|
|
 |
Рассказ №15919
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 14/01/2015
Прочитано раз: 59316 (за неделю: 26)
Рейтинг: 58% (за неделю: 0%)
Цитата: "Антон расположился и, раздвигая бедрами мягкие податливые ягодицы, стал продвигать член к цели. Ущелье было настолько глубоким, что это потребовало определенных усилий, и Маше пришлось упереться обеими руками в бедра Юрика, пока наконец, головка не нащупала вход и не погрузилась в него. Несколько десятков первых толчков были неудобны, тело Марии никак не могло приспособиться к забытым ощущениям и вспомнить нужные действия, но через минуту группа пришла в гармоничное и плавное движение...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Антон долго приходил в себя, подставляя голову под ледяную воду. Потом тщательно вытерся и только сейчас вспомнил озабоченное лицо Юрика и его торопливые слова "Старуха... почти голая... вся из себя... сто шестая комната". Двигаясь по коридору, Антон размышлял: "Если он ее уже пялит, значит, нормальный пацан. Если еще нет - помогу. Ну, а если уже ушел - значит, чмо, а не мужик. Тогда сам посмотрю, что за старуха. Скажу... а что я скажу? Скажу, слесарь там, нет ли жалоб... ".
Дверь была закрыта. Оглянувшись, Антон присел - личинки в дверной щели не было видно. Конечно, Юрик не стал ее запирать, рассчитывая на приход друга, а Мария - на приход подруги. Антон тихонько надавил на ручку и на цыпочках вошел...
Юрик сидел на стуле, откинув голову и закрыв глаза. Его ширинка была расстегнута, а голова Маши ходила вверх-вниз. Одна ее рука ласково сжимала бедро любовника, другая, протиснувшись между широко раздвинутыми ногами, натирала свою щель. Комната оглашалась громкими причмокиваниями, глухими стонами Маши и тяжелым дыханием Юрика.
Антон остановился у входа. Хмель как рукой сняло. Несмотря на всю свою спесь и дутый опыт в общении с женщинами, он никогда прежде не наблюдал секс вживую, да и не участвовал в групповухах. Одно ощущение того, что прямо на его глазах незнакомая женщина делает минет его приятелю, заставило его член яростно восстать. Сквозь возбуждение в голове роились мысли: "Просто подрочить и тихо уйти или присоединиться? Уйти или присоединиться?". Единственный аргумент за уход был смешон: та женщина, что сейчас сосала член его друга, была "его девушкой", ведь он сам ее "снял". Не воспримет ли он присоединение как вид предательства? Но сомнения развеялись - он сам сообщил Антону о ней, да и если бы не психическая атака Антона, Юрик бы сейчас уныло сидел в своей душной каморке, а благодаря Антону получает наслаждение.
Вынув член, Антон подобрался к женщине сзади, встал на колени и как мог осторожно коснулся ее голых ягодиц. Маша ахнула, вздрогнула и оглянулась. В полутьме было видно, как блестит смазка на ее полных губах.
- Вы кто? - пробормотала она.
- Антон.
Повисла пауза. Женщина соображала, возвращаясь из страны сбывшихся грез, Антон ждал.
- Я же говорил, что с другом приду, - переводя дыхание, пробормотал Юрик (воистину, мужики соображают быстрее, даже в состоянии возбуждения) , - а вы сказали, что можно...
- А, дру-уг, - задумчиво протянула женщина, покосившись на торчащий член, и вдруг со смешком добавила, - Давненько я с двумя сразу не миловалась!
Это была ложь, точнее, воспоминание о несбывшемся. В бурной молодости у нее были две попытки секса с двумя мужчинами одновременно. Сначала второй ее любовник был настолько пьян, что даже не попал членом куда надо, да и член стоял, как говорится, на полшестого. А другой раз, в общаге, они хоть и заперли дверь, но у хозяина ключ, разумеется, был. Ее тогдашний любовник долго препирался с незваным гостем, который, как оказалось, был кандидатом в мастера спорта по боксу, и любовник Маши, боясь схлопотать, упирал на мужскую солидарность, но гость миролюбиво сказал, что мешать не будет, просто посмотрит и подрочит. Однако эти два случая и еще несколько сотен одиноких ночей давали Маше яркие поводы для сексуальных фантазий, что было бы, если бы... И вот, в который раз за день, мечты становились явью!
Тем не менее, пошлая шутка Маши разрядила обстановку, и все пошло на новый круг. Маша, повернувшись к Юрику, вновь взялась за минет, а Антон стал неторопливо и обстоятельно изучать место будущей работы. Его руки совершили долгое путешествие по почти бескрайним просторам мягкой задницы. Затем пальцы легко скользнули в глубокое и широкое ущелье, осторожно обошли заднее отверстие (с Людмилой Александровной Антон попробовал анальный секс несколько раз, но она испытывала проблемы со здоровьем, и уговорила его прекратить) , а затем приблизились к цели путешествия. Чуткие подушечки ощутили что-то жаркое, влажное, волосатое и вздрагивающее. Маша призывно застонала, не вынимая изо рта.
Антон расположился и, раздвигая бедрами мягкие податливые ягодицы, стал продвигать член к цели. Ущелье было настолько глубоким, что это потребовало определенных усилий, и Маше пришлось упереться обеими руками в бедра Юрика, пока наконец, головка не нащупала вход и не погрузилась в него. Несколько десятков первых толчков были неудобны, тело Марии никак не могло приспособиться к забытым ощущениям и вспомнить нужные действия, но через минуту группа пришла в гармоничное и плавное движение.
Вскоре Антон настолько освоился, что наклонился и нащупал огромные упругие шары, мягко раскачивающиеся под телом любовницы. Пальцы утонули в теле, как в квашне, вызвав у Антона воспоминание об упругих, тугих и приятных на ощупь грудях одноклассницы...
***
Евгения Андреевна неторопливо шла по коридору. Ей только что сделали промывание желудка, поэтому она ощущала усталость и опустошенность. Хотелось сбросить спортивный костюм, залезть под одеяло и подремать в тепле и сухости. Привычным жестом она надавила на ручку, вошла в комнату... и остолбенела.
В тусклом свете пробивающегося сквозь щели в занавесках зимнего солнца она даже не сразу увидела, а скорее, почувствовала, что ее подруга подскакивает на лежащем на полу мужчине, а ее рот не покидает член другого, стоящего рядом. Бормотание, причмокивание, стоны и шлепки голых тел звучали так громко, а участники были так поглощены процессом, что на Евгению никто не обратил внимания. Не отказав себе в соблазне несколько минут понаблюдать, Женя, пятясь на цыпочках, выползла в коридор и прижалась к стене.
- Что, сердчишко прихватило? - участливо спросила проходящая мимо пожилая медсестра.
- Нет, ничего... Голова кружится... Сейчас пройдет.
У нее и правда стучало в висках и плыли круги перед глазами. Постепенно все прошло и осталось только ноющее влажное ощущение внизу живота.
Итак, ее подруга неистово трахается с двумя молодыми (как она предполагала) жеребцами. Что делать? Уйти? Куда? На улице холодно, а пальто в комнате! В клуб? Но там сейчас ничего не происходит, а идти надо по морозу! Просто стоять в коридоре? Глупо и странно, только внимание привлекать. Значит, нужно входить. И наконец... Она тоже хочет секса! Неужели не именно о нем она мечтала этой ночью, предшествующей ночью, да и еще тысячи ночей, что были до этого?! И, наконец, неужели подруга не позволит ей использовать хотя бы одного из своих любовников?
Евгения решительно, уже не стараясь не шуметь, вновь вошла в комнату. К ее удивлению и даже радости, там никого не было. Зато из ванной комнаты, дверь в которую даже не была заперта, раздавался шум воды и веселые голоса. Евгения мимоходом заглянула в щель. Все трое мылись под душем, обмениваясь шутками.
В комнате стоял легкий запах пота и похоти. На полу, там, где происходило совокупление, наблюдательная женщина разглядела несколько белых капель. И хотя ничего иного, наверное, здесь найти и не ожидалось, Евгению, который уже раз, охватили сомнения. "Хочу ли я этого? - чуть ли не вслух спрашивала она себя, нервно прохаживаясь по комнате, - Да, хочу. Смогу ли? Не знаю, надо попробовать... ". Она даже прокрутили в голове возможную огласку. Нет, знакомых здесь нет, а Мария будет молчать, как соучастник, да и кто ей поверит? Итак, Женя решилась. И, как знак этой решимости, сняла и положила на тумбочку очки. Без них она видела хоть не намного, но хуже.
Шум воды смолк, послышалось шуршание полотенец. Теперь стало слышно, что Маша предлагает ребятам "выпить коньячку и продолжить". Скрипнула дверь. В комнату один за другим вошли три совершенно голых человека и в изумлении остановились. Евгения не могла оторвать взгляд от свисающих членов, пока их обладатели чисто инстинктивно не прикрыли их руками. Надо сказать, что ни один из членов не выделялся гигантскими размерами, но бедной женщине, которая давно не видела вообще никаких, они показались какими-то немыслимыми шлангами - точь-в-точь как в ее постоянных ночных грезах. Да и очки уже не помогали.
Маша нашлась первой:
- А это моя подруга, Женя.
- Евгения Андреевна, - привычно сказала она, но опомнившись, поправилась, - ну да, Женя.
- Давайте, ребята, выпьем за знакомство. Да что вы прикрылись-то, ей-богу.
- Да как-то... - пробормотал смущенный Юрик, не отнимая руку.
- Ты бы разделась, Жень, а то пацанам неловко, - рассмеялась Маша.
Евгения побледнела.
- Да ладно, - нашелся более смелый Антон, - мы поможем. Да, Юрик?
- Вот-вот, - подхватила Маша, - а я пока коньячок разолью. Только из обычных стаканов, не взыщите.
Антон медленно отнял руку и, никуда не торопясь, приблизился к Евгении.
Та была в полном смятении. Неужели сейчас ее будут раздевать два голых мужика?! А что делать? Раздеваться самой? Как в стриптизе?
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 48%)
» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 59%)
|
 |
 |
 |
 |  | Когда я кончил изливаться то, как в лучших порнофильмах, засунул свой ствол ей в рот и заставил его облизать. Сестра с чмоканьем и урчанием слизывала остатки спермы и своей смазки с моего члена. Когда она все слизала, я опять засунул член во влагалище и стал им медленно двигать. Сестренка удовлетворенно постанывала и потихоньку успокаивалась. Я извлек член и опять заставил ее облизать. Так я проделал несколько раз, пока мой член опять не встал. Тут уж сестра показала себя во всей красе, как соска. Она так активно сосала член, что, буквально через пять минут, я опять кончил. Вынув член изо рта, я облил все ее лицо. Спермы было немного, но ее лицо все блестело. На щеке лежал сгусток. Я достал платок и дал ей утереться. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | А ты еще и еще: яички, промежность язычком и губами... у меня на глазах... теперь понятно, откуда пошло у нас свингерство... видеть такое... и чувствовать как старается его жена, беря у него на глазах мой затвердевший член себе в ротик...дразня... оголяя головку, лукаво посмотрев мне в глаза, и полностью в рот весь толстенный мой член...так, что я взвою, когда она так плотно сжимает его между губок... и как обалденно сосет, как сосет,что темнеет в глазах и хочется ее взять и отрахать в такой изумительный и развратнийший ротик...когда руку ей в волоса и в такт еще и еще...видя как хочет, безумно хочет она, чтобы кончил и выстрелил такой густой,горячей струей в такой изумительный ротик...чтобы приняла, заглотала до грамма весь мой нектар и после этого член вылизала так, что не надо потом будет мыть... и все это на глазах своего любимого мужа...который сейчас кончит другой...видя как жена сосет у меня... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Но Дима не дал мне закончить, он повел меня в спальню, снял с меня лифчик, стал мять мою мягкую но небольшую грудь, затем поставил меня на четвереньки и снял трусики. "Какая попка" прошептал он. Он явно наслаждался моей попкой, гладил ее, затем начал языком вылизывать мою дырочку.Это потрясающе ! Затем смазал свой член и с легкостью в меня вошел. Я был так возбужден так, что казалось, из попки выделяется смазка. Он долго трахал меня, взяв меня за поясницу, причем его яйца громко шлепались о мою попку. Особого удовольствия я при этом не получал, но меня заводил сам процесс, к тому же ощущение помады на губах и туфель на каблуке дополняло мою фантазию, я очень натурально представлял себя женщиной. НАконец, дернувшись пару раз он кончил. Затем он поросил меня одеть белье, что я и сделал, причем мои трусики сразу же намокли от крема и спермы, выделявшейся из моей оттраханой попки. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | "Hаконец-то", - проплыла в подсознании усталая умиротворенная мысль. Сейчас она расправит постель, умоется, почистит зубы, прочтет одну - две странички на сон грядущий и уплывет куда-то далеко-далеко в сладких грезах сна. Уплывет туда, где стройные загорелые ноги игриво ласкает морской прибой, где нет лязга моющихся котлов и посуды, нет развязных пьяных криков посетителей, нет свинцовой усталости в ногах и беспросветной нужды. Hадя побольше притушила ночник, чтобы случайно не разбудить |  |  |
| |
|