|
|
 |
Рассказ №0849 (страница 8)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 28/05/2026
Прочитано раз: 177023 (за неделю: 34)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Светка, заворожено глядя на меня, стаскивала с себя нижнее белье. Я сжалилась над ней и сама стащила с нее замшевую юбку, чтобы не испортить тем, чем я намеревалась наградить ее во время пиршества. Теперь мы обе были босыми, и ничто не стесняло нас...."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 8 ] [ ] [ ]
- Прикажи ему полизать тебя, - подсказала я подруге чуть слышно, за-метив некоторое ее замешательство. - Очень приятное чувство, когда совмеща-ешь с едой.
- Раб, марш на свое место! - указала Светка пальчиком на место у своих ног. - Поласкай мою киску! Она сгорает от тоски по ласкам. - Светка довольно быстро усваивала мои уроки. Голос был звонким и выразительным, с коман-дирскими интонациями. Я могла гордиться своими воспитательными способно-стями.
Раб неслышно скользнул под стол и стал медленно, с чувством лизать ей ноги от пальчиков вверх. Я могла все отлично видеть. Впервые я по достоинст-ву оценила заграничную штучку - стол с прозрачной столешницей. Для того, полагаю, и придумали буржуины такую прелесть, чтобы за рабами наблюдать. В общем, оргия продолжалась. Светка млела от удовольствия. Она сладостра-стно постанывала, а, по временам, даже тихо взвизгивала и, чтобы вдруг не взорваться, временами быстро сдвигала колени, так что бедному рабу не всегда удавалось вовремя убрать голову. Некоторое время Светка, зажмурившись, си-дела с плотно сдвинутыми коленями, а потом выпивала бокал шампанского и, блаженно улыбаясь обрушившемуся на нее счастью, медленно вновь их раздви-гала, давая возможность рабу снова и снова ублажать свою Госпожу.
- Я в туалет хочу, - сказала она громко, уже вовсе не стесняясь присут-ствия мужчины. Конечно, в потере стыдливости не обошлось без помощи из-рядного количества выпитого спиртного, но и сознание своей недосягаемой вы-соты кое-что значило, ведь не стесняемся же мы кошку.
Я улыбнулась ей и сказала тоже громко, как можно обыденней, будто просила передать солонку:
- Не стесняйся, делай прямо на него. Это называется "золотой дождь". Выбери момент, когда он поглубже утопит язык, тут и пусти струю ему в рот. Что не выпьет, вымоет сразу, а то смотри, заставь вылизывать. Куда он денет-ся? Еще тебя же и благодарить будет. Этим ты его окончательно поработишь. Ты же хочешь, чтобы он был твоим, а не искал себе какую-то девку на стороне? Ну, представь, что такой парень достанется другой. И в квартире убирает, и стирает, и еду готовит, и удовлетворяет всяческие изыски. - Последнее я про-говорила с особо выразительной интонацией.
- И ты сама по хозяйству ничего не делаешь?..
- У меня же есть: то есть, был раб.
- А что делаешь ты?
- Я наслаждаюсь жизнью. Пока молода и красива, нужно пользоваться благами жизни. Ну, решайся скорее! Страсть как хочется посмотреть! Я вся - нетерпение.
Светка что-то там соображала, нахмуривая и потирая кулачком лоб, но вдруг успокоилась, понятно, - приняла решение. Она еще шире раздвинула ко-лени, чуть подобрала под себя ноги, и, не дожидаясь, пока раб утопит в нее свой язык, сама обеими руками, схватив за волосы, прижала его голову к своей промежности.
"Вот сейчас:", - подумала я и удвоила внимание. Рука моя невольно потянулась к груди, и пальцы машинально стали подергивать сосок. И вдруг это случилось. Светка с глубоким вздохом томно потянулась и, расслабившись, освободила долго сдерживаемую янтарную струю, устремившуюся прямо в рот раба. Он, будто только этого и ждал, стал жадно пить. При этом он тоже засто-нал и забился в конвульсиях. Его плавки сильно намокли, капли спермы впере-межку со Светкиным янтарем закапали на пол, но он ничего не видел и не за-мечал. В экстазе Светка судорожно то удаляла, то привлекала его лицо на-встречу потоку.
Мне пришлось сесть на спинку стула, чтобы не быть обрызганной. От-туда я хорошо видела, а еще больше чувствовала, как между Госпожой и рабом возникло нерушимое единение, будто не жидкая струя протянулась между ни-ми, а стальной трос. Иссякнув, Светка всем телом вздрогнула, отпуская послед-ние капли драгоценной влаги, и в блаженной истоме откинулась на спинку сту-ла. Бедрами она нежно обхватила голову раба, а он все продолжал лизать у нее между ног. Я невольно позавидовала, но мое время настоящего развлечения еще не наступило. Все это было лишь прелюдией.
Я подождала, когда поутихнут их страсти, и, когда они оба пришли в се-бя, а Светка дрожащей рукой налила и с жадностью выпила очередной бокал шампанского, я медовым голосом проворковала:
- Правда, здорово?
- О! - только и смогла пролепетать изрядно захмелевшая подруга, по-стигающая азы рабовладения.
- А ведь мне тоже хочется, - вкрадчиво продолжала я. Светка отставила пустой бокал и воззрилась на меня, будучи не в состоянии вникнуть в смысл моих слов.
- Но ты ведь отдала его мне?
- Правильно, только не отдала, а продала, но ты пока не расплатилась.
- Сколько же мне тебе заплатить? Ты, вроде, в хорошем достатке?..
- Давай иначе сформулируем твой вопрос: не сколько, а чем? На этот вопрос я тебе с удовольствием отвечу. - Елея в моем голосе было сверх нормы.
- Ну, чем? - кисло повторила за мной Светка.
- Совсем другое дело! - подхватила я с энтузиазмом. - Меня радует твоя готовность отдавать долги.
Если хочешь победить, нужно действовать напористо, когда против-ник расслаблен (это было достигнуто только что с помощью "золотого дождя"), нужно заставить противника говорить слова, на которых его можно легко пой-мать. Так и в данном случае - Светка сама выразила готовность расплатиться за нечто очень для нее дорогое, и мне оставалось только разрешить ей это сделать.
- О, не беспокойся, это не будет тебе стоить ровным счетом ничего! - я, конечно, - змеюка, я знала, что Светка живет на очень скромную зарплату. Го-воря все это медленно, с расстановкой, как бы вдумчиво, я встала со стула и медленно двинулась в сторону кровати.
- Подойди ко мне! - решительно потребовала я, неожиданно обернув-шись к ней.
Светка со скучным выражением лица, - а ведь только что оно выражало невыразимое блаженство и негу, - двинулась ко мне. Виктор вылез из-под сто-ла и встал на коленях позади Светки, стоящей прямо передо мной и переми-нающейся с ноги на ногу. Я выдержала нужную паузу и, как бы, между прочим, сказала, глядя ей прямо в глаза:
- Встань на колени!
- Ты что, Ольга, перепила, что ли?
- Ты сама встанешь, или тебя принудить силой? - не обращая внимания на ее грубости, продолжала я. Моим стальным нотам в голосе мог бы позавидо-вать фельдфебель. Ольга затравлено оглянулась на Виктора.
- Госпожа, следует выполнить повеление Ее Величества! - просительно, но с настойчивостью произнес проданный раб.
- Какое величество? Да вы оба рехнулись на почве секса! - ручаюсь, Светка еще никогда не испытывала такого потрясения. Никак не могла она ожидать от меня такого коварства.
- Но меня уже понесло. Я буквально балдела от вида растерянности и неумелого, робкого протеста попавшей в капкан птички.
Лучший кайф, оказывается, ловишь именно тогда, когда приходится самой подчинять чужую волю своей, а не позволять милостиво ей, этой чужой воле подчиниться, как в случае с Виктором. Я подала условный знак Виктору, а сама потянулась к подушке и вытащила из-под нее вторую плетку, маленькую.
В этот момент появился Виктор с фотоаппаратом-"мыльницей" и сно-ва бесшумно опустился на колени чуть позади Светки, которая ничего не заме-тила, так как все время широко распахнутыми глазами наблюдала за моими действиями, пытаясь уяснить себе их смысл.
- На колени! - грозно вскричала я и для убедительности хлестнула Светку по плечу.
- Мамочки! - взвизгнула совсем потерявшаяся Светка и рухнула к моим ногам, прижимая обе ладони к открытому и перекошенному рту. В глазах был неподдельный ужас. - Не бейте! Я не могу! Олечка, что же это такое, Боже мой! - истерично вопила она.
- Молчать! - вновь злобно заорала я и влепила ей свободной рукой по-щечину, чтобы прекратить истерику.
- Ап! - громко всхлипнула девушка и замолчала, затравлено глядя на меня.
- Вот и умничка! - ласково похвалила я и медленно повела концом плетки по ее лицу. Она не посмела даже отдернуть голову и только со страхом, скосив глаза, отслеживала движения плетки.
- Не бойся, с тобой ничего плохого не случится, - продолжала я успо-каивать ее, проводя плетью по другой щеке, - если, конечно, ты будешь паинь-кой и во всем будешь меня слушаться. Это только игра, расслабься и постарай-ся извлечь из нее для себя максимальное удовольствие, как это делаю я. - Я специально подчеркнула тот факт, что она не одинока, что мы партнеры по иг-ре, только роли у нас разные, о чем она, вероятно, и сама уже догадалась. Я вы-держала паузу, давая время свыкнуться с неизбежностью ее участия в моей иг-ре, а затем продолжила объяснение правил.
- Мы с тобой - обе Госпожи, понимаешь? - терпеливо втолковывала я ей, как маленькому ребенку, только ты - Госпожа Виктора, а я - твоя Госпожа. Ты - моя рабыня и должна говорить мне "Вы", прибавляя всякий раз к ответу на мои вопросы обращение "Госпожа". Ты все поняла?! - повысила я голос и на всякий случай подняла над ее головой плетку.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 8 ] [ ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 73%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 73%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 85%)
|
 |
 |
 |
 |
 |  | Ты стала принимать наркотики, как ты могла так предать меня, нашу любовь. Мне хочется тебя ненавидеть, мне хочется уйти, забыть тебя, твои нежные поцелуи, твои ласковые руки, твои страстные признания в любви. Но как это не ужасно, но ты нужна мне, я буду сидеть очень тихо, не буду лезть в твою жизнь, чтобы в итоге все таки уйти! Я достала тебя своим слезами и умолениями бросить и вернуться в семью, ты даже перестала со мной здороваться, ты игнорируешь мои смс-ки, я растворилась, ты пишешь что вместо меня тебе нужна доза, тебе больше не нужна любовь, моя ласка. Я бегаю за тобой, потому что где-то в глубине души верю в твои силы, что ты сможешь бросить, что будто оттаешь и вернешься, я приму тебя такой какая ты станешь, я смирюсь с тем ужасом который поселился в моем сердце, тебя так никто больше любить не будет, так как люблю тебя я, это чувство настолько огромное, что я согласна ради тебя прыгнуть в любую пропасть, умереть рядом с тобой, а тебе уже все равно, ты уже не та что была раньше, ты агрессивная, тебе уже плевать на меня останусь ли я с тобой, или нет. Каждый раз в состоянии гнева я снимаю кольцо (ты помнишь то самое кольцо которое ты подарила мне на нашу свадьбу), а потом одеваю, мне больно тело уже не слушается меня, разбила телефон, ведь теперь мне он не нужен, кому мне звонить, я одинока, не нужна. Я не хочу уходить, я не хочу новых отношений, где-то же есть мое счастье, ведь надежда умирает последней. Ты перестала понимать слова, ты работаешь на одни инстинкты, а мне не с кем даже поговорить. Я чувствую как потихоньку схожу с ума, делаю странные вещи, но никак никак не могу забыть жену - наркоманку. Просто уйти....просто сбежать....я так больше не могу.... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Сергей вынес жену из воды, осторожно положил на плед и встав на колени, и согнув ее ноги в коленях и разведя бедра, припал губами к ее бутону. Мягко и нежно он начал целовать ее губки, языком лизать клитор и проникать языком в Ольгино влагалище. Ольга вновь ожила, стала понемногу двигаться, уперевшись ступнями, стала подавать себя навстречу языку и губам мужа, она раскраснелась, застонала и выгибала спину от нахлынувшего на нее желания снова ощутить мужскую силу напряженного, стоящего Сережиного члена в себе. Поворачивая голову, она уже в сумеречном лесу, примерно в 6-7 метрах от себя вдруг увидела юношу на вид лет восемнадцати. Он стоял спрятавшись за толстым стволом дерева и смотрел ей прямо в глаза: Кровь ударила ей в голову, но почему то ей не было стыдно, наоборот, необычность ситуации еще больше распалила ее!"Пусть смотрит" пронеслось в голове. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Но вот она выпустила мой член из руки, вобрала его в рот до самого основания и застонала. Такого ощущения я вынести не мог - судорога оргазма охватила все тело, я тоже застонал, мы кончали одновременно, наши тела содрогались, постепенно затихая и расслабляясь. Наконец она выпустила член изо рта, нежно взяла его в руку и, полностью расслабившись, замерла. Я лизал ее мокрую вульву все мягче, нежнее, потом, оторвавшись от нее, нежно гладил руками ее ягодицы. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Светик замирает ненадолго, убегает и возвращается с короткой никелированной цепью, непонятно откуда взявшейся. Оборачивает ее вокруг шеи Теты, запирает на маленький замочек - конец цепи с кольцом свисает на грудь. Взявшись за кольцо, при желании, очень удобно притягивать, ставить на колени, вести за собой. Облик Теты приобретает законченность. Она еще не понимает, что Светик только угадала ее образ, образ игрушки, с которой можно все, что захочется. Что, на самом деле, эти ошметки белья и цепь на шее она носила всегда. И что именно это почувствовал Хозяин, когда взял ее на воспитание и попытался выбить из нее Танькину дурацкую, навязанную жизнью, приблатненность и глупость, сделать ее настоящей. Потому, что, роль игрушки, принятая и пережитая сознательно и добровольно, уходит, сменяется другим заданием и другой ролью. |  |  |
| |
|