|
|
 |
Рассказ №22074
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 24/11/2019
Прочитано раз: 18483 (за неделю: 67)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "В этот день никто не работал. Готовилась к нему и аббатиса Эмили вместе с послушницей Валерией. Утром она разбудила аббатису намного раньше обычного. Та еще сладко спала в своей келье, как всегда обнаженная, разметавшись по постели. Тонкое одеяло сползло, и в лучах весеннего солнца Валерия ясно различила большие налитые груди, темный треугольник волос внизу живота, покрытый кудрявыми волосами, и аккуратный разрез губ, из которых торчал красноватый стерженек клитора. Какая она красивая, подумала Валерия, не то, что я. Она принесла большой таз, полный теплой воды, и поставила его на каменный пол. Таз гулко звякнул, и аббатиса проснулась, потянулась и открыла прелестные синие глаза, полные утренней неги...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Писатель припомнил свой последний разговор с редактором и усмехнулся. Редактор сказал примерно следующее:
- Ваши рассказы хороши, бесспорно, мы их печатаем регулярно, но, согласитесь, все эти графини, пажи, князья и гвардейцы: словом, напишите что-нибудь остренькое, с перчиком. Понимаете?
Писатель, конечно, понимал, долго думал и, наконец, измыслил следующий литературный ход:
В мой кабинет вошел секретарь:
- Вчера разбирали архив одного из монастырей и нашли один любопытный документ. Вот он.
Секретарь положил на стол толстый бумажный свиток и, неслышно ступая, удалился, а я поднес свиток к глазам и вооружился лупой. Свиток был перевязан серой бечевкой, а она в свою очередь прихвачена большой красной восковой печатью, на которой можно было различить надпись: "Цезура. Запрещено".
- Интересно, - пробормотал я и аккуратно освободил свиток от бечевки, не повредив печати. Свиток развернулся сам собой, и историк прочитал заголовок: "День изгнания бесов, или воспоминания аббатисы Эмилии и аббата Эдгара, записанные с их слов". Я усмехнулся:
- Как же эти средневековые писатели были, порой, витиеваты!
И углубился в чтение:
Наконец наступил день изгнания бесов. Все жители: и богатые, и бедные, и миряне, и пастыри готовились к нему - тщательно мылись, надевали лучшие одежды и ожидали полуденного звона, который начинал большой колокол на ратуше. Его звон подхватывали колокола близлежащих церквей и монастырей, и он катился над землей вплоть до границ кантона.
В этот день никто не работал. Готовилась к нему и аббатиса Эмили вместе с послушницей Валерией. Утром она разбудила аббатису намного раньше обычного. Та еще сладко спала в своей келье, как всегда обнаженная, разметавшись по постели. Тонкое одеяло сползло, и в лучах весеннего солнца Валерия ясно различила большие налитые груди, темный треугольник волос внизу живота, покрытый кудрявыми волосами, и аккуратный разрез губ, из которых торчал красноватый стерженек клитора. Какая она красивая, подумала Валерия, не то, что я. Она принесла большой таз, полный теплой воды, и поставила его на каменный пол. Таз гулко звякнул, и аббатиса проснулась, потянулась и открыла прелестные синие глаза, полные утренней неги.
- Как погода, Валерия?
- Великолепна, матушка. Светит солнце, дует легкий ветерок, поют птички.
- Ах, да! Сегодня праздник, и я приглашена к аббату Эдгару. Ты поедешь со мной. Давай мыться. Ты приготовила бритву и мыло, как я просила вчера?
- Конечно, матушка. Но я не понимаю, зачем:
- И не нужно. Кто сегодня на воротах?
- Сестра Кларисса.
- Хорошо. Она знает, что делать.
Валерия подала Эмили руку, и та легко поднялась с постели, и обнаженная, шагнула в таз прелестной маленькой ножкой. Встала, широко расставила ноги и приказала:
- Теперь ты должна выбрить все волосы на теле, вымыть меня, а потом я проделаю то же с тобой. Только не задавай вопросов. Приступай!
Валерия намылила подмышки Эмили, волосатый лобок, маленькие губки и осторожно выбрила все острой бритвой, затем ополоснула аббатису водой и застыла в восхищении.
- Матушка! Да Вы - просто девочка! Я готова брить Вас каждый день!
- Спасибо тебе, добрая душа! Но чтобы у девочки были такие груди, как у меня, что-то сомневаюсь!
Она счастливо рассмеялась:
- Теперь ты! Залезай в таз!
Она тщательно выбрила и вымыла Валерию и тоже порадовалась тому, как та выглядела, хотя и была прямой противоположностью аббатисе. Маленькая аккуратная грудь, торчащая вперед, выпуклый девичий лобок, гладкие бедра и подтянутый зад были настолько прелестны, что Эмили обняла Валерию и почувствовала острое желание.
- Матушка, а зачем мы брили волосы?
- Бесы, дочь моя цепляются за волосы и висят там, и внушают нам греховные желания. А теперь их стало меньше! Понятно?
- Понятно, матушка.
- Раз понятно, то давай приляжем и поласкаем друг друга. Так, как я учила тебя недавно.
Они возлегли на ложе, и страсть поглотила их на время. Они, как безумные, лизали друг у друга прелестные выпуклости, не пропуская ни одной складки, гладили, мяли, тискали, и вскоре затряслись в обоюдном оргазме.
- Чувствуешь, как из нас выходят бесы? - вскричала аббатиса.
- Да, матушка! Да! Это восторг освобождения!
Немного отдышавшись, аббатиса сказала:
- Погоди радоваться. Есть еще места, где поселились бесы. Но, думаю, аббат Эдгар нас освободит нас окончательно. Поехали к нему!
Они быстро одели новые рясы, и выйдя из кельи, быстро пошли к воротам, где их ждала большая монастырская карета. На козлах сидела некрасивая смуглая монахиня с длинным, как у цапли, носом. То была сестра Ксения, гречанка по происхождению. Карета была просто огромной, там могли свободно поместиться человек восемь, и Эмили и Валерия просто могли лечь на сидения. Да так и вышло, потому что Ксения стеганула лошадей кнутом, и они приняли с места в карьер. Монахини с хохотом повалились друг на друга и снова почувствовали взаимное желание. Правда, ласкали друг друга не так долго, потому что карета на мгновение остановилась, потом качнулась на мягких рессорах и покатилась дальше, но по обочине, поминутно подпрыгивая на неровностях. Аббатиса заподозрила неладное и приказала Ксении остановиться. "Сейчас, матушка! - отозвалась Ксения. - Подъезжаем уже!".
Карета остановилась, и вышедшие монахини увидели восхитительную картину. Ксения по-прежнему держала вожжи в руках, но восседала не на козлах, а, задрав рясу, сидела на крепком мужчине, который пронзал ее снизу, спустив панталоны. Они тут же задергались в экстазе, и Ксения медленно спустилась с козел, оправляя рясу.
- Мы тоже бесов выгоняем, матушка, - пояснила она. - Это мой родственник.
- Надеюсь, не слишком близкий? - ответила аббатиса и, схватив послушницу под руку, устремилась к воротам.
Из кустов вылез "родственник" и взгромоздился на Ксению, повалив ту на траву. Но Эмили и Валерия уже входили в ворота, где их встречал аббат Эдгар.
- Здравствуйте, гостьи, проходите, я, признаться, истомился уже! Пойдемте сразу в келью! Там уже все готово!
Аббат Эдгар невысокий, румяный, полный мужчина, подхватив обеих женщин под руки, провел их в большую келью, ярко освещенную весенним солнцем, посереди которой стоял стол, уставленный напитками и явствами.
- Угощайтесь, не стесняйтесь!
Пока монахини насыщались, аббат рассказал им следующую историю:
- Давно это было. Наш король Людовик Мудрый, проезжая через нашу местность, обратил внимание на то, что его встречает слишком мало людей. Граф пояснил его величеству, что совсем недавно по его землям прошла моровая язва, и народа осталось слишком мало. Людовик подумал немного и учредил праздник изгнания бесов, коих он виноватил в минувшей эпидемии. Граф понял все по-своему и, посовещавшись, продумал детали. Отныне в этот день мая все жители графства должны были изгонять бесов из себя, предаваясь неистовым совокуплениям, чтобы увеличить население, а также фейерверкам и обжорствам. Так появился этот праздник. Через несколько лет Людовика Мудрого, снова посетившего наши края, встречали молодые крестьянки с младенцами на руках. И было их множество! За что Его Величество графа благодарил разными способами.
- Что же, - заметила аббатиса Эмили, вытирая жирные губы салфеткой. - Сочетание приятного с полезным всегда приносило свои плоды. Начнем обряд с моей послушницы?
- Она - девственница?
- О, да! - воскликнула Эмили. - Проверяла сегодня утром.
- Тогда прошу брата Ромуальда начать! А ты, Валерия, встань посреди кельи!
Вошел брат Ромуальд, монах приятной наружности, молодой, румяный. Его ряса впереди оттопыривалась далеко. По сигналу аббата он отстегнул потайной клапан, и наружу выскочил длинный, но тонкий, не толще большого пальца руки, член, увенчанный миниатюрной головкой.
- О, какая красота! - воскликнула Эмили.
Ромуальд решительными движениями отстегнул такие же тайные клапаны на рясе Валерии и освободил из тягостного плена ее прелестные грудки. Такой же клапан открыл ее выпуклый гладко выбритый лобок, а другой, больше, упругий зад. Эмили торопливо отстегнула такие же клапаны на своей рясе и обнажила красоты иного рода. Аббат застонал.
- Твои груди, любезная сестра стали еще больше, а клитор тоже подрос и смотрит на меня! Я больше не могу сдерживаться!
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 19%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 36%)
» (рейтинг: 68%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 25%)
|
 |
 |
 |
 |  | Иришка подвела к кровати Эмилио и стянула с него шорты. Взяла анальный крем, намазала палец и стала вводить его в попу подружки. Жаклин ойкнула. Ира взяла рукой член паренька и направила в анальное отверстие попы Жаклин. Эмилио дрожал, его член звенел он напряжения. Иришка придала мальчишке ускорение шлепком по попе. Эмилио дернулся и его член вошел в анальное отверстие Жаклин. Девочка замычала и зарылась лицом в покрывало. Паренек прижал к себе бедра девочки, несколько раз дернулся, всхлипнул и застыл с широко раскрытыми глазами. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Кончил я снова на грудь, вытерев сперму с груди и члена решил, что нужно лечь и дождаться Максима, а потом ему рассказать, что я всё слышал и знаю о нём и Игоре. Незаметно для себя я уснул. Проснулся я от того, что меня кто-то гладил по члену и яйцам, открыв глаза, я увидел, что это был Макс. Мы стали целоваться, затем Макс стал ласкат мои соски, постепенно опускаясь к члену и наконец взял его в рот, сначала осторожно, затем всё смелее, он стал делать мне миньет, левой рукой он массировал мне яйца, которые уже подтянулись к основанию члена и стали крепкими, как мячики для гольфа, ещё несколько секунд и я начал кончать в рот Максима, который еле успевал сглатывать то, что ему отдавал мой член. В этот момент я понял, что и Макс кончает, оказывается он, всё это время дрочил свой член, который стал выбрасывать порции спермы как раз со мной вместе, сперма летела на мои ноги, постель, на грудь Максима. Кончив я поцеловал Макса, обнял его, и он прилёг на мою полку рядом со мной, отдохнув около получаса, я решил, что неплохо было бы перекусить, Макс поддержал моё предложение и уже через 15 минут на столе было два стакана горячего ароматного кофе, (у Игоря нашлась кофеварка и натуральный кофе, что было просто супер) , четыре стаканчика йогурта, плитка шоколада, завтрак из такого набора продуктов нас вполне устраивал и мы приступили к трапезе. Затем когда пришла очередь кофе, мы умиротворенные сидели на одной полке и разговаривали с Максом, у меня сложилось впечатление, что я знаю Макса уже сто лет, вдруг раздался стук в дверь купе, она открылась и в проёме появилось милое лицо нашего проводника, Игорь лукаво улыбаясь спросил как наши дела, и получив ответ, что всё супер, сказал, что если будут проблемы можно обратиться к нему и он всё сделает, чтобы мы ни в чём не нуждались, и действительно, мы до конца пути не испытывали никаких проблем, так и добрались до пункта назначения. Как выяснилось Максиму негде было остановиться, он планировал снять квартиру по приезду, я в свою очередь предложил остановиться у своей тёти, зная что у неё большой дом у побережья и место ему найдётся, Макс согласился принять моё предложение и мы поймав такси рванули к тётке. Тётя Наташа встретила нас с огромной радостью, Максима я ей представил как своего друга и сказал, что хотел бы, чтоб он остановился у нас, возражений со стороны тёткки не последовало, учитывая то, что она вдова, её муж, был моряком и погиб в одном из плаваний, и теперь она жила одна с сыном в огромном двухэтажном доме, она ничего не имела против. Она показала нам большую комнату на первом этаже, окна которой выходили в сад, комната была очень светлой, недовно в доме был сделан хороший ремонт, стояла хорошая мебель, в комнате был установлен большой телевизор, короче нам с Максом все понравилось. Ма начали распаковывать свои вещи и распологаться, тетя тем временем ушла на кухню, накрывать на стол. Минут через 20 нас позвали к столу. Я спросил у тётки, где же Данила, её сын и мой собстаенно, двоюродный брат? Она ответила, что он с друзьям ушел в поход и должен вернуться завтра, я немного расстроился, очень хотелось увидеть Даника, как я его называл, думаю за последние пять лет он сильно изменился, последний раз, когда я его видел ему было всего 15, но уже тогда он был очень привлекательным, широкие плечи, узкие бедра, но всё-таки было заметно, что это ещё подросток, думаю теперь он превратился в настоящего красавца, у него были голубые глаза, светлые, цвета ржи волосы, длительные ресницы и вообще он был похож на античного бога. Тётя стала меня распрашивать о доме и родителях, Максим поблагодарив за обед и сказав, что хочет прилечь отдохнуть, ушёл в комнату, мы с тётей остались на кухне и продолжили беседу о моих домашних. Через некоторое время я тоже стал моргать медленнее и тётка заметив это отправила меня в комнату, настояв на том, чтоб я отдохнул с дороги. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И тут к вечеру - явление Христа народу, как выдал Толя. Идут-бредут наши еле живые девушки-медички. Голодные и смертельно уставшие! Как оказалось, майор повёл их на восток, а там точно немцы. Тогда они рванули обратно! И тут увидели на дороге мотоцикл. Тот младший лейтенант, что пришёл с майором, завёл его, майор сел в коляску и они рванули по дороге к своим, приказав девушкам выбираться к своим. И теперь они не знают, что им делать. А вышли сюда они, учуяв запах костра и чая. Девушки, раз я молчу, стали плакать - теперь они поняли, какие они были полные дуры и послушали этого толстого майора. А я ещё и усугубил, сказав, что я их не беру с собой, они склонны к предательству. Ну а раз вы котёл не бросили, то готовьте на нём сами... И опять слезы - а у них ничего нет! |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Ну, что тут скажешь, когда сердце переполняют не слова, и даже не мысли... Ощущения, которые даже нельзя облечь в словесную форму. Когда каждой клеточкой своего тела чувствуешь прикосновение, которого не было в реальности. Но здесь оно существует и кажется самым желанным, как последний глоток воздуха для приговоренного к смерти. И где это здесь, за какой гранью? Тихий шепот, когда даже не разобрать слов, а дыхание обжигает, обещая все радости потерянного рая. Губы так близки и манящи, какую тайн |  |  |
| |
|