|
|
 |
Рассказ №23030
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 16/07/2020
Прочитано раз: 32242 (за неделю: 65)
Рейтинг: 56% (за неделю: 0%)
Цитата: "И вот исторический момент настал! Моя сестра лежит передо мной с широко раздвинутыми ногами. Перед этим она проинспектировала, хорошо ли надет на мой член презерватив. Моя "дудушка" выглядит какой-то ненастоящей - резинка обтягивает её очень туго (видимо, мне нужен размер побольше, но сейчас это неважно) , впечатление такое, что это - просто какое-то театральное представление. Сестра выглядит буднично - она очень спокойна, нет в ней никакой торжественности - а она, на мой взгляд, должна была бы быть, ведь она сейчас перейдёт в новое состояние, станет ЖЕНЩИНОЙ! Впрочем, у моей сестры на всё свой собственный взгляд!..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
У нашей мамы в детстве был друг. Подростками они проводили друг с другом дни напролёт - купались, загорали, валяли дурака. Яшка Метерский (так звали парня) был без ума от нашей будущей мамы. То и дело он признавался ей в любви, планировал, как они вырастут и обязательно поженятся. А девчушка в ответ хохотала - будто чувствовала, что жизнь наверняка спутает эти планы.
И действительно, всё пошло наперекосяк. Мама вышла замуж и уехала далеко из родного города. Грянула война. Метерского забрали на фронт почти в первые же дни. Он был ранен и оказался в плену. Для еврея плен - это смертный приговор. Но Яшка изобрёл выход. Он вырос на юге и блестяще владел азербайджанским языком. Друзья охотно поддержали его идею и выдали за своего - мусульманина. Теперь Яшку звали Юсуфом. А у гитлеровцев было объяснение, почему Яшка "обрезанный".
Когда война окончилась, мы (у меня к тому времени была уже младшая сестра) с мамой вернулись в её родной город, но Якова Метерского не застали. В НКВД ему не поверили, что он, еврей, остался живым в лагере, сказавшись азербайджанцем. Так он "отпахал" десятку на Колыме. А, оказавшись на свободе, попытался отыскать свою детскую любовь. Но мы к тому времени уже снова уехали на Дальний Восток, где продолжал жить и работать наш отец.
Так мама получила первое письмо от друга своего детства. Удивительная судьба Яшки взволновала её, но только и всего - уж больно солидное расстояние их разделяло... Шли годы, мы с сестрой росли. Всю свою маленькую жизнь мы были рядом и знали друг о друге всё. Как всех детей нас больше всего интересовала интимная часть.
- А можно я потрогаю? . .
- А я у тебя...
Но дальше любопытства дело не заходило.
Я заканчивал школу-десятилетку, и на повестке дня стоял вопрос: что же дальше. О том, чтобы отпустить меня одного ехать куда-то поступать в институт, речь никогда не заходила: за еврейским ребёнком всегда нужен материнский надзор. Так вся семья (кроме отца) оказалась в родном городе нашей мамы. Я поступил в вуз, а мама наконец-то отыскала Яшку. Мы с сестрой нашли его довольно привлекательным, несмотря на жестокие повороты судьбы. Метерский стал нашим частым гостем. А иногда они с мамой уходили куда-то вдвоём.
Нам нравилось оставаться наедине - мы помогали друг другу сбавлять сексуальное возбуждение. Едва мама за порог, я лез своей сестрёнке в трусики, а она бралась рукой за моего "дружка". Но сексом в прямом смысле этого слова мы никогда не занимались - знали, что это "тубо".
- Как думаешь, она ему даёт? . . - спросила однажды сестра, когда мы с ней, утолив "половой" голод, лежали без трусов на диване. Её рука была в моей сперме, но она не спешила её вытирать - ей нравилось "помогать" мне в качестве "половой партнёрши". Я шевельнул пальцем в её влажной письке:
- А ты бы дала? . .
- Что за глупости? Я никому не даю, даже тебе! . .
- Ты - другое дело. Ты - целка. Кстати, а когда ты решишь, что пора перестать быть целкой, ты кому это дело доверишь? . . Мой инструмент тебя устроит? . .
- Дурак! Думаешь, я прямо сейчас раздвину ноги и подставлюсь тебе? И не мечтай!
- Ну... не сейчас, конечно. Оставайся целкой, сколько тебе захочется. Тебе ведь достаточно того, что я тебе лижу письку? . .
- Да! Спасибо тебе, я классно кончаю!
- И тебе спасибо. Но что ты думаешь о маме? Ты не ответила...
- Трудный вопрос. Она ведь не целка, а рожавшая женщина. Муж далеко. Счётчика "там" нет - кто узнает? . . И всё же мне кажется, что НЕТ. Она папе не станет изменять.
Примерно за 2 года до окончания мною института с Крайнего севера приехал отец. Резкая смена климата оказалась для него роковой: он заболел злокачественным белокровием и вскоре скончался. Всё это время дружба Яши Метерского и нашей мамы успешно продолжалась. Принял он посильное участие и в похоронах её супруга. Но (по косвенным признакам) в личных взаимоотношениях этих давних друзей ничто не изменилось.
- Ты ничего не замечаешь? - спросила как-то раз меня сестра, когда мы, как обычно, лежали с ней в моей постели. У нас за это время тоже не произошло никаких изменений - она так и не позволила мне себя попробовать. Но регулярно испытывала оргазм, до которого я её успешно доводил своими ласками. Мне тоже было грех, как говорится, обижаться, так как она научилась очень эффективно принимать в ладошку мою жаркую сперму. A мне, естественно, хотелось другого. Иногда я не выдерживал и умоляюще вопрошал:
- Ну, когда?! . Когда же? . .
- Ни-ког-да! Ты до сих пор не понял? Это - противоестественно. Ты - брат. Брат? . .
- Да, брат. Но ты же хотела, чтобы именно я "сломал" тебе целку. Так, или я что-то путаю? . .
- Да. Я и сейчас хочу. Но это же - механическая процедура, не более того. Я могла бы и сама себе это сделать, и без твоего участия. Как? Очень даже просто! Например, ручкой от расчёски... Но я ведь тебя люблю, дурачок! Твоя пиписька - она только формально твоя, фактически она МОЯ! Я её капризы и привычки знаю куда лучше, чем ты сам. Не замечал? . . Например, иногда ты долго почему-то не возбуждаешься и не кончаешь несмотря на все мои усилия. Что я делаю? Откидываю простынь и якобы невзначай показываю тебе свою писю. Не замечал? Не срабатывает, - раздвигаю половые губки и начинаю ковыряться ТАМ пальчиком. И вот - ты разряжаешься, будто маленький вулкан! . .
- Зачем ты меня мучаешь? Какая тебе разница: брат или не брат. Я - просто парень. Если надеть презерватив, то ты никогда не забеременеешь. Так какая же разница?! .
- Большая! Если ты когда-нибудь засунешь сюда... - она откинула простынь и ткнула пальчиком... - свою пипиську, то ты ТОЛЬКО проткнёшь то, что я могу проткнуть чем-то твёрдым. Понял? Не более того! В презервативе, или без презервативе ты НИКОГДА не кончишь мне внутрь. Потому что (хочешь ты этого или нет) ты будешь мечтать о том, чтобы я, твоя сестра, от тебя забеременела...
- Ты - дурочка!
- Пусть так. Хватит пялиться! Дай мне укрыться! . .
- Кстати, ты что-то хотела спросить и не спросила...
- Ах, да! Ты не обратил внимания, у нашей парочки Яша - мамаша что-то изменилось? . .
- В смысле? . .
- Ну, он же навроде тебя - столько лет мечтал что-то от неё получить...
- Не знаю. Да и зачем мне знать? . .
- А мне вот интересно! И я обязательно узнаю... Кстати, готовься: теперь уже скоро! . .
- Что скоро? . .
- Будешь моей "ручкой от расчёски"...
- Да ну!!! Когда же? . .
- Ну... Может быть, даже завтра...
На следующий день сестра разыскала меня в сарае, где я укладывал в штабель поколотые только что дрова:
- Смотри, что я нашла... - и показывает какой-то узелок.
Я развернул его и увидел аккуратно уложенные и скрученные колечками презервативы.
- Где ты это нашла-то? . .
- В шкафу, на папиной полке. Там был ещё небольшой свёрточек, куда он складывал использованные. Видимо, недосуг был ночью, в темноте куда-то их девать... Сам подумай: ты "поработал" в удовольствие на жене, кончил от души и - на тебе: надо ещё сдёрнутый с члена и никому не нужный, грязный предмет куда-то девать...
- Здорово рассказываешь! Как будто присутствовала...
- Да... Теперь я просто уверена, что Метерскому ничего так и не перепало - наш папаша до последнего старался...
- Ты лучше скажи: решилась, наконец? Вчера обещала...
- Да, решилась. Сегодня всё и сделаем. Готов? . .
- Как пионер! . .
И вот исторический момент настал! Моя сестра лежит передо мной с широко раздвинутыми ногами. Перед этим она проинспектировала, хорошо ли надет на мой член презерватив. Моя "дудушка" выглядит какой-то ненастоящей - резинка обтягивает её очень туго (видимо, мне нужен размер побольше, но сейчас это неважно) , впечатление такое, что это - просто какое-то театральное представление. Сестра выглядит буднично - она очень спокойна, нет в ней никакой торжественности - а она, на мой взгляд, должна была бы быть, ведь она сейчас перейдёт в новое состояние, станет ЖЕНЩИНОЙ! Впрочем, у моей сестры на всё свой собственный взгляд!
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 74%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 48%)
» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 71%)
|
 |
 |
 |
 |  | В дверь позвонили. Кидсон нехотя отложил журнал, отодвинул в сторону столик со свежей почтой и покачал головой.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Тут я решил, что не все попробовал, вынул член, он был весь в ее соку и направил в попку. Она вначале не поняла, что произошло, а потом было поздно. Она пыталась выбраться, но я ее крепко держал. Ей ничего не оставалось как закусить руку и терпеть! Не знаю был ли у нее в попке кто до меня, но не разработанное очко было прекрасным. Узенькое, я там достаточно быстро кончил и отпустил ее.Она вся зареванная присела на унитаз. Больно было? Мне ее стало жалко, руку в кровь прикусила: ладно не переживай в след раз будет легче, сказал я, вышел, оставив ее подмываться и одеваться. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Ее родители, ни о чем не подозревая, продолжали приносить в дом новые и новые порнофильмы, и Аленка их внимательно изучала. И каждый раз, увидев что-то новое, просила меня это попробовать. Так мы с ней испробовали даже такие вещи, как анальный секс; я, аккуратно потрахав ее в попку, спускал ей туда, и Аленка потом с радостью шла в школу с моей спермой в себе. Так же мы испробовали и групповой секс - Аленка и три парня; правда, в роли второго и третьего парней выступали резиновые члены, с которыми я приходил к ней. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Александр решил, тем временем, освободить Олину талию и снять ее с кресла. Причем решил это сделать, не снимая кляп и повязку с глаз Оли. Путь немного понервничает. Сняв Ольгу с кресла и усадив ее на пол, Александр уже привычно открыл замки на кляпе, и вот, с чмоканьем, шарик вынут из Олиного ротика. Ольга, в отличие от Марины, попыталась сразу что-то сказать. Как только Ольга смогла говорить, она тут же быстро заговорила, причем не потребовала даже снять повязку с ее глаз. |  |  |
| |
|