|
|
 |
Рассказ №4669
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 08/12/2003
Прочитано раз: 52307 (за неделю: 3)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Например, испытуемой даме завязывали полотенцем глаза, две другие наблюдали за игрой. Мужчины оголяли свои достоинства, а испытуемая на ощупь должна была определить, где чья штука. Если женщина отгадывала все три члена, она освобождалась от повинности, в игру вступала другая. Если ошибалась, то между мужчинами бросался жребий... кому какая дырочка достается? Женщине предоставлялся выбор... принять все три члена сразу или по очереди. Дамы постоянно ошибались, может быть, преднамеренно. Через несколько дней пути они были повсеместно разработаны...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
"Все перекаты, да перекаты - Послать бы их по адресу! На это место уж нету карты, - Плыву вперед по абрису." (Александр Городницкий)
Чусовая - одна из живописных рек Среднего Урала,.на ней много мелких перекатов (местное название - переборы), они легко преодолеваются. Туда и решили поехать трое друзей - инженеров. Собственно, инициатором был заядлый байдарочник Паша, Саша раньше бывал с ним в походах, а вот Аркаша пошел в водный поход впервые. Паша взял байдарку - трехместный "Салют", в рюкзаки были загружены палатка, спальные мешки, документы, продукты и горячительные напитки. Из горячительных напитков туристы предпочитают водку, а без этих самых напитков ты даже и не турист, тем более - водный турист, а так, мудак какой-то. Саша взял гитару, по вечерам песняка давить, вдруг бабы-туристки слетятся, как бабочки на свет. Друзья доехали на поезде от Москвы до Екатеринбурга, потом на электричке до станции Кауровка. От железнодорожной станции Кауровка до Чусовой совсем недалеко. К вечеру байдарка была на воде.
Впереди, как самый мелкий, сел Аркаша. В его обязанности, кроме гребли, входило, нажимая на педали, соединенные тросами с рулем, делать поворот байдарки более быстрым. В центре сидел Паша. Как самый опытный, зоркий и высокий, он должен был видеть приближающуюся опасность - перекаты. От него требовалось вовремя дать команду рулевому и работать что есть сил веслом, если бы байдарку все-таки сносило на мель. Саша сидел сзади и тоже греб веслом. Он должен был быть готовым по команде Паши усилить гребок слева или справа, чтобы придать лодке необходимую остойчивость.
Впереди замаячил еще один трехместный "Салют". Поравнявшись с байдаркой, друзья увидели, что в ней плывут три симпатичные женщины. Правда, трудно оценить фигуру дамы, когда она сидит в низко посаженном в воде байдарочном корпусе, но фантазия друзей позволяла им представить, какие у подруг-туристок бедра, животики, попочки и то, "о чем не говорят", но пишут на заборах, а девичьи лица, груди и руки и так были прекрасно видны. Ребята замедлили ход и познакомились с прекрасными созданиями. Меньшую, сидевшую на руле, звали Даша. Она была такой же хрупкой, как и ее коллега - рулевой Аркаша. Женщина отличалась от мужчины только небольшой грудкой, да и фартук над ее вытянутыми к педалям ногами был идеально ровным. А Аркаша так увлекся девушкой, что его фартук слегка вздыбился вверх (наверно, от чувств). Кроме того, он забыл, что нужно работать ногами, корректируя курс лодки, и байдарка с мужиками чуть не врезалась в берег, вызвав смех дам и ненормативную лексику друзей. Даша потупилась и покраснела от взгляда мужчины. "Симпатичный мальчик, мне нравится," - подумала она. "Ишь, как покраснела, девственница, поди," - мелькнуло в возбужденном сознании Аркаши. В центре "дамской" байдарки восседала ладно сложенная и крепко сбитая Маша. Паша сразу положил на нее глаз. Он, пожалуй, был бы не прочь еще что-нибудь на нее положить, ему стало тесно в спортивных брюках. А тут еще Маша игриво подмигнула ему и медленно облизнулась. "Подразню пацана", - подумала она. "В рот берет" ,- подумал Паша. Последней среди подруг сидела Наташа. Она взглянула на Сашу и, положив весло поперек байдарки, ладонями провела по своим грудям, затем раздвинула ноги шире и, напоследок, помассировала поясницу и ягодицы. "Самца надо заинтересовать", - подумала Наташа. "В попу дает", - мелькнула шальная мысль у Саши. Мужчину бросило в жар, ему даже показалось, что ветерок донес до него запах самки.
После таких ритуальных приготовлений мужики не стали сильно налегать на весла, чтобы не оторваться далеко от дам. "Добыча" практически сама шла в руки, ну, может быть, вечером придется слегка усилить натиск, а если потребуется, то и пойти на абордаж. Вечером, после того, как женщины причалили к берегу, друзья поинтересовались, не нужна ли помощь. Узнав, что не нужна, проплыли чуть вперед и тоже причалили. Поставили палатку, приготовили ужин, искупались, приняли на грудь по грамульке и сытно поели. Саша взял гитару и запел...
"А где-то бабы живут на свете,
Друзья сидят за водкою...
Владеют камни, владеет ветер
Моей дырявой лодкою."
Друзья подхватили...
"Владеют камни, владеет ветер
Моей дырявой лодкою."
Допев песню, мужчины сидели и медитировали, глядя на костер, на реку, на скалы. Подошли Маша и Наташа.
- Ой, мужики! У вас гитара! Как вы хорошо поете!
Аркадий всполошился...
- А Дашу одну оставили?
- Она у нас самостоятельная. А ты, если волнуешься, навести ее.
- И пойду.
-И иди. А мы попоем тут квартетом.
Через некоторое время Аркаша и Даша сидели у костра и вели неторопливую беседу о жизни, о компьютерах, о водном туризме, ну, и конечно, о любви. Из-за речного поворота неслась песнь их друзей и подруг...
"Не покидай меня безумная мечта!
В раба мужчину превращает красота.
И после смерти мне не обрести покой.
Я душу дьяволу продам за ночь с тобой!"
Романтики исполнили многие опусы отечественных маэстро. Лирические песни и небольшая доза алкоголя (девушки за ужином тоже тяпнули, а как же!) сделали свое дело. Вскоре голова Даши склонилась на мужское плечо, а могучая рука дикого и беспощадного воина (мечта!) притянула даму за талию к мускулистому телу властелина (еще одна мечта!). Все шло как по маслу. У соседнего костра Саша, отложив гитару, целуя лицо и шею Наташи, добрался до груди, которая его трудами была обнажена. Паша, прерывая пение, сажал Машу "на ручки" и тискал, добиваясь от нее вздохов и стонов. Но Маша попросила спеть еще, они заложили за воротник, и вот Паша запел свою любимую, хулиганскую...
"Там на горе, покрытой маком,
Художник ставил деву... в позу,
Разрисовал ее, как розу,
Потом покрыл все это... лаком".
Уже настроенная отдать самое драгоценное своему избраннику, Даша вдруг насторожилась и стала медленно, но верно отстраняться от Аркаши. А Паша хохотал в темноте, как сатана, и продолжал надругиваться над еще неокрепшим чувством двух молодых сердец, причем его куплеты сопровождались дружным смехом Маши и Наташи...
"У атамана Козолупа
Была огромная... сноровка,
Семизарядная винтовка
И два енотовых тулупа".
Даша высвободилась из рук Аркаши и отодвинулась еще дальше.
-Пора спать. Эй, девчонки, домой!
-Идем, идем!
У соседнего костра перестали хохотать, договорились плыть дальше по маршруту вместе и ставить палатки только рядом.
Когда Аркадий вернулся восвояси, А Паша с Сашей проводили женщин до их палатки и вернулись, начались разборки...
-Что она у тебя кричать начала? Домой!? Ты не мог ей рот занять чем-нибудь? Поцелуем, например. Какой-нибудь штукой. Я ведь своей уже грудь лобзал!
-А я сажал свою на коленочки и упирался во что-то божественно мягкое и нежное!
-Я еще и виноват! Ха! У меня все на мази было! А вы про Козолупа!
-Какие мы нежные! У-тю-тю!
-Да тихо вы! Они же все услышат! Давайте спать.
На следующий день женщины смогли каким-то образом на совершенно безобидных перекатах продырявить свою байдарку. Пришлось остановиться, выгрузить вещи, вытащить байдарки на берег. Пока сушили лодку и готовили ремкомплект, Паша и Маша отошли к реке и мирно беседовали.
-Спасибо, Павел, что остановились с нами. Вообще говоря, мы бы и сами справились. Я опытная байдарочница.
-Да, я вижу. Но вместе веселее.
-Это верно. Чем же вас отблагодарить?
-Чем могут отблагодарить женщины одиноких путников, уставших в дороге? Только самым дорогим, что у них есть.
-В каком смысле?
-Да я уже трепещу от вожделения! Давай устроим ночь любви!
-Ну, что ж. Я не против. Стало быть, ты - меня, Саша - Наташу, а Аркаша - Дашу... Только Даша у нас девственница. Справится твой друг с трудностями?
-Да, это момент ответственный. Я готов взять трудности на себя...
-Так я и знала. Хрен ты моржовый! Нет уж, ты - мой! Пошутила я. Мы с Наташкой лишили подругу девственности еще в Москве. Купили в секс-шопе самое необходимое, подпоили и у Наташки в квартире лишили...
-Какое зверство! Могли бы осчастливить какого-нибудь мужика!
-Вот именно! Какого-нибудь.
Лодка к вечеру была отремонтирована, был приготовлен грандиозный ужин, а Саша с Аркашей наловили в реке на удочку рыбную мелочь, которую зажарили на прутиках над костром. После еды запели хором...
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 87%)
|
 |
 |
 |
 |
 |  | Я, наклонившись, жадно разглядывал сие таинство. Впитывая в себя эту новизну, эту поразительную отличимость от моего собственного и других пацанов хозяйства, не забывая при этом быть строгим судьей и признать, что, несмотря на вопиющую разницу в выполнении процесса, "девки" ничуть не хуже нас с Генкой справились с задачей. Барышни, торжествуя свое законное посвящение в снайперы, снова завалились на паклю грызть яблоки. Я же, возбужденный увиденным, хотел большего и шептал Генке, чтобы он, по свойски, спросил Томку "потискаться" с нами. Я не мог даже представить, как бы я смог сделать это предложение сам. Нет, лучше Генка - он свой. Генка завалился на паклю рядом с сестрой и начал шептать что-то ей на ухо, показывая на меня пальцем. Томка, как заправский посредник в дипломатических переговорах, наклонилась над Веркиным ухом что-то ей шептала. Их взаимные перешептывания закончились Томкиным заявлением, что с Генкой ей нельзя - он брат. Она будет со мной, а Генка с Веркой. "Будет со мной" громко сказано, а мне что делать. Я с ужасом и дрожью в коленях подходил к пакле с моими "компаньонами" и лихорадочно вспоминал подробности пацанячих высказываний в таком деликатном и незнакомом мне деле. Тем временем девчонки деловито спустили на колени трусы и, подобрав повыше подолы платьев, были готовы к нашим действам, к которым Генка уже приступил. Лег на Верку и стал тереться об нее, так как трут разрезанный и посыпанный солью огурец. Я спустил шаровары и стал на колени между ног распростертой Томки. Я видел перед собой то, о чем мечтал в своих фантазиях, о чем мы со знанием дела говорили с пацанами. ЭТО было совсем не ТО. Нет, это не дырка в Томкин живот. Между ее ног был маленький трамплинчик, который переходил в две пухленькие щечки, а из розовой щелки между ними выглядывали два, таких же розовых, тоненьких лепестка похожих на лепестки не полностью раскрывшегося пиона. Я осторожно дотронулся до ЭТОГО рукой, ощущая мягкую, теплую шелковистость, которая оказалась удивительно податлива и легко сдвигалась в стороны от легких прикосновений пальцев. Я лег на неё и своим стоячим концом прижался к этой податливости, испытывая наслаждение от прикосновения к бархатистой теплоте, которая двигалась и, раздвигаясь, позволяла проваливаться глубже в мягкую влажность желобка, по которому двигался мой "инструмент". Нет, он, конечно, не проник в ее глубину, он даже не подозревал о ее существовании, но это мягкое, влажное, порхающее скольжение приносило наслаждение более ощутимое, чем уже знакомое наслаждение игры с ним руками. Между тем Верка прервала, почему-то, свой с Генкой дуэт, и лежала с голым животом на расстоянии вытянутой руки от меня. "А как там, у Верки?" мелькнуло в мозгу. "А мне можно с Веркой? Я же ей не брат" Все согласилась с моими доводами. Я переместился на голое Веркино естество, а Томка, натянув трусы и поправив платье, стала наблюдать с Генкой на наше "тисканье". Верка приступая к исполнению своей части арии, согнула и развела в стороны острые коленки от чего ее "пирожок" несколько укоротился и щелка превратилась в маленький ромбик, из которого высовывались влажные лепестки, под которыми темнорозово темнело углубление. При прикосновении к ее лепесткам мой кончик уже не стал двигаться по желобку как у Томки, а сразу погрузился в горячую влажную тесноту, охватывающую меня со всех сторон, заставляя двигаться кожу на головке и вызывая стремление засунуть его туда весь. Изгибаясь и двигая тазом, чувствовать, как в этой сладкой глубине упираешься в пружинящее сопротивление. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Девчонки всячески меня унижают, заставляя вытворять со своим телом и половыми органами разные "извращения", к стати мне почти всегда это приятно. Иногда они заставляют меня есть свой или чей то ещё кал. Это очень противно, но стоит мне не подчиниться, как меня наказывают очень строго. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Hетpадиционные фоpмы любви пpисyщи не только людям. У одной нашей знакомой живyт два кота. Гоша и Тоша. Здоpовенные такие звеpюги и пpитом yбежденные гомики. Тpахают дpyг дpyга по очеpеди, и ни капли этого не стыдятся. Hа кошек даже не смотpят.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | -Пусть он тебе лижет, а я тебя сейчас трахну, раздевайся - он велел Майе, на что она игриво ответила-ты хочешь, ты и раздень! Давид не стал церемониться с моей глупышкой, кинул её на постель в миг разделся, его член был внушительных размеров залез на кровать сорвал с Маии белые колготки пальцем сдвинул трусы, раздвинул ей широко ноги и засадил ей в киску свой член, Майя от неожиданности вздрогнула но её киска без проблем приняла его член, она поплыла в экстазе, такой счастливой и довольной я её никогда не видел, а Давид начал медленно трахать её, обзывая ее грязной шлюхой что ещё сильней её возбуждало, через минуты три он долбил её киску а Майя дико стонала от наслаждения. |  |  |
| |
|