Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 06/06/2024
Прочитано раз: 83049 (за неделю: 32)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Привычным движением Сонечка придержала кончиками пальцев подрагивающий от нетерпения член и "наделась" на него, словно мягкая, теплая перчатка на руку, а ее половые губы расплылись "в поцелуе" у его основания. Словно устраиваясь поудобнее, она для начала подвигала упругими ягодицами из стороны в сторону и вдруг принялась вытворять такое, что бедняжка заойкал. Он почти тотчас же сфонтанировал в нее, но не сдался. Его несгибаемый солдат, устоял после первого натиска и довольно долго сдерживал второй залп. Стиснув бока своей повелительницы, Олежка вошел во вкус, и его прелестная наездница, едва удерживалась на двигающемся суку юного мужчины. В этой безумной скачке не за страх, а за совесть, вернее за удовольствие, Олежка явно опережал свою партнершу и, когда он содрогнулся в повторном оргазме, она не выдержала, возмутилась и, извиваясь всем телом, потребовала:..."

Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ]

     Фифи в его губы впилась со стоном, ножки несравненные в стороны, рубашку только задрать и вперед! Она же голову вдруг к стеночке повернула, дернулась всем телом и вскрикнула. Ойкнула во весь голос.
     Олежку аж столбняк хватил. Он с безмерным удивлением отстранился, чтобы на такое чудо со стороны взглянуть. И эта - целочка! Это с ее ногами из под шеи, смазливой мордашкой и данными выше среднего!
     А новообращенная тянет его за плечи к себе, вся в слезах. Целуется и плачет. Олежка вконец голову потерял и задыхаясь от спешки скоро кончил.
     Ох и миловалась она. Вся светится и торопливо говорит, говорит. Словно их растащат сейчас в разные стороны и навеки. С Олежкой такое тоже впервые, чтобы совсем без сил с одного раза и так быстро. А ласонька его целует, прижалась вся. Он скоро снова захотел и уж отказа ни в чем не было:

     Было бы дурным тоном описывать как ЕГО Фифи лепетала слова любви и страсти мешая русские и английские слова потому что: Потому, что продолжения этой истории я так тогда и не узнал. А почему уже не помню. Досочинить было бы нетрудно, но не совсем честно.

Татьянин день

     Танечка. Танечка. Про нее не скажешь Татьяночка. Уже другой размер. неизмеримо больший. Губы ее с привкусом ароматного мороженого, были сладкими в уголках и с готовностью раскрывались навстречу его губам, когда он собирался их целовать. Точнее они были всегда чуть полуоткрыты, словно горели тихим желанием. И он целовал их часто и долго, наслаждаясь детской свежестью и открытостью поцелуя. Он делал это неторопливо и властно, заключив ее в свои объятия. Она знала, что сегодня был его день. Она знала, что сегодня пойдет за ним следом и поцелует его стоя на эскалаторе и как всегда в полутемной прихожей... И потом в его комнате. И никого не будет дома...
     Так и случилось. Он помог снять куртку и повесил на вешалку. Стоял рядом, наблюдая, как она поправляет волосы, что было на него совсем не похоже.
     Потом, голенькая она ощутила какие у него сегодня сухие и горячие руки стискивающие ее плечи. И эти торопливые, извиняющиеся поцелуи. Пока он ходил на кухню, разогревать чай, она постелила на раскрытый диван простынку и положила подушку. А потом, решившись, она быстро стащила джинсы, стянула через голову толстую кофту и уже по одеялом сняла трусики. И вдруг ей стало холодно, холодно... Ледяная постель вызывала дрожь в ее худеньком теле. Дрожь, которую никак нельзя было унять. Она ждала его появления и боялась, что у нее от холода застучат зубы. С подносом в руках он, по хозяйски, вошел в комнату и улыбнулся.
     Улыбка была по детски теплая и совсем домашняя. Так улыбался ее младший брат, принося в подарок конфетку. Танечка разом забыла, что ей холодно и улыбнулась в ответ. Неожиданно захотелось закинуть руки за голову потянуться ощущая прохладу свежей простыни и приятные объятия пухового одеяла. Она не колеблясь сделала то, что ей сейчас так хотелось и даже зажмурилась от удовольствия. Маленькие обаятельные чебурашки с готовностью выскочили из под одеяла приветствуя скучный мир задорно торчащими сосочками.
     Это было уже чересчур. Для него.
      Олежка брякнул поднос на стол и стал срывать с себя одежду. Она не раз видела его обнаженным. Вернее почти обнаженным. Они вместе загорали летом. Ходили в бассейн. Но чтобы так, без плавок. Он снял их почти демонстративно, медленно стягивая их до колен и не спеша положил на стул поверх ее одежды.
     Оленька видела на ковре его брюки и рубашку, майку под столом, но белые плавки поверх ее пушистого свитера выглядели более чем агрессивно. Она с фотографической четкостью отметила, всю комнату с полузакрытыми шторами и письменным столом у окна, Олежку приближающегося к ее постели, но видела его как в кино, только до пояса. Она никак не могла заставить себя посмотреть на него ниже. Казалось, что он идет к постели невыносимо медленно, крадется к ней зловеще ухмыляясь. И прежде чем он добрался до нее, пришла четкая и совестливая мысль - она переоценила себя. Вляпалась, как дура, и теперь все...
     Сделав над собой невероятное усилие она широким жестом отбросила в сторону одеяло и ей сделалось так противно!
     Боже мой!
     Он навалился такой тяжелый, отвратительно грубый, сжал горячими руками ее содрогающиеся плечи и стал готовить ее протестующее тело к чему то нехорошему и постыдному. Окаменев от нахлынувшего ужаса и отвращения, Танечка не противилась, когда он раздвинул ее ноги и сунул руку ТУДА! Она была не в силах оказать даже незначительное сопротивление. Она даже хотела помочь ему, и пусть все это скорее кончится.
     Казалось еще чуть- чуть:
     Но его старания ни к чему не приводили. У него ничего не получалось. Не помогли поспешные ласки, беглые поцелуи, которые он обрушил на ее острые ключицы и маленькие груди, очутившиеся около его лица. То, что еще вчера вызывало у нее сладкое ощущение полета, теперь сделалось противным и ненужным.
     Молодой любовник не хотел отступить, а она была бессильна пройти свою часть пути ему навстречу. Послушно выполняя его просьбы, она согнула непослушные ноги в коленях и обняла его горячую спину руками, но после этого испытала такую боль, что даже он понял, что пора отказаться от дальнейших попыток.
     Устроившись рядом, они дышали как после длительного бега, думая каждый о своем. Она лежала к нему спиной, гладила обнимающую ее руку, и невидимые ему слезинки скатывались на подушку.
     Она уступила ему еще раз, когда Олежка рывком поставил ее на четвереньки и прижался сзади к маленьким твердым ягодицам. Но стоило ему повторить попытку вторжения сзади, как она впервые воспротивилась.
     - Нет, не надо, не надо, не надо... - плача повторяла измученная девочка, хлюпая носом.
      Чай почти остыл.
     Завернувшись в одеяло она сгорбившись сидела на столе напротив него с чашкой в руке. Она ничего не хотела. Даже бежать.
     Он гладил ее холодную коленку, смотрел в ее лицо и сквозь нее. И позднее, он никогда не делал своим девочкам плохо. Больно, да. А плохо... Мысль о насилии была настолько мерзостна, что вызывала почти физическое ощущение липкой грязи на руках. Конечно, в подобных ситуациях его девочки всегда останавливались у определенного, предела. В силу своего воспитания и возможностей юного тела, они шли навстречу его желанию, но каждая останавливалась у своей черты, за которую без его помощи не перейти. Одна дальше, другая ближе подходили к этой черте, отделяющей девушку от женщины.
     Часто он чувствовал себя контрабандистом, ведущим непорочное создание за границу целомудрия. Многие из его девочек уже пробовали перебежать туда и насладиться сладостью порока. Одни сами пытались заглянуть в эту манящую страну закрываясь в ванных и давая волю своим блудливым ручкам в тепле утренних кроваток. Горячий душ будил тайные желания в их юных телах, а сентиментальные романы кружили ветреные головки. Другие томились ожиданием неведомого, но ни одна из его подружек не отказалась бы от этих попыток даже под страхом вселенского разоблачения. Олежка каждый раз ощущал их робость перед этой черной чертой и всегда чувствовал что он должен делать. Он быстро приобрел редкое знание того, что надо делать и как.
     Одних он переводил за ручку, других надобно было подтолкнуть, а третьих перенести на руках. Со временем, его сильное тело служило прекрасным инструментом для акта называемого медициной дефлорация, а поиск девственниц стал для него своеобразной охотничьей забавой. Только много раньше к нему пришло понимание того, что преграда лежит не между малыми половыми губами, а в красивой юной головке. Преграда эта создается годами и значит разрушить ее в один миг невозможно.
     В принципе ничего не стоит сломать этот замок, но за дверью в таинственный сад окажется скучная комнатенка, которая может очень скоро превратиться в забегаловку.
     А пока Олежка думал совсем о другом. Он хотел. Он менее всего был склонен философствовать в эти минуты.
     Чай был выпит. Танечка по прежнему сидела на краю стола закутавшись в одеяло, из-под которого торчали, острые коленки. Пытаясь поставить чашку, она протянула руку, и край одеяла скользнул с ее плеча, обнажив его и еще маленькую упругую грудь с забавным сосочком, и узкий треугольник темных волос лобка, оказавшийся перед его лицом. Ее тонкая рука быстро ухватила край ускользающего одеяла и стыдливо вернула его на место. Танечка считала, что все уже кончилось и пора домой к недоделанным урокам на завтра. Она успокоилась, ни о чем не сожалела и раздумывала, как встать и одеться. Конечно, лучше бы он пока вышел, не тащиться же с этим одеялом в ванную.
     Она чувствовала себя неловко и стыдилась снова заводить разговор на эту тему. Когда он встал и погладил ее по затылку, она облегченно вздохнула, и решила, что Олежке эти ласки несколько скрасят впечатление от неудачной попытки. Ее даже рассмешило мохнатое полотенце неизвестно откуда появившееся у него на бедрах. Она не отстранилась и даже позволила ему стать между колен, чтобы она поцеловала его пару разиков. Проклятое одеяло все время сползало и она, занятая борьбой с ним не заметила, когда его руки пробрались под это непослушное одеяло и принялись гладить ее спину. Он и не целовал ее почти. Самое обалденное заключалось в том, что его губы, чуть касаясь краснеющего ушка вдруг стали шептать невероятные, неведомые ранее слова, слова любви. Конечно, каждое слово само по себе было знакомо и обыденно, но вместе они вдруг составили диковинный любовный узор превращающийся в ажурную паутину. Мальчишка, пустил в ход свое последнее и пожалуй самое сильное оружие.

Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ]

Оцените этот рассказ:

Читать также в данной категории:

» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 48%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)



Случайный рассказ
		Он вышел. А я ошеломленная происходящим медленно начала раздеваться. У меня было странное предчувствие - я понимала, что то, что я сейчас делаю это не правильно, но остановиться я уже не могла. Сделав глубокий вдох, я открыла дверь и вошла. Ничего особенного, обычная парилка, только большая, а посередине круглы подиум, покрытый кафелем, на нём лежит обещанная простыня. Я успокоилась, и растянувшись на тёплом кафеле стала наслаждаться. Через какое-то время я погрузилась в сладкое забытье. Сквозь дремоту я услышала, что кто-то вошёл, но отрыть глаза, просто не было сил. И вдруг я почувствовала, что чьи-то умелые руки меня моют, это было настолько приятно, что я продолжала лежать, погружаясь в состояние транса. Как это приятно когда всё тело покрыто благоухающей теплой пеной, чьи-то нежные, но настойчивые руки тебя моют: стопы, пальчики на ногах, ноги, бедра, ягодицы, спину...! Состояние близкое к оргазму! Чей-то голос, говорит, что я должна перевернуться на спину, и я делаю это.
[ Читать » ]



Выбор читателей
		Удивительно, но мне повезло на РЖД сходу. Этой девушкой оказалась симпатичная 16-летняя брюнетка по имени Оля, невысокого роста и с достаточно сексуальным телом. У неё куча фотографий на странице, на которые я, естественно, божественно подрочил. Мне очень понравилась её фотография, на которой она была в синем платье и чёрных колготках, так же мне понравилась фотография, где она была в короткой мини-юбке и тех же чёрных колготках. У этой девушки было в альбоме куча фотографий, где можно было подрочить на её обворожительнейшие голые ножки, сексуальные пяточки и пальчики. Как я рад, что кто-то придумал море и там девушки стали раздеваться и фотографироваться, затем выкладывать эти фото на свои страницы в соц. Сетях, после чего научились брать на понт наивных мальчиков и ставить их на деньги.
[ Читать » ]



Рассказ часа
		- Сейчас, так сейчас, - ответила я, продвигая руку к его ширинке, под которой уже образовался холм и достаточно внушительный. Ф. расстегнув еще одну пуговицу на моей блузке, запустил руку в образовавшийся вырез. Прихватив большим и указательным пальцем мой отвердевший сосок начал мять мою левую грудь. Я же справившись с "молнией" на ширинке и брючным ремнем, освободила из плена его трусов похожий на удлиненную сардельку полувозбужденный член. Мне едва хватило пальцев, чтобы обхватить его. Ф. откинувшись на спинку стула и оставив мою грудь в покое, из-под полуприкрытых век наблюдал как я подрачиваю его вставший, пульсирующий от притоков крови член. Взяв меня за руку, он потянул меня к себе, как бы приглашая, чтобы я сама насадилась на его член, который от моих поглаживаний и подрачиваний, стал как каменный, длина члена была как минимум сантиметров 15-17. Встав со стула, подняв юбку, я сама сняла свои трусики и положила их на стол преподавателя. Ф. сидя на стуле с торчащим из расстегнутых штанов членом с легкой улыбкой смотрел на меня; как я в задранной до пояса юбке насаживаюсь на его член. Такой толстый мне попадался лишь однажды, и сейчас помня о том, что моя щелочка должна привыкнуть к его размерам, садилась на него медленно и осторожно. И хотя смазки у меня было достаточно, в меня он входил настолько туго, что мне пришлось насколько возможно шире раздвинуть ножки и чувствовала каждый сантиметр его каменной плоти переплетенной венами сосудов входящей в меня. Сев на него полностью и уперевшись своими руками в плечи Ф. начала свою "скачку" на его члене сначала медленно, но по мере того как моя щелочка растягивалась под размеры его члена, все быстрее и быстрее. Ф. взяв в свои руки мою выпавшую из расстегнутой блузки грудь, мял её. Позже когда темп мой скачки усилился, Ф. захватив сосок моей левой груди зубами, стал его покусывать, не забывая при этом мять мою правую грудь. К тому времени мое влагалище растянулось под размеры члена Ф. и я могла без неприятных ощущений для себя насадившись полностью на его член тереться своим возбужденным клитором о волосы на его лобке. Ф. руками взяв меня за попку, стал задавать темп движения по его члену. Кончила я первой, обмякнув на нем, мышцы моёго разгоряченного влагалища еще подрагивали от моего оргазма, Ф. это конечно же не устраивало, сняв меня со своего члена он положил меня лицом на стол и взяв меня за бедра стал трахать сзади, в мою растянутую щелочку, все убыстряя темп. Мне же оставалось, вцепившись в край стола терпеть его натиск, когда он с силой всаживал свой член в меня, а его яйца шлепали по моим растянутым половым губам. Ф. тоже не выдержал долго, и минуты через 2-3, засадив мне что называется "под самый корень", стал кончать. Ощущение было такое, что в меня вставили водопроводный шланг и включили напор воды. Кончив, он вытащил свой член из меня, член вышел с легким чавкающим звуком. Обессиленная я лежала на столе, лицом вниз наслаждаясь покоем, и тем чувством, которое дарит сквознячок, охлаждающий мою разработанную дырочку. Выпрямившись, я почувствовала, как из моей щелочки потекла сперма вперемешку с моими выделениями, взяв со стола трусики, я надела их. Но это мало помогло, так как тонкая ткань трусиков сразу же намокла. Пока я приводила себя в порядок, Ф. заполнил мою зачетку, проставив положительную оценку за экзамен. Взяв зачетку, я вышла из аудитории чувствуя, что при каждом шаге из меня продолжает течь сперма от чего трусики промокли насквозь. Выйдя на институтское крыльцо и закурив, я подумала, неважно как, но экзамен я сдала, и значит, я все еще студентка но уже следующего курса, выбросив окурок я пошла в общагу - отсыпаться.
[ Читать » ]



Выбор редакции
		Затем мне стало этого мало и я писала в трусики во дворе во время гуляния - просто отходила в укромное местечко и, не снимая трусов, присаживалась и писала. Конечно, ни-кто из моих подруг и не догадывался, что, вернувшись из кустиков, я была в мокрых трусах (а летние каникулы еще продолжались и я гуляла в платьицах или в сарафанчиках).
[ Читать » ]