. Ошалев от этакой наглости Светка перестала упираться, и Санёк тоже перешёл "ближе к телу", а так как раздумывать ему было особо нечего и жену свою он знал, они быстренько нас догнали и перегнали и с их стороны послышались "шум, вздохи и ропот поцелуев", как писал о подобном событии Лермонтов. Я тем временем успел высвободить вторую Наташкину грудь, поцеловать их по разу, впитывая непривычность ощущений, забраться вдоль бёдер к уже не махровополотенечной талии, хотя и с соблюдением последних приличий - не срывая пресловутые покровы полностью. Однако раз сорвав стопор, Светка на полпути не остановилась и обернувшись на её стон я увидел, как она уже вовсю скачет, усевшись на уложенного поперёк дивана Санька. Столь воодушевляющий пример не оставил нас безучастными, я поднялся на ноги и поднял Наташу, стряхивая с неё размотавшееся полотенце. Её кожа показалась мне прохладной, её объятия были жаркими, а ощущаемый ладонями упругоподвижный изгиб места, где спина уже не спина, но и попа ещё не попа, и вовсе помутил разум. Как мы оказались на диване - не помню. Вот просто не помню и всё. Да какая нафиг разница? Наташа лежала передо мной, белая в сером свете фонарей из окна, с высоко вздымающейся грудью, роскошными бёдрами, чёрным треугольничком волос на соответствующем месте. Я замер, не зная, с какой стороны подступиться к этому торту. Но она ждать не собиралась, взяла меня за руки и потянула на себя, прогибаясь назад. Я едва не свалился на неё, лёг, раздвигая её ноги, не замечая ничего рядом с собой - ни скачущую Светку, ни подозрительно (хотя какие подозрения, всё с ними ясно) притихших Игоря с Леной, коротким движением отмахнулся от своего полотенца, удержавшегося до сих пор лишь потому, что ему было за что зацепиться - за столбом стоящий член. Наташка была уже влажная и я вошёл сразу, как только добрался. Она вздрогнула, кажется, только сейчас окончательно сообразив, что происходит, что я не Игорь и всё уже началось, но остановиться не могла ни она, ни я - мы сплелись и задвигались. Одна её рука так и осталась в моей, и вторую руку я тоже захватил, как бы растягивая её под собой, а свободной правой то гладил её грудь, то пробегал вдоль извивающегося бока к бедру и колену. Она начала постанывать, потом стонать в голос, потом вдруг вытянулась ещё больше и обхватила меня ногами. Кажется, не прошло и минуты, как её встряхнуло от первого оргазма. Я несколько подзадержался - вино по-разному действует на мужчин и женщин - и даже начал вновь осознавать действительность. Рядом со мной сквозь рассыпавшиеся волосы торчало плечо Светы, и я не удержался от желания поцеловать и погладить его, но Света мой порыв не поддержала, похоже, её стеснительность вновь вернулась. С другой стороны молча, закрыв глаза, лежала моя Ленка. Игорь брал её сзади, уложив грудью на диван. От факта что вот так незатейливо трахают мою жену я почувствовал новый прилив возбуждения и немедленно кончил, прижимая к себе Наташу и уткнувшись носом в её пряно пахнущую свежим потом подмышку. Мы ещё несколько раз поцеловались, вкусно и с удовольствием, но уже без огня - ведь любви между нами не было, а страсть гаснет так же внезапно и быстро, как и загорается. |  |  |
| |
|