Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 15/05/2002
Прочитано раз: 49734 (за неделю: 8)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Утро выдалось совсем даже неплохое, но к середине дня погода основательно подпортилась, а когда подошло время вылета, вообще стояла серая ленинградская мгла. В аэропорту пусто, гулко хлопают двери. Нас приглашают на регистрацию. Когда услышав свою фамилию второй раз подряд, недоуменно оглядываюсь, замечаю, что точно также поступает высокий, коротко стриженый парень. Появление в небольшой туристской группе однофамильца стало событием - за неимением других. Разумеется, и в самолете, и в гостинице ..."

Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

      Я не стал торопиться и через несколько минут довел ее (и себя) до такого состояния, что буквально за мгновение трусики превратились в маленький и влажный белый комочек, он улетел в угол, а я набросился на нее, как доисторический волк. Я кусал ее нежную грудь, упираясь одной рукой в матрац, а другой придерживая под лопатками; я хватал зубами сосок, облизывая языком его кончик, вырывая у нее крики страсти и боли; отпускал ее на секунду и смотрел на искаженное сладкой мукой, раскрасневшееся прекрасное лицо. Она, не успев перевести дух, тянула мою голову к себе и шептала: "Еще...". Видимо, я немножко сошел с ума. Наконец, когда терпеть больше было невозможно, я прижал ее сверху и минут пять мы испытывали кровать на прочность...
      ...Страсть схлынула, осталась нежность. Я почему-то держал ее за ухо. Полежав на отсыревшей постели, мы перебрались на вторую и повторили, а потом сразу уснули.
      Со звонка Коли, сообщающего, что почти все уже позавтракали, для нас начался

ДЕНЬ ТРЕТИЙ

      В автобусе мы сели вместе (дружная семья Лексоненов из четырех человек, шутил Коля), вместе лазали по развалинам крепости, вместе обедали и бродили по магазинам. Как оказалось, у нас с моей Ленкой было много общего: мальчики пяти с половиною лет, звали их Андреями. Вот только мужа звали у нее Марат, а не Марина, как мою жену, впрочем, она называет его Марик. Вечером в баре, вдоволь натанцевавшись (ей нравится это странное занятие), мы сидели в углу и говорили.
      - Он хороший, но только все время занят - то возится с машиной, то на каких-то сборах с пионерами... Ты знаешь, ведь мне уже 29, а он мною как-то не очень интересуется. Я у него как кукла, красивая жена для показа в обществе, к тому же бесплатная домработница...
      - А, ну конечно! Значит так любит... - голос у меня довольно мерзкий, кажется, я ревную.
      Наша беседа через лифт и холл постепенно перетекает в наш номер.
      - ...Вот я и возвращалась с ночной смены пешком. Там так пусто, все дома на капремонте. Я уже почти до переулка Ильича дошла, ситуация, черт бы ее... Они сразу меня схватили и затолкали в подворотню, нож достали и говорят, мол, пикнешь - пришьем. И рвут воротник. Ну, что тут делать, я сама все расстегнула, чтобы не рвали, и они меня так вот, по очереди, стоя... Гады.
      Потом убежали, а я еле иду, голова кружится, все плывет, больно... Пришла, уже около часа, а он сидит у телика, газету читает. Я вся помятая, грязная, заплаканная, а он ничего и не заметил, кино досмотрел и улегся. Я ему сказала, а он говорит не фиг пешком ходить, езди на троллейбусе с остальными - и все...
      Она нервно теребит локон - рыжеватую прядку над ушком, а я молчу. Потом притягиваю ее к себе. Она обнимает меня и прячет лицо у меня на груди. Я трогаю пуговицу на ее блузке, она вздрагивает, придерживая ворот руками, и я ласково, но настойчиво, отвожу ее руки. Она, покорно и безучастно глядя в сторону, молча разрешает себя раздеть.
      - Леди не движется! - важно и значительно провозглашаю я, и она наконец улыбается...
      - Ты искусал меня вчера... - шепчет она, обнимая меня на кровати, и тянет руками мою голову к своей груди.
      Я в ответ тихо рычу. Она фыркает, а затем вздрагивает:
      - Ой, больно! Тише... тише...
      Грудь твердеет и наливается сладким соком, дыхание тяжелеет и учащается.
      - Я тебя поцелую, - бормочу я и тянусь к рыжеватому треугольнику шелковистых волос внизу живота.
      - А я тебя, - шепчет она, хватает моего приятеля, который, чувствуя приближение приятной процедуры, гордо поднял голову. Он оказался прав, было очень даже здорово. Когда я чувствую, что больше не могу, мне приходится буквально силой разнимать эту милую парочку - Ленку и тупоголового моего дружка. Прижимаясь к постели, мы повторяем уже знакомое упражнение, потом она, вывернувшись из-под меня, ложится на живот. Смущенно оглядывается и приподнимает зад. Мой приятель быстро сообразил, что к чему, и быстро нашел себе место. Ее стоны только придавали ему силы и упорства, по-моему, он решил углубиться до некоторых неоткрытых еще областей и стать первооткрывателем. Она положила голову набок, и я хорошо видел полуоткрытые припухлые (искусанные мною) губы, искаженное страстью лицо с капелькой пота на виске. Пальцы судорожно вцепились в подушку. Когда я подал ей свою руку, она схватила ее, жадно сжала, и больше уже не выпускала. Напряженная спина влажно блестела, я покрывал поцелуями ее влажные лопатки, а второй, свободной рукой, сжал грудь и потрогал сосок ногтем. Она задрожала и напряглась, еще больше выгнулась, дыхание ее наполнилось всхлипами, а стоны превратились во вскрики. Русая прядь приклеилась ко лбу... Тут мой приятель, вообразив себя отбойным молотком, перестарался и сгоряча вылетел вон. Она с жалобным стоном осела и, пока я пытался исправить положение, приоткрыв глаза, чуть слышно произнес- ла:
      - Не сюда... если хочешь... - И покраснела. Не знаю, как я сумел это разглядеть - скорее почувствовал.
      Скукожившийся, было, приятель воспрянул - выпала возможность ознакомиться еще кое с чем. Новый путь был трудноват, и нам с этим любопытным типом пришлось тяжко. А Ленка сразу начала кричать, из глаз ее потекли слезы, она звала мамочку, сказала все междометия русского языка, из чего я разобрал только "милый" и "еще"...
      Когда все кончилось, она долго вжималась мне в плечо, сотрясаемая всхлипами, похожими на истерику. Ее коготки впивались мне в спину и в шею, но я терепел и гладил ее по мокрой дрожащей спине и голове. А она шептала в мокрое от слез плечо:
      - Ну что же ты со мной делаешь... я ведь теперь все время тебя хоч у... у меня сын, не могу же я... милый...
      Тогда я понял, что люблю ее, как никогда никого не любил. И никогда не смогу ее забыть, всю жизнь мне теперь будет чего-то не хватать. И уж совершенно непонятно мне теперь было, что со всем этим делать. Она спала, а я сидел и думал. Думал, что третий день закончился и осталась еще половинка, что часа через три (где-то далеко в Хельсинки) техники начнут проверять бортовые системы серебристой птицы-самолета, он взовьется в небо и нацелится клювом на... И уснул, не додумав до конца. ...Под нами плыли сполохи сигнальных огней, плыли сплошные облака, похожие на гигантский мозг планеты Солярис. Я пошевелился в кресле. Все разговоры были уже позади - там, на земле.
      ...- Ты меня любишь? - она смотрела серьезно, пальцы барабанили по сумочке. - Да.
      - А женился бы на мне сейчас? Если бы все вернуть?..
      - Да.
      - Мы еще увидимся, милый?
      - Мы будем встречаться, обязательно, - ответил я как мог более серьезно, но поскольку врать очень не хотелось, молча добавил про себя - во сне. Впрочем, она и так все понимала. Ее ждал дома муж, которого она, по-видимому, по-своему, но все-таки любила. Меня, может быть, ждала жена. "Попрыгунья-стрекоза лето красное пропела..." - вспомнилась мне злобная рассказка.. Ненавижу муравьев... И впервые в жизни словосочетание "женатый мужчина" показалось мне неестественным и вычурным, уродливым несмываемым пятном. Замерзшая стрекоза сидела в следующем ряду через проход и, зябко кутаясь в воротник свитера, молча, смотрела в окно. Но едва ли она что-то там видела.

      Как всегда, когда мой возлюбленный возвращается домой днем, в тот день он опять зашел в детский сад за своей дочкой. Я ждал их выхода за углом, в очередной раз обдумывая свое ужасное, по сути дела, положение. Корчась на пике вожделения и отчаяния, я за последние дни все чаще приходил к мысли, что нужно искать какой-то выход из ситуации. Прекратить приходить сюда (вернее, добираться на четырех видах транспорта) - это выше моих сил... И исхода не находилось. Я уже не хотел ничего - ни дружбы его - простой, человеческой, мужской дружбы, ни обладания им - об этом я вообще никогда не мечтал, я хотел, чтобы он только один раз обратился бы ко мне, личности, Толе Нестерову, а не к безымянному клиенту. О, я был скромен, как видите! И провидение вознаградило меня.
      В первый раз за все эти дни мой милый, забрав дочку из садика, зашел с ней в магазин. Я, в восторге от того, что возможность видеть его так продлевается, конечно же, последовал за ним. Они довольно долго и бестолково блуждали по торговому залу и до такой степени не обращали на меня внимания, что я так обнаглел, что встал в очередь за подсолнечным маслом прямо за ними. Никакой бутылки у меня не было, но я ухитрился стянуть пустую молочную из ящика. Крышки, конечно, не было, и я рассчитывал выкинуть бутылку вместе с маслом сразу после выхода из магазина. Во время своего кружения по залу я набрал в корзину еще несколько банок.
      Пройдя кассу и контроль, они остановились у столика, чтобы переложить покупки из корзины в сумку. Я подошел совсем близко, благоговейно прислушиваясь к их мирному семейному разговору.
      - А я рассердилась, - докладывала девочка своему папе последние детсадовские новости, - да ка-ак встану с горшка (а я уже туда пописала и покакала), да ка-ак надену ему, Сашке этому, на голову - чего щиплется, дурак?!

Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Оцените этот рассказ:

Читать также в данной категории:

» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 88%)



Выбор редакции
		Моя пизда чавкала, она просто была переполнена спермой, я было просто переполнена, мне сували в рот их члены поначалу меня отталкивал их запах не мытости, но один из них сказал, она стесьняшка у нас Лёха принеси вискаря для дамы нашей, я знала что спиртное меня не много расслабить, правда они не много остановились дали мне 5 минут что я спокойно смогла выпить виски, сока принесете даме сказал тот же мужчина, с соком стакан виски вы пился легко, таких порций было еще было несколько раз, моя кровь разыгралась голова закружилась, я уже во всю стонала и кончала, мне так стыдно но я получала удовольствие. - Хорош пизда как ведро там спермы уже пиздец-, услышала я из толпы.
[ Читать » ]



Выбор редакции
		он попросил подождать и пошел к машине. через минуту вышла мо я киса. пьяная и вид был ужастный. подойдя ко мне стала шепотом обьяснять что сломалась машина и она стала голосовать, и теперь ребята пристают и не отпускают ее. я махнул в сторону машины и вышел тот же мужик. я при ней сказал ему что она хочет уехать. он стал уговаривать ее не оброщая на меня внимания. мы же тебя не обидели спрашивает он. нет машет она головой. хорошо говорит он. давай тогда в машине сделаешь мне как ребятам и езжай с ним. а то пока вы в зади занимались я чуть руль два раза не бросил. моя киса опустила глаза и молчит. я спрашиваю у него чем таким они там занимались. брат ты сколько получил с чурбанов за нее, спрашивает он меня. не пойму о ком ты, говорю ему. короче не обламывай подожди 20 мин в машине, я успею смеясь заявил он. а как спрашиваю ты будешь с ней трахатся если там народ еще сидит. да она их не будет стеснятся ответил он. пойдем и ты посидишь с нами. я усмехнувшись отказался. ну если уложишься в 20 мин то я подожду, сказал я, киса моя глянула на меня растеряным видом. ну а что ты всем сделала а одного обошла стороной говорю ей. мужик улыбн улся и пожал руку за понимание. взял ее за плечи и повел в машину.
[ Читать » ]



Выбор редакции
		Грэм и Замора между тем спокойно жили себе дальше. Пройдя жесткий конкурсный отбор в престижнейшие военные заведения, они даже попали на страницы местных газет. Но вот в августе 1996 года Замора - во время ночных откровений с согруппницами из военно-морского училища - сообщила нечто такое, о чем девушки решили поставить в известность руководство. Сначала она туманно заметила двум соседкам по комнате, что у нее и ее парня есть тайна, которую они должны "унести с собой в могилу". "Вы что, убили кого-нибудь?" - мрачно пошутила одна из девушек. Замора как-то замялась. Но под градом вопросов не выдержала и во всем созналась.
[ Читать » ]



Выбор редакции
		Я обрадовался такому отношению, потому что совсем не хотел одеваться. Когда я рассказал друзьям, что у нас гостях тетка, Алекс отказался появляться перед ней голым. Мы с девочками кое как уговорили его не одеваться. Лайза придумала для него наряд: она надела на брата его ремень и спереди повесила маленькое полотенце. Получилась набедренная повязка, как у индейца, прикрывающая его перчик спереди, но оставляя ягодицы голыми. Девочки не стали одеваться на завтрак, что еще больше удивило Нэнси. Увидеть голых подростков разных полов вместе она никак не ожидала, но мы вели себя так непринужденно, что вскоре за столом завязался оживленный разговор.
[ Читать » ]