|
|
 |
Рассказ №19187
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 01/04/2017
Прочитано раз: 96651 (за неделю: 27)
Рейтинг: 59% (за неделю: 0%)
Цитата: "Верно говорят, что женщину лучше чувствует женщина, чем мужчина: первой под воздействием как раз женского языка добралась до оргазма Валя: знакомо заскулила. Из занимаемой мною позы можно было видеть зад Вали, которая опустилась на Нинино лицо, прижавшись к нему вагиной, завздрагивала, и, наверное, замотала головой, как обычно. Есть! Валя сползла в сторону и затихла...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Я уставился на Валю. Она поставила на стол стопку чистых тарелок, положила вилки. Немного помявшись, пробормотала, уставившись в пол:
- Понимаешь: Только не сердись, ладно?
- Пока не понимаю.
Я, кажется, сердился, но быстро сообразил, что с торчащим из расстегнутых брюк членом это может выглядеть несколько нелепо, попытался затолкать его обратно. Не особо, впрочем, успешно.
Увидев это, обе дамы хмыкнули.
- Ну понимаешь: Если ты не против, конечно: В общем, если ты не против, то мама: в общем:
- И чего замолчала, доча? Ладно, в общем, так. Она хотела сказать, что если ты не против, я сегодня проверю, какой у моей Вали мужчина. Мы с тобой вдвоем, или все втроем, как пожелаешь. Ты как на это смотришь?
Я обалдело посмотрел почему-то на стол.
- Ну, правильною После ужина. Мы ведь еще не всё съели и выпили. Так как? Согласен?
Не дожидаясь ответа, обратилась к дочери:
- Видишь - он не против, а ты боялась. За стол! А всё остальное - потом.
- Да подождите вы! Я же еще не сказал "да"!
- Зато член твой сказал. Кстати, Валя. Пока предварительно оцениваю твоего кавалера на четыре с плюсом: член есть, размерчик подходящий, на ногах стоит уверенно.
Я опять стал заталкивать член в на место под трусы и в брюки, но Нина остановила меня:
- Да пускай воздухом подышит. Потом спрячешь, когда упадет. Садись пока к столу, на свое место.
Подмигнула, и тоже направилась к столу, но села не на стул, как до того, а примостилась рядом со мной на диване:
- Привыкать мне к скрипу надо.
Разумеется, продолжение ужина оказалось несколько скомканным. Мы почти не прикасались к еде, но довольно резво опустошали бутылки. Я даже стал опасаться, как бы не опьянеть чрезмерно. А уж разговор пошел такой - хоть стой, хоть вались:
- Валюша, доченька, Ну-ка скажи: любишь пососать у него?
- Мама!
- Да ладно тебе! Дело-то житейское. Помню, когда я тебя учила, ты не очень-то охотно сперму проглатывала. У этого: Васи: или Пети: помнишь? Специально приглашали. У него не яйца, а целый спермозавод был.
Я сидел, слушал, и постоянно приглаживал волосы на макушке. Казалось, они все время становились у меня дыбом. А Нина как ни в чем не бывало продолжала:
- Мужчинам же обычно нравится, когда миньет до самого конца: отсосешь, проглотишь, и еще и сделаешь вид, что вкусно. Ну, ты это знаешь сама.
Нина повернулась ко мне:
- Глотает? Или выплевывает?
- Да мы как-то и не: В общем, не это:
- Как - не это? Ты же сказал - Валюха тебе исправно миньеты делает?
- Мам! Ну, делаю. Только ему не нравится, чтобы: ну: до конца.
- Так это не ему, а тебе не нравится, когда мужик в рот спускает! А он видит это - и жалеет тебя. Так ведь? - повернулась ко мне.
- Ну: примерно так.
- Вот! Сейчас посмотришь, как мамка твоя стариной тряхнёт.
И опять ко мне:
- Отсосу по полной программе. А между ног засунуть всегда успеешь.
Тут уж и мне шлея под хвост попала:
- Значит, Валь, тебя мама научила делать миньет какому-то Петьке-Ваське? А со мной стесняешься?
- Нет! Я всему тому, что мы с тобой в постели делаем, на заочных бесплатных курсах научилась, - огрызнулась Валентина. И в рот брать, и шкурку таскать, и в разных позах трахаться. А тебя кто учил кунилингус делать и прочее всякое-разное? Тоже в журнале "Здоровье" прочитал?
От выпитого, от таких разговоров стало жарко, и я расстегнул верхние пуговицы на рубашке.
- Сними её совсем. И мы с дочей тоже чуть-чуть разденемся. Да, Валюша?
В считанные секунды Нина осталась топлесс. Высвобожденные из чашек бюстгальтера, ее груди оказались чуть пышнее Валиных, но такие же округлые, с четко выраженными ореолами и сосками-горошинками, и на вид молодые и упругие. Помедлив, освободилась от верхней част одежды и Валя. Судя по всему, пора отодвигать от дивана стол и раскладывать диван: комната в квартре одна, и всё, что должно произойти, может произойти только здесь.
Диван разложен, чистая простыня его покрывает, девушки - в душ!
М-да. В душ они пошли вдвоем, и довольно долго шумела вода.
Вышли обе с блуждающими глазами. Наверное, сказалось количество выпитого: почти две бутылки крепкого вина.
- Тебе помочь?
Одинаковые халатики сделали женщин еще более похожими друг на друга.
- Спасибо, сам справлюсь.
- Ну ладно. А то можем помочь. Яйца намылить, например.
Кто это сказал? Уже никакой разницы.
- Сам намылю.
- Не перстарайся только. И побыстрее, а то мы уже скучаем. Да, мама?
Ого! Валя уже на язык впереди мамы? Подошла к маме сзади, запустила к той руки за пазуху:
- Мамуля! Я по твоим сисечкам соскучилась!
- Это у тебя сисечки, а у меня классная грудь. Вот! Смотри!
- Ладно, девочки. Я быстренько. Разминайтесь пока.
- А как же! Приходи.
Я нырнул в ванную, быстро, но тщательно помылся, и, поскольку халат для меня приготовлен не был, явился к дамам в полотенце.
Нина всё же чуть-чуть крупнее дочери: и груди побольше, и зад пошире, да и талия тоже. Впрочем, различия совсем невелики, и проще всего отличать их друг от друга можно было лишь по волосам на лобке: у матери - в первозданной красе, у дочери - свеженький бикини-дизайн.
А дамы были уже неглиже и правда разминались! Обнимались, целовались, тискали друг друга за груди, что-то шептали друг дружке и хихикали. Увидев меня, откатились в стороны и одновременно похлопали ладошками на освободившееся пространство между ними: мол, давай сюда!
Я принял приглашение, отбросил ненужное уже полотенце и забрался между двух голых женских тел. Никогда раньше не доводилось мне оказаться в постели одновременно с двумя женщинами, и я опасался, что на двух у меня может не хватить: нет, не здоровья, а просто внимания.
Опасения оказались напрасны. Когда я ласкал мать, груди или вагина дочери оказывалась в её власти, а дочь при этом ласкала меня. Потом я ласкал дочь, а она уделяла внимание матери, которая в это время активно шалила с моим членом и яичками. Порой они оставляли в покое друг дружку, и все их нежности доставались мне.
От более продвинутых в этом вопросе товарищей я слышал, что с двумя женщинами мужчине в постели ничего не достанется, потому что они будут заняты исключительно друг дружкой, но нет, не в этом случае.
Конечно, нужен был руководитель, чтобы процесс стал более или менее равномерно приятен всем. Руководство, как наиболее опытная, приняла Нина. Она и составила в конце концов финальную конструкцию их трех тел: легла на спину, раздвинув колени и отправив к своей обрамленной густыми кудряшками расщелине моё лицо. Валя была поставлена на четвереньки так, чтобы ее художественно выбритая раковинка оказалась точно над лицом Нины. И завершающий процесс пошел!
Я вылизывал текущую чуть ли не ручьем вагину Нины, помогая себе пальцами, а та, как я мог догадываться, работала губами и языком между ног у Вали. И только прерывистое дыхание всех троих, да иногда чмокающие и хлюпающие звуки раздавались в тишине.
Верно говорят, что женщину лучше чувствует женщина, чем мужчина: первой под воздействием как раз женского языка добралась до оргазма Валя: знакомо заскулила. Из занимаемой мною позы можно было видеть зад Вали, которая опустилась на Нинино лицо, прижавшись к нему вагиной, завздрагивала, и, наверное, замотала головой, как обычно. Есть! Валя сползла в сторону и затихла.
Я интенсивнее заработал языком. То ли от этого, то ли Валин оргазм на нее так подействовал, но почти сразу же стала кончать Нина. Эта не скулила, а выгибалась дугой и громко кричала непристойности! Потом схватила меня за что придется (это оказались уши) и потянула на себя.
Я вошел. Влетел. Вонзился. Сразу на полную длину.
Нина кричала и подмахивала. И я тоже закричал, почти сразу же.
Мы орали и прыгали: я на Нине, она подо мной. Под нами что-то текло и чавкало, хлюпало и брызгалось, а яйца толчками выбрасывали сперму в самую глубину горячего мокрого скользкого влагалища. Мышцы его судорожно сжимались, отчего я никак не мог остановиться и успокоиться: при каждом сжатии вскрикивал, дергался, и старался всунуть еще глубже!
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 45%)
» (рейтинг: 66%)
» (рейтинг: 27%)
» (рейтинг: 45%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 41%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 0%)
|
 |
 |
 |
 |  | - засмеялась тёща гладя одной рукой меня по голове а другой рукой Зинаида Михайловна давала мне в рот свою большую грудь и я сосал у неё сосок. И вот так же восемнадцать лет назад, я маленький лежал в кровати в роддоме с молодой девушкой Зиной и она кормила меня грудью. И сейчас я снова держу во рту сосок её волшебной сиськи когда-то давно вскормившей меня молоком. Подобное просто не укладывалось в моей голове и от от этих мыслей у меня по новой встал член, хотя я уже им сегодня изрядно " поработал" в горячих влагалищах матери и её подруги. Но молодость брала свое и я снова хотел вогнать свой стояк в узкую вагину Зинаиды Михайловны, любимой тёщи. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я переворачиваю Дашу на спину, залезаю сверху, долго и нежно целую её взасос, прижимаясь зубами к её зубам. Я ввожу во влагалище палец, затем ещё один. Пробую засунуть третий - не получается, половая щель слишком узкая. Тогда я, оставив один указательный палец, начинаю дрочить клитор, быстро и резко двигая его вверх-вниз. "О Господи, Господи..." - стонущий шёпот Даши. Её дыхание учащается, становится прерывистым. Глаза начинают блестеть от слёз, соски затвердевают как камень. Меня уже бьёт дрожь, её тоже. Я не могу больше сдерживаться. Я хочу войти в это очаровательное создание! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | У Фёдора уже вовсю стоял. Парень схватил со стола пирожное, покрыл жирным кремом головку елдака и бросился к кровати. Уперев колени в постель позади двух попок, он остановил рукой движения той, что была сверху, и всунул залупу. Девушка страстно ахнула, дёрнула задом вправо-влево... Фёдор влупил глубже и принялся наяривать. Чернявая, предельно растопырив и согнув в коленях ноги, раз за разом налегала зевом на ягодицу лежащей под ней Аглаи, которая подсунула руку под свою петунью, подушка ритмично проминалась. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | И сейчас едет, мучается: Далеко ли ещё ехать ей? Только бы дотерпела:". Но у "Электросилы" девушка не вышла, и Сергей, глядя на неё, понимал, что она уже сильно мучается, и ничем не мог ей помочь. Вряд ли она обрадуется, если он к ней подсядет и предложит помощь или проявит сочувствие. Поэтому он только смотрел на неё и мысленно поддерживал. Ему было больно смотреть на её агонию, особенно когда она фактически легла на сумку и закрыла глаза: А потом она разогнулась и встала: на сиденье осталось большое мокрое пятно. Девушка стояла, согнувшись у двери, готовясь к выходу. Края юбки были в мокрых подтеках. Свет в вагоне на секунду погас и снова включился - это означало, что они уже подъезжали к станции "Московские ворота". "Интересно, где она только сейчас найдёт место. Ведь биотуалеты уже закрыты" , - подумал про себя Сергей и в этот момент увидел, что по ногам девушки потекли струи, а на полу, перед выходом из метро, образовалась лужа. Девушка закрыла лицо руками, выскочила из вагона и помчалась наутёк. Колготки с внутренней стороны ног были полностью сырые у неё. |  |  |
| |
|