|
|
 |
Рассказ №12616
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 16/04/2022
Прочитано раз: 65623 (за неделю: 5)
Рейтинг: 82% (за неделю: 0%)
Цитата: "С этими словами мужчины схватили раскрасневшуюся от коньяка и секса МарИванну и понесли ее на ковер. Женщина кричала, но мужики были сильнее. Они по очереди разделись, так как приходилось удерживать Петрову-маму за руки, ноги, груди и попу. Один из них лег на спину, а второй усадил МарИванну прямо ему на флагшток. Петрова-мать охнула, но второй мужчина, не дав ей опомниться, смазал ее анус неведомо откуда взявшимся гелем, и вошел во вторую дырочку. МарИвановна ахнула и застонала. ЭсЭс пристроился сбоку и заставил ее взять член в рот. Многоуважаемую маму Петрову сношали во все дыры. Теперь она уже не ахала, не охала, а только мычала, то ли от возмущения, то ли от удовольствия, но это никого из мужиков, трахающих ее, не интересовало...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Родителей Петровых вызвали в школу. У нас в выпускном классе двое Петровых: разнояйцевые близнецы Ваня и Вася. Разнояйцевые они не потому, что у них яйца разные (у одного два левых, а у другого два правых) , а потому, что яйцеклетки во время зачатия, из которых они появились, были разными, но оплодотворились в одно время. А вот однояйцевые близнецы - это, совсем наоборот, не те, у кого одно яйцо на двоих, а те, кто из одной клетки, которая потом разделилась. Однояйцевые похожи друг на друга, а разнояйцевые могут быть очень непохожими.
Ну, вот, Ваня и Вася учатся хорошо, но родители Петровых об их успеваемости всегда переживают. И вот однажды, 1 апреля (заметьте себе!) вызывает Петровых - родителей директор школы по поводу успеваемости и поведения детей, причем строго просит прийти обоих, и отца их, и мать их! Пришли Петровы - старшие в школу, директор их практически у входа встретил (у всех ведь теперь мобильники, созвонились, ептыть!) .
Заводит их директор в кабинет, кабинет на ключ.
- Даже и не знаю, с чего начать. Может, коньячку для начала?
- Странно, Сергей Сергеич, Вы так говорите, что зарождаете в наших сердцах тревогу.
- Дык. Разговор тяжелый. Может, все же вначале по коньячку?
Папа Петров вопросительно посмотрел на маму Петрову. Та раздражительно кивнула (типа: Алкаши поганые, мужики! Вам бы только за воротник заложить! Коньячку, водочки, пивка!) . Директор приняв их молчание за знак согласия открыл сейф, из которого вывалился подозрительный предмет (странный предмет для сейфа директора школы!) . Директор ухмыльнувшись, положил предмет на стол и прочитал, как по "Инструкции по эксплуатации" :
- Мастурбатор "Sophia Rossi". Люксовый мастурбатор из самого реалистичного материала UR3. Мастурбатор детально повторяет прелести Sophia Rossi. Размер вагины 10 см на 15 см, внутренняя поверхность трубки для пениса оснащена мягкими шипами, которые во время мастурбации дополнительно стимулируют ствол пениса. В комплекте тальк, выносной вибратор. Материал: UR3. Цвет: Телесный.
Папа Петров спросил:
- 3. 14зда?
Мама Петрова возмущенно посмотрела на директора и на мужа. Папа Петров не нашелся, как оправдаться перед женой за вырвавшееся у него слово, кроме как:
- Э-э-э!
- Вот, собственно, МарИванна и СанСаныч, с этого предмета все и началось. Ребята ваши учились и вели себя просто примерно. Но с месяц назад застукала учительница русского языка ребят и девчонок из их класса за неблаговидным занятием. Один из ваших мальчишек со спущенными брюками и трусами ввел свой, извините, член, вот в эту самую Софию Росси. А мастурбатор прижимала к своему телу наша двоечница Катя. Имитировала, что это ее манда. Ой, простите! Остальные девчонки и мальчишки, прошу прощения, дрочили друг друга. Сара Абрамовна (учительница - "русичка") вызвала меня. Мы всем устроили разнос, пиз... , то есть, предмет (он указал на мастурбатор) отобрали. Но с тех пор Ваня и Вася стали хуже учиться, дерзят, ведут себя кое-как.
Говоря все это, директор достал коньяк, рюмки и конфеты, разлил напиток.
- Давайте выпьем за то, чтобы решить эту проблему. В этом году ЕГЭ детям сдавать. Ване и Васе математику (которую веду я) и русский с литературой (ведет Сара Абрамовна) .
В это время в дверь постучали. Директор открыл, впустил учительницу и закрыл за ней дверь.
- Вот и Сара.
Все поздоровались.
- Так вот, чтобы ваши мальчики успешно преодолели ЯГУ, то есть ЕГЭ, придется вам, дорогие МарИванна и СанСаныч, пойти на некоторый подхалимаж. Я знаю, что то, что сейчас скажу, может вызвать у вас негодование. Но подумайте, ведь дело идет об успешной сдаче экзаменов.
Сергей Сергеич сделал паузу, как хороший актер, и молвил:
- Так вот, люди здесь собрались взрослые... МарИванна должна бы, по справедливости, сделать мне минет. Ну, а СанСаныч смягчит нашу несгибаемую Сару Абрамовну кунилингусом.
Родители Петровы разъярились:
- Я, тебе, червяк е#аный, минет буду делать?! Да я тебе твой #уй сейчас оторву и в мастурбатор засуну!
- Я тебе, падла, манду буду вылизывать?! Я тебя, сука, вые#у сейчас вот этим, нах, выносным вибратором!
- Фи, дамы и господа! Разве так можно? Мы предлагаем вам сделку? Да. Сделку с совестью, сделку с моральными устоями? Да. Но на кону будущее ваших сыновей.
Постепенно гнев родителей Петровых сошел на нет. Они пошептались, и МпрИванна сказала:
- Ладно, мир! Что ты там хочешь, проказник?
Сергей Сергеич не стал выказывать довольство победителя. Он прошел к дивану и сбросил с него две подушки:
- Это под колени, чтобы мягче было, Вам и Вам (он кивнул в сторону Родителей Петровых) .
Директор снял пиджак, ботинки, брюки и трусы и, в одной майке, уселся в кресло. МарИванна, бросив одну из подушек на пол, встала на нее коленями и припала к его члену ртом. Директор откинул в блаженстве голову на спинку кресла. Сара подошла к Петрову - папе и сказала:
- Раздень меня.
Он снял с нее деловой костюм, блузку, туфли и трусы, оставив в чулках. Она села в кресло и бесстыже развела бедра. СанСаныч разделся догола, чтобы его ничто не ограничивало в движениях. Он бросил подушку на пол и устроился меж ляжек училки. Она застонала в предвкушении. Кресла стояли друг напротив друга. Директор с училкой обменивались мнениями:
- Как она сосет? Достойно?
- М-м-м! О, да! А он справляется лучше меня?
- Даже не знаю. Ах! Мой клитор! Что он с ним делает?! А-а-а-а!!!
МарИванна заставила директора кончить ей в рот, он с удовольствием прижал голову женщины к своему паху и исполнил ее просьбу. Потом Петрова - мать попросила Сережу (так она теперь его назвала) раздеть ее и взять на столе. Раздевая ее, Сергей Сергеич успел возбудиться. Ноги Петровой-мамы легли на плечи директора, сама она возлежала на столе, а ЭсЭс (так ласково звали в школе руководителя) пялил ее, как провинившуюся школьницу. Вторая пара тоже не теряла времени даром. Сара уже стояла раком на ковре, а второй ЭсЭс (СанСаныч) с удовольствием таранил ее сзади. Через некоторое время партнеры отдыхали, потягивая коньяк с шоколадными конфетами. Вдруг вновь раздался стук в дверь. Директор сделал знак не волноваться, и впустил еще двух учителей - мужчин и двух учительниц. Один из вошедших сразу спросил:
- Е#етесь? Что это у Вас за блядь рядом с Сарой?
- Как не стыдно! Это многоуважаемая мама наших лучших учеников Петровых.
- А это что за блядун нашей Саре сиськи оглаживает?
- Фу! Позор! Это лучший из отцов, Петров - отец. У нас учатся его дети, Петров - сын, еще один Петров - сын. Так-то вот. Петров - отец, Петров-сын, еще Петров-сын. Только Петрова - святого духа у нас нет.
- А можно мы их тоже? Мать и отца?
- Что значит, и отца? Он вам не... У него нормальная ориентация.
- Ну, я имею в виду: женщины втроем отца ублажать будут, а мы - мать.
- Давайте их спросим.
- Нет. Давайте их не будем спрашивать.
С этими словами мужчины схватили раскрасневшуюся от коньяка и секса МарИванну и понесли ее на ковер. Женщина кричала, но мужики были сильнее. Они по очереди разделись, так как приходилось удерживать Петрову-маму за руки, ноги, груди и попу. Один из них лег на спину, а второй усадил МарИванну прямо ему на флагшток. Петрова-мать охнула, но второй мужчина, не дав ей опомниться, смазал ее анус неведомо откуда взявшимся гелем, и вошел во вторую дырочку. МарИвановна ахнула и застонала. ЭсЭс пристроился сбоку и заставил ее взять член в рот. Многоуважаемую маму Петрову сношали во все дыры. Теперь она уже не ахала, не охала, а только мычала, то ли от возмущения, то ли от удовольствия, но это никого из мужиков, трахающих ее, не интересовало.
А Петрова - отца девушки - училки взяли под белы руки и отвели в сторонку от живописной группы "изнасилование члена родительского комитета" (то бишь, МарИванны) . Кабинет директора был большим, места на ковре хватило бы нескольким сношающимся группам. Сан Саныча уложили навзничь на ковер, одна из училок села промежностью на его лицо (лизать!) , друга уселась на его вымпел, предварительно качнув его два-три раза для поднятия тонуса. Сара впилась поцелуем в сосок СанСаныча (ей больше некуда было впиваться в данной позиции) . Практически училки е#ли Петрова - папу так же, как учителя - Петрову - маму.
Когда маму и папу Петровых вые#ли, их с уважением вытерли ароматическими салфетками, одели, усадили к столу и налили по маленькой. Директор хитро подмигнул, и весь преподавательский состав этой групповухи заорал:
- Первое апреля - никому не верят!
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 89%)
|
 |
 |
 |
 |  | Я видел, что мой ответ успокоил маму. Некоторое время мы опять шли молча. Потом я начал рассказывать ей всякие прикольные случаи из своей службы. Она мне рассказывала, как дела дома. Так мы гуляли, наверное, пару часов. Потом мама предложила: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Приставленная к очку головка твердо проложила себе путь в его горячее нутро. Он выгнулся, взвизгнул, попытался вырваться, но я пригвоздил его к прилавку и застыл, давая привыкнуть к внедренному стволу. Его напряженное тело задеревенело, боясь любым движением усилить боль. Я знал, что потом будет легче. Я гладил его по спине, бокам, заднице, ногам. Я терся щекой о его бритый затылок. Постепенно он расслабился, затих, стал податливее. Еще пару моих попыток внедриться глубже он пресек стонами, но потом сам стал потихоньку подаваться навстречу. Едва заметные поощряющие позывы заставили меня двинуться вперед, но -медленно, щадяще. И он, наконец, раскрылся, жадно вовлекая меня в свое жаркое нутро. Я вжался в него, раздуваясь головкой от раскаленных объятий его эластичных стенок. Я за бока до отказа насадил его задницу на свой стержень. Он напрягся, вцепился руками в прилавок, задеревенел. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | У него был список десятка солдат, которые по разным причинам не прошли медосмотр. Операцию решили провести в воскресенье, чтобы было меньше офицеров. На звонок Виктора в санчаеть явилось семь солдат. Причину вызова они не знали и когда зайдя в кабинет оказывались перед фактом, деваться им было некуда. Первым вошел солдатик который сняв штаны подставил мне свою безволосую, почти детскую попку, и когда он по команде раздвинул ягодицы, я почти по матерински нежно смазала колечко ануса вазелином, и нежно приставив металлический инструмент ввела его в попку. Парень дернулся так, что мошенка сократилась. Виктор посмотрев в трубку, спросил в чем причина и парень ответил, что трубка холодная. Я сильно волновалась, и у меня дрожали руки. Дальше пошло проще. Заросшие попки сменялись голыми, свободные забитыми калом. Продезинфицировав трубку, Люба грела её в своем влагалище под халатом, а я уже действовала более уверенно. Я так возбудилась, от этой процедуры, что не дождавшись конца осмотра закрыла дверь, уложила Виктора на стол и села на его член. Когда я кончала, в анус мне уперся конец железной трубки. Так я впервые оказалось на двух концах и это не показалось мне извращением. Когда Виктор вышел в коридор, за очередным солдатиком, мы с Любой договорились и ему устроить осмотр. Отпустив пришедших, мы решили перенести осмотр на следующую неделю, и когда все ушли, мы выпили спирта и заварили кофе. Немного поболтав, я опять раздела лейтенанта и положив на себя сильно прижала к себе его ягодицы с силой раздвинув их пальцами. Когда он вошел в меня, я кивнула тетушке и та не мешкая приставила к его попке железный инструмент. Протеста не последовало, и тетушка продолжила процедуру медосмотра пока он кончил. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Залившись слезами, Зарина жалобно просила Макса остановиться, но он не слушая, продолжал свое дело, тщательно, плавными круговыми движениями раскрывая, в недавнем прошлом, узенькое, девичье "очко" Зарины, до новых широт. В грубых руках боксера, Зарина чувствовала себя тряпичной куклой, которую отдали на забаву жестокому ребенку, с ностальгией она вспомнила более толерантный хуй Ромы. Рома посчитал, что будущие родственницы должны познакомиться поближе и поручил Халун клитор невесты ее брата. Смущенно улыбаясь, пышногрудая горянка приложилась язычком и пальчиками к "киске" Зарины, та отчаянно вцепилась в волосы Халун, прижимая ее голову как можно плотнее к своему лобку. На другую руку она намотала длинные волосы Лейлы и до боли впилась в ее сладкие губки, испытывая неосознанную ревность и ненависть к лучшей подруге, которую глубокими амплитудными движениями драл раком Роман. Затраханные и обессилевшие девушки, еще долго лежали пластом, не имея сил пошевелиться, после того как х находчивые любовники, так же незаметно исчезли, как и появились. |  |  |
| |
|