Рассказ №0745 (страница 2)

     Некоторое время я лежал с открытыми глазами, привыкая к темноте. Через пару минут от огней еще недалекого города у нас воцарился плотный полумрак, в котором можно было различать очертания небольшого пространства. С соседней полки послышался шорох, я скосил глаза и увидел, как Эллочка стягивает с себя футболку, оставаясь в одних прозрачных узеньких кружевах трусиков.
     Девушка положила футболку на полочку для полотенца и легла на спину поверх простыни, выставив вверх сексуально покачивающиеся от движения вагона тугие груди. Я не выдержал пытки, вытянул руку и начал осторожно гладить девушке плечо. Она тут же положила свою ладонь поверх моей. Мои пальцы от плеча перешли к шее, затем к щеке, коснулись губ. Элла слегка повернула голову , чтобы мне было удобнее.
     Минут пять я водил средним пальцем по ее пересохшим губам, едва их касаясь, потом ладонь моя стала опускаться ниже. Я медленно провел по шее и стал пробираться к груди. И вот она уже в моей ладони, такая желанная и возбуждающая. Я полностью накрыл ее своей ладонью, сильно сжал, ослабил, снова сжал, отпустил, потрогал набухший сосок, поводил пальцем вокруг него. Все это время рука девушки была поверх моей, будто контролируя ее движения, но ничуть не мешая проявлению вольностей.
     Я осторожно снял свою руку с груди девушки. Она недоуменно повернула ко мне голову. Но я повернулся набок и вытянул на соседнюю полку правую руку, чтобы было значительно удобнее.
     Не знаю, сколько времени продолжались эти ласки, но мне хотелось большего. Я снова убрал руку и в одних трикотажных плавках спустился на пол. Дедок мирно похрапывал, повернувшись к стене, девушка-мышка тоже лежала лицом к стенке вагона. Ее дыхания не было слышно, и я решил считать, что она безмятежно спит.
     Я придвинулся вплотную к полке, прижавшись бедром к холодному краю столика, нетерпеливыми руками взял голову Эллочки, придвинул ее к краю полки. Она не сопротивлялась, облизнула губы и жадно приникла ими к моим пересохшим. Некоторое время мы просто страстно целовались. Сначала тщетно стараясь не шуметь, а затем вовсе забыв о всякой предосторожности и том, что в купе кроме нас едут еще два пассажира.
     Через какое-то время моя рука опустилась Эллочке на грудь. Я то сильно сжимал ее , то лишь осторожно касался соска, водил по нему кончиком пальца. Потом я оторвался от губ и приник поцелуем к свободной правой груди девушки. Тело ее сразу же напряглось, спина выгнулась. Теперь, завладев и второй грудью, я мог одну из них оставить. Ладонь моя стала опускаться ниже, погладила напрягшийся живот, дошла до кромки узеньких трусиков, погладила бедра до самых колен, по внутренней стороне бедра поползла обратно. Эллочка шире раздвинула ноги, чтобы не мешать этим ласкам.
     Пальцы мои дотянулись по внутренней стороне бедер до легкой ткани. Я стал водить пальцами по скользкому шелку трусиков вокруг набухшего влагалища. Ткань мне мешала, но я не спешил. Еще через несколько минут такой ласки с одновременным целованием груди мои губы легкими поцелуями стали покрывать живот девушки, пальцы шаловливо полезли под узкую полоску трусиков, легли на пухлые губы влагалища и стали осторожно водить по их краю. Я делал бы это довольно долго, возбуждая девушку все больше и больше, но ее ладонь накрыла мою и сильно прижала, утопив пальцы в горячей глубине промежности. Ноги сильно сжали мою руку и задрожали в конвульсиях. Я быстро приник губами к открытому рту девушки, она издала негромкий протяжный стон, а потом страстно впилась в меня поцелуем, удерживая сильно сжатую руку между все еще дрожащими ногами.
     В это время я услышал легкое шевеление на нижней полке, видимо, девушка-мышка во сне поворачивалась удобнее. Мне было все равно, даже если бы она и проснулась. Кто она? Просто попутчица, с которой ранним утром расстанемся навсегда, может быть даже не взглянув в глаза друг другу. Думал ли я о ней, о ее оценке нашего с Эллой поведения в пылу такой дикой страсти. Я уже был готов вскочить на верхнюю полку, взять попутчицу в крепкие объятия, вогнать в ее распаленное моими пальцами влагалище свой торчащий член и изо всех сил биться внутри нее, безуспешно пытаясь достать самого дна.
     Похоже, Эллочка тоже была к этому готова, хотя дрожь в ее теле прекратилась, ноги расслабленно вытянулись, ладонь больше не вдавливали так сильно мои пальцы. Но ткань трусиков мне начинала мешать и раздражала. Я вынул пальцы из влагалища и стал стягивать с девушки трусики. Она с готовностью приподняла свой зад и рукой, которая только что пленила мою ладонь, помогла избавиться от остатков своей одежды.
     Ноги Эллочка оставила согнутыми в коленях, но развела их в стороны настолько, насколько позволяла ширина вагонной полки. Я снова стал целовать девушке грудь, дотянулся рукой до влагалища и стал едва касаясь его пальцами, водить по краю пухлых половых губ. Были они совсем влажными и нетерпеливо ждали меня внутрь. Я прислушался к тишине вагона. Дед по-прежнему спал, девушки-мышки не было слышно. Прежде, чем забраться к Эллочке, я решил еще пару раз довести ее до оргазма пальцами. Мне нечасто попадались такие чувственные женщины, которые настолько легко достигали вершины наслаждения от одних только пальцев и поцелуев, и потому мне хотелось доставить удовольствие еще несколько раз именно таким способом.
     Я стал губами слегка касаться губ девушки и так же осторожно водить пальцами вдоль ее влагалища и вскоре почувствовал, что моя случайная подруга близка ко второму оргазму. Я решил довести ее до кульминации именно такими легкими касаниями верхних и нижних губ. Еще минута - и ноги ее снова сильно сжали мою ладонь, а руки обвили мою шею и плечи и изо всех сил сдавили в объятиях. И негромкий стон известил об оргазме.
     И тут я от неожиданности дернулся всем телом: на мою ногу выше колена легла ладонь девушки-мышки и стала медленно подниматься вверх. Элла почувствовала, как я дернулся и прошептала:
     -Что случилось? Тебе что-то не понравилось?
     -Ничего, просто я коснулся ногой холодного края столика.
     Девушка почти беззвучно рассмеялась, не выпуская меня из своих объятий. Она хотела продолжения любовных игр. Я всей душой, всем сердцем и тем, что напряглось в плавках, был за это же продолжение, но неловкость вызывала горячая ладонь девушки с нижней полки, которая гладила мое бедро, медленно поднимаясь все выше и выше.
     Снова я принялся целовать Эллочку в ее тугую грудь и снова начал гладить края ее влагалища с каждым новым движением подводя девушку к очередному оргазму. И он не заставил себя ждать. Снова - сильно сжатая ногами моя ладонь, снова сильные объятия и сдавленный стон наслаждения.
     Между тем ладонь девушки-мышки уже гладила поверх плавок мой до боли в мошонке напряженный член, вот-вот готовый порвать трикотаж, своевольно вырваться на свободу и брызгать накопившейся за день возбуждения спермой. Теперь я не мог просто сосредоточиться на одной только Эллочке, вынужденный прислушиваться к тому, что проделывает соседка по купе с нижней частью моего тела, всегда сбивавшей разум на удовлетворение ее плотских потребностей.
     Когда Элла была близка к четвертому оргазму, когда тело ее напряглось в ожидании приближающейся конвульсии наслаждения, я услышал на нижней полке шевеление, хотя ладонь девушки ни на миг не прекращала поглаживания набухшего под плавками члена. По тому, как с обеих сторон к моим ногам прижались ноги девушки, я понял, что она села, чтобы было удобнее играть с моим детородным хозяйством. Но как далеко она зайдет в этих своих играх? Как только Мышка уселась, на помощь ее правой руке пришла левая. Она погладила меня по ягодицам, и вот уже обе ладони стягивают с меня плавки, освобождая давно притомившийся в неволе член. Он с удовольствием выпрямился и тут же попал в ухватившие его ладошки. Они гладили его по всей длине, трогали напрягшуюся мошонку, осторожно сжимали переполненные яички, обнажали головку и натягивали на нее крайнюю плоть, которая тут же стягивалась обратно.
     Не могу покривить душой и сказать, что мне это не понравилось. Наоборот, я был в полном восторге, но от ощущений собственных меня отвлекла Элла. Она тоже хотела продолжения ласки, и я их продолжил. Кончиком языка я стал водить по ее полуоткрытым губам, она тут же высунула свой и стала им жалить. Ладонь моя продолжила гладить края влагалища, осторжно касаясь больших половых губ, но вот рука Эллочки опустилась вниз, надавила на мои пальцы, утопив их в горячей глубине страждущего зева, некоторое время лежала сверху, затем отползла на живот. Я стал двигать пальцами, имитируя движения члена. Я чувствовал, что еще несколько секунд таких движений, и моя партнерша получит новый оргазм. За миг до его наступления ее ладонь с живота стремительно пустилась к влагалищу, подсунулась под мою и стала теребить клитор. И вот уже снова все тело девушки забилось в конвульсиях оргазма. И в это же время я почувствовал, как к моей головке осторожно приникли поцелуем губки девушки-мышки. Некоторое время она едва прикасалась к моей набухшей головке, потом нерешительно стала вбирать ее в свой маленький ротик. И вот уже гловка захвачена полностью, но только затем, чтобы тут же освободить ее и начать целовать член по всей свободной от пальцев длине.
     -А ты не хочешь забраться сюда ко мне?- прошептала чуть слышно Элла.- Дедок спит, девушка, кажется, тоже.
     Какое-то время я был в сильном замешательстве. Что делать? Освобождаться от ласк девушки-мышки и заняться над ее головой настоящим сексом? Сказать Элле, что нижней частью моего тела, столько времени невостребованного ею, уже завладела другая? Какова будет на это ее реакция? Возмущение? С какой стати? Я что, ее муж? Досада? Но она целый день лишь дразнила меня, а девушка снизу просто взяла и стала доставлять удовольствие. Возбудится еще больше? Что мы тогда будем делать, если дед проснется?


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать также в данной категории:

© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.