Рассказ №17115

     Малыш стоял у двери, в полном смятении, побледневший, с сердитым выражением лица. руки судорожно сжимали все тот же автомат, костяшки на пальцах побелели.
     - Что? Ну что встал? Давай! Тащи ее в спальню, там как раз кровать есть, и простынь чистая.
     Малыш колебался еще с минуту. Следом до него дошло, что это именно тот редкий шанс отомстить всем женщинам на свете сразу, о котором он так мечтал все эти пять лет. Больно уж это девчонка похожа на ту стерву, которая сломала вдребезги его сердце. Кровь ударила в голову, весь он, каждая его клетка стали излучать необъяснимую, необаснованую ярость.
     Положив автомат на рояль, он ринулся к немке. Парни разошлись в стороны, и стали наблюдать, как Малыш, невзерая на отчайные попытки девушки вырваться, взял ее на руки, и под под аккомпанемент ее истеричных воплей зашагал к спальне. Когда он вошел, Кувалда и Нахал захлопнули за ним дверь.
     - Все, дружок, она твоя. По крайней мере на эти два часа. Делай что хочешь, только не пребей ее ненароком - громко сказал Старшой, так чтобы Малыш смог услышать сквозь дверь - а мы тут пока о жратве позаботимся.
     - И нам тоже немного оставь ее, мы тоже ею пообедать хотим - прокричал
     Нахал и звонко захохотал.
     
     ***
     
     Малыш обернулся, и посмотрел на закрытую дверь. Они остались вдвоем.
     Немка все еще пыталась вырватся, что - то отчайно выкрикивая на своем родном немецком. Тут Малыш, как бы придя в себя, подошел к кровати и буквально швырнул немку на ее. Та, плюхнувшись на белую простынь, поспешно отползла к спинке кровати, и усвешись, круглыми от страха глазами усатвилась на юнца в черном, промасленом комбинезоне и с шлемофоном на голове. Взгляд Малыша мог просверлить стальную плиту, ведь там, в его кариих глазах сконцентрировалась вся его ненависть к слабому полу. Сняв с себя шлем, и растегнув ворот комбинезона, он влез на кровать и угрожающее приблизился к немке. Та попыталась защитится, и ударила ногой его в грудь. Малышу хоть бы хны. Что могло противопоставить ему, юркому и крепкому это слабое, беззащитное создание? Резким движением он повалил ее на спину, и прижал ее руки к кровати. Немка зарыдала, из уже мокрых, прозрачно - тёмных глаз брызнули слезы, и побежали вниз по щекам. Черные ее волосы беспорядочно расскинулись на белоснежной простынье. Как она не пыталась вырватся, у нее ничего не получалось. Русский мертвой хваткой сковал ее руки, и теперь со злобной улыбкой пялился ей прямо в глаза.
     Отпустив ее, Малыш обеими руками взялся за нижний конец ее ночнушки, и с силой развел руки. Затрещяла рвущасяя ткань, а девушка жалобно залепетала
     Nein, nein, bitte...
     Что, малютка, страшно? - зашипел Малыш улыбаясь. Он с восторгом глядел на ее нагое, ничем не прикрытое и такое прекрасное тело. Белая, молочно - бледная кожа, маленькие, но объемистые груди, розоватые пуговки сосков, плоский животик, и заветный, неведомый для него черный волосатый трехугольник под ним. Он сторожно дотронулся до стройных бедер, и медленно проведя по ним руками верх, устремился к грудям.
     Немка зарыдала пуще прежднего
     - Ну что ты ревешь, а? ... - тихо прошептал Малыш, точно заколдованый этим невероятным для него зрелищием. Глаза его упали на ее губы, на эти крохотные, алые лепестки. Тут внутри парня что то щелкнуло, куда то улетучилась жгучая ярость, что то приятно кольнуло в груди. По всему телу прошлась дрожь, и он медленно наклонился над ее лицом.
     Увы, ему так и не удалось сделать это. Двеушка, которая почти уже сдалась на милость своего мучителья, предприняла последнюю, отчайную попытку защитится. Сжав губы, она влепила Малышу оплеуху. Того словно кипятком ошпарили, осткочив в сторону он взялся рукой за покрасневшую щеку. Он едва ли понял что пройзошло, но глаза его наполнились, а в горле внезапно застрял ком. И тут из нутри послышался голос: "Все они такие. ВСЕ!"
     Малышу хотелось завыть, завыть не человеческим, а звериным голосом. Но он и звука не проронил. Замахнувшись, он отмерил девушке ответную пощечину, да такую, что бедняжке чуть шею с плеч не сорвало. Немка опять начала плакать, теперь уже во весь голос. Она смирилась с поражением. На ее белой щеке осталась зияющяя ссадина. Малыш стал стягивать с себя комбинезон. Выполнив эту трудоемкую процедуру, он высвободил свое мужское достоинство, давно стоящее колом. И вдруг он заметил, что коленки у него трясутся. Страх? Скорее всего это было волнение. Он был образованным парнем, закончил полных 10 классов городской школы, вырос в приличной семье. Он много читал, читал и про это, теоретически был к этому готов. Но у него не было никакого опыта. Первый раз всегда так - волнение, некая растерянность, неуверенность. Перед ним лежала настоящяя, живая девушка. И она совсем не имеет желания стать его первой женщиной.
     Стоит ли вообще? ...
     Но тут он снова вспомнил свое горе. Вспомнил свою рану, глубокую и до сих пор кровоточящюю рану на сердце. Растерянная физиономия сменилась преждней суровой, последние призднаки жалости м милосердия улетучились вовсе.
     Естественной была реакция немки, которая после удара отвернула лицо и тихо, безразлично истекала слезами. Увидев вставший орган своего мучителя, девушка мысленно представила, какой ад ее ожидает.
     - Nein, nein, nein!!!
     - Молчи, курва!
     Навалившись на нее, Малыш стал водить головкой члена по ее теплому лону, и после нескольких неудачных попыток нащупал ее крохотную дырочку. Очень узкий, чуть мокрый вход в ее влагалищие. Понадобилось еще пару секунд, чтобы Малыш потерял последние остатки волнения, нерешительности и растерянности. Инстинкты взяли верх, и парень медленно стал протискивать член в узкую манду. Немка уже было расскрыла рот, но Малыш попросту прикрыл его ладонью. Медленно, но верно он проходил внутрь, пока не наткнулся на переграду.
     "Девственница"... - лицо Малыша расплылось в зловещей, но в тоже время блаженной улыбке. Радовало не только то, что ему, девственнику, выпало в первый раз выебать девственницу. Слишком уж он был начитан, и отлично знал, что может причинить ей сильную боль. Он посмотрел прямо ей в глаза. Страх, мольба, отчаение. В то же время чувство безнадежности, в глазах ее как бы было написанно "мне уже все равно
     ... " Она знала, что ее лишат девственности, однако ей это уже было безразлично.
     Все пройзошло буквально за секунду. Малыш резко качнул бедрами, и прорвал переграду. Немка выгнулась, широко раскрытые глаза зажмурились, раздался громкий, жалобный визг. Она стала женщиной. На простынье появилось красное пятно.
     Малыш уставился на результат своей выходки. Это оказалось проще чем ожидалось. Тут его охватило какое то необъяснимое чувство - словно все былое осталось позади. Война, обида, горечь, страхи, усталость, злость - все это осталось далеко позади. Он стал совершенно новым, каким то другим.
     А немка ревела во всю. Ей было больно, не столь физически, сколько душевно. Нет, русский вовсе не был ей отвратителен. Он даже был предпочтительнее тех остальных, что сейчас были в гостинной. Но зачем!? Зачем так? Потому что они победители? В чем же ее вина? Что она сделала этому молодому солдату? За что? Она бы даже ему отдалась, будь обстоятельства иными. Да, он ей понравился. Молодой, сильный, симпатичный. Но он взял ее силой. Грубо, хладнокровно лишил ее самого дорогого. И самое главное - уталив свою жажду, он бросит ее, как сломанную куклу. Она отвернула голову и горькие слезы ручьем потекли по ее щеке, рассеченной недавним ударом. Малыш снова вошел в нее.
     Никакой реакции. Она лишь издала тихий, еле слышный стон. "Узко тут у тебя" подумал он, протискиваясь в маленькое влагалище. Нежная плоть неохотно пропускала сквозь себя нежданного гостя. Тут кончик члена коснулся матки. Мало того, что узкая, еще и короткая. Чуть потерпев, Малыш вынул член, а затем с новой силой вклинил ее в промежность. Девушка жалобно вскрикнула, но тут же затихла. Она окончательно сломалась. А он уже взял ее за бедра и стал насаждать ее на свой кол. Она постанывала в ритм, каждое его движение вызывало боль по всему телу. Сильнее всего болело под животом, а промежность не прекращяла кровоточить. Она попыталась отключится, надеясь очнутся после конца этого кошмара.
     Малыш ускорил темп проникновения. Он чувствовал что сейчас кончит, и хотел кончить в нее, безостаточно заполнит ее. Только так возмездие над всеми женщинами на свете будет полным. Узкая манда туго обхватила его орудие, это достовляло ему отдельное наслаждение - ведь ей же болнее. Тут что то заклокотало в нем, словно вся энергия сосредоточилась в одной точке его тела, он весь затрясся и...
     Горячяя, густая сперма тугой струей ударила в глубь промежности, в самую матку, стремительно заполняя маленькую, измученную пещерку девушки. Немка завизжала в ужасе, и задрыгалась своим изтерзанным телом. Малыш закрыв глаза, глухо хрипел. Все. Он мужчина. Настоящий мужчина, такой же как Старшой, Кувалда и Нахал. Он сделал это... После долгой и изнурительной борьбы он наконец то одержал победу. Издав довольный рык парень прикрыл глаза и рухнул рядом с немкой, истекающей слезами и кровью, и время от времени разрываясь от истеричного плача


Страницы: [ 1 ]

Читать из этой серии:

Читать также в данной категории:

© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.