|
|
 |
Рассказ №23976
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 24/03/2021
Прочитано раз: 33659 (за неделю: 3)
Рейтинг: 45% (за неделю: 0%)
Цитата: "Игорю пришлось дождаться, когда к нему вернётся дар речи. Он был, словно, в прострации, и не верил в то, что слышал. Слова матери будили в нём тайные сокровенные мысли и желания, но разум брал вверх. Великий грех возлечь на любовном ложе со своей матерью! И то, что она так красива и ладна, - это было его крестом, душевной борьбой похоти с разумом, которую он вёл в самом себе, внутри себя, с самого своего возращения с похода. И, которую, конечно, тщательно скрывал от матери. О чём не решался сказать на исповеди даже священнику...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Ты очень молод, сын, - просто сказала она на немой вопрос Игоря, - кровь, бурлит в твоих жилах. Тебе нужна женщина. Это очень вредно для мужчины, - в твоём возрасте быть долго без женщины. Женится бы тебе, сына. Но старейшины ведь не разрешат тебе заводить новую семью пока не повзрослеют твои сёстры. Значит, тебе нужна наложница. Тем более, что теперь мы можем себе это позволить, - мама улыбнулась, - а то последнее время мне уже страшно ходить с тобой в баню. .
Игорь покраснел, как рак и посмотрел на мать. В её глазах мелькали весёлые искорки, но никакой насмешки не было. Мама говорила серьёзно. Увидев реакцию Игоря, она игриво взъерошила его волосы рукой и торопливо вышла из комнаты.
Мысли о наложнице посещали Игоря не раз. Конечно, в Олениче законы по таким делам суровы, - до не моги. Никаких наложниц праведные старейшины не признавали. Только жёны. Но, действительно, по - законам Оленича, Игорь не имел права жениться, покуда не поставит на ноги свою прежнюю семью. И, значит, старейшины могли пойти ему навстречу т разрешить взять себе наложницу.
Молодая хорошая женщина стоит дорого. Гораздо больше, чем дюжий холоп. Может, через год, когда деньги вложенные в хозяйство принесут доход, он и сможет позволить себе женщину. Но сейчас, когда впереди зима, было бы глупо тратить из уже небогатой мошны деньги на свои скоромные желания. Игорь вздохнул. Но мать была права, - бабу хотелось. . Вдовушек-то после Чёрного года в деревне хватало, но ушлые старейшины вмиг, чуть ли не силком переженили многих вдовушек и вдовцов, дабы не подорвать благосостояния Оленича.
Он вспомнил, как однажды мать застукала его с дружками, как они подглядывали за купающимися бабами в реке. Игорю тогда уж четырнадцать минуло. Ему мать не сказала ничего. Но скоро отец, хохоча, интересовался, что, мол, сынку, девки уже стали на ум западать?
Тогда по весне отец взял его с собой в лодейный караван на весло на торги в Киев. Мало того, что сам Киев своей красотой и величественностью просто поразил отрока, так отец взял его с собой в хмельной дом, что держал один грек на Подоле. Здесь были женщины. Много женщин. Молодых и красивых. Самых-самых разных, наверное, со всех уголков мира. Чёрные, белые, смуглые, мулатки. . Отец видя реакцию сына, расхохотался, и сказал, что любая из них может принадлежать ему, Игорю, и будет утолять любые его прихоти. Так, Игорь познакомился с проститутками. В те дни, а отец водил его четыре вечера подряд в хмельной дом, он многое познал о женщинах, и о том, на что способны эти существа. Отец брал ему самых искусных шлюх, и они ублажали отрока своими телами так, как прежде он не мог себе представить даже во сне. С помощью своего рта, губ, языка, пальцев, груди, ножек, ягодиц, своего лона и попки они могли доставить поистине райское наслаждение.
Ещё отец научал ошарашенного парня, что есть такие желания, с которыми принято ходить только к этим непотребным девкам. Нельзя оскорблять жену, мать своих детей, засовывая свой член ей в рот, или в попку. Для порядочной православной женщины это предосудительно и неподобающе. К тому же твоя жена, - это мать твоих будущих детей. Да и церковники не приемлют такого. С женой должно быть всё чинно и благородно. Но в каждом мужчине тлеют тёмные страсти, добавил отец, но выход этим страстям можно давать только в хмельном доме. На худой конец с рабыней, но только не с крещенной, нечего гневить Бога. Ибо разврат и прелюбодейство страшные грехи, не зря ведь за них были так жестоко наказаны Содом и Гоморра.
Прибежала мать, держа в руках почтового голубя, с радостным блеском в глазах:
- Смотри, сынку, Яромиры просятся к нам в гости на Ивана-Купалу!
Обрадованный Игорь вскочил ей навстречу.
***
Яромиры. Братья - близнецы, Олег и Бор. Дядьки Игоря, младшие братья отца. Пожаловали с богатыми гостинцами со своими жёнами и детьми.
То понятно. На Руси Ивана-Купалу справляли не хуже, чем Новый год, или Рождество Христово. А как справляли Ивана-Купалу в Олениче, так не праздновали нигде. И, конечно, братья не могли не приехать на такой праздник. Оба были с Дубравой Заставы на Днепре. Эдакая своеобразная одновременно и крепость и торговый пост Оленича на неспокойных водах Днепра. Убежище для торговых караванов Оленича.
И скоро дом наполнился гомоном и суетой. Дети играли и громко веселились во дворе Игорева дома. Мама миловалась с жёнами Яромиров, - Ольгой и Лебедью. Они были давними подружками. Ещё с тех времён когда отцовы братья жили в Оленичи, и ещё не были никакими Яромирами.
К ночи уже полОленича были у них в доме, в деревне всё ж уже давно были друг другу родственниками.
Столы были накрыты прямо на улице, жарища стояла невероятная, гости пили и веселились. Скоморохи плясали и корчили рожи, гусляры пели песни. Игорь скоро порядком захмелел, и всё стало сливаться воедино, - дикие пляски, и прыжки через костры в хвалу Ивана Купалы, хороводы, и родовые песни хором во всё горло.
К ночи ближе что-то совсем разморило его, - ну, то, ещё бы, - пить-то он совсем не приучен был. Потихоньку, бочком, незаметно, он улизнул с празднеств, добрался до дому, - тут и не было-то никого, кроме старой Агафьи и девочек в дальней детской области, все на гулянье. В сенях сунул голову в ведро со студёной колодезной водой, но помогло ему это мало. В его опочивальне кровать была заботливо расстелена. Игорь стянул через голову нарядную рубаху, скинул праздничные красные кожаные сапоги, испил холодного квасу, что стоял в кувшине у изголовья кровати и рухнул на кровать. Но как ни странно, хмельной сон не шёл, как то должно было быть.
Его и не мутило, как будто открылось второе дыхание вот так за здрасте. Игорь лежал и вяло разглядывал белоснежный расписной потолок. Расписывала его мама. Он вспомнил о матери. Где мама? На ум сами собой пришли воспоминания о любовных историях, что каждый год непременно случались во хмелю в ночь на Ивана Купалу. И в скандалах нередко бывали замешаны вполне зрелые уважаемые матроны. А на маму вон как мужики и трезвые -то облизываются. .
- Мама! - это был не крик, скорее полурык - полуокрик. Требовательный, громкий, жёсткий, - мама!!!
Интересно, как она его услышит? Шум от музыки и песен по всему Оленичу стоял неимоверный. Но. .
- Да, соколик, мой. . - это была мама. Она заглянула в дверь его опочивальни. И Игорь облегчённо перевёл дух. Нет, не желал он, чтобы мама оставалась одна, без него, на безудержном празднестве. Мама замерла в дверях.
- Иди сюда! , - махнул он ей рукой, - сядь рядом на кровать.
Мама послушно уселась рядом с ним, но отчего-то не спускала с него настороженных глаз.
- Прости, мам, - на миг Игорю стало стыдно, - пить совсем не умею. . Побудь со мной.
Мама только согласно кивнула. Игорь хоть и сам был пьян, но потому, как блестят у матери глаза и румянцу на её щеках понял, что она тоже очень даже навеселе.
Ему хотелось сказать ей что-то многозначительное умное и рассудительное, чтобы показать матери, что он очень даже трезв. Почему-то на ум пришли яромировские семьи, и то, что где же они будут спать. Дом был большой, но светлиц всё равно на всех не хватит.
- Мам! , - голос отчего-то вышел резким, - я хочу, чтобы ты сегодня легла здесь, со мной!
Он хотел ей это предложить, вроде как посоветоваться с ней, но вышло таким тоном, словно он приказал это ей сделать. Приказал матери лечь в его постель. Игорь даже осёкся.
Мама как-то вздрогнула, вроде как даже поникла, странно взглянула на него, каким-то непонятным робким взглядом.
- Ты, правда, этого хочешь, сын? , - тихо спросила она.
Игорь сел на кровати, и внезапно ощутил, что вроде как, даже протрезвел. Даже бодрости и задора прибавилось. Вот она, значит, знаменитая оленическая медовуха, - быстро хмелит, но и быстро отступает. Игорь уж было начал матери объяснять, что эт он предлагает просто ей, чтобы было где всё семейство Яромиров в доме расположить, но мама, вдруг, накрыла его рот горячей ладошкой, и порывисто встала.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 59%)
» (рейтинг: 70%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 31%)
» (рейтинг: 59%)
» (рейтинг: 32%)
» (рейтинг: 34%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 42%)
|
 |
 |
 |
 |  | -вылижи их, сучка! - громко сказал я, чтобы было слышно на видео, и она принялась их вылизывать. Мне скоро это надоело. Я отодвинул ее голову и начал водить членом по ее губам, щекам глазам, специально унижая ее для видео. Я даже начал замечать, что ей это нравиться. Не смотря на то, что она корчила недовольную рожу, у этой сучки не получалось скрыть истинные эмоции. Она закрыла глаза, и когда я водил членом вокруг ее губ, она приоткрывала их, как будто приглашая в ротик. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Конечно же, я позвонил маме о том, где я. А дальше мы просто смотрели телевизор. Я разделся только до футболки и спортивных штанов, ну, так же как я сегодня бегал на физкультуре. А вот Амина, видимо, переоделась под то, что она обычно надевала домой: сиреневые трусики, гольфы и лёгкую футболочку. Мы смотрели телевизор где-то полчаса, за это время я заметил, что Амина смогла перелезть с противоположного мне края дивана ко мне на колени. Это было весьма уютно, но вот только, как понимаете, пенис мой поднялся. Не заметить это она не могла, ведь она это чувствовала прямо своим телом. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Ира неохотно выполнила приказ, оголив свою круглую попочку перед Алиной. Женщина опять намазала указательный палец правой руки вазелином, велела племяннице нагнуться вперёд и положить руки на колени. Левой рукой она раздвинула ягодицы девочки, а правой ввела ей в задний проход пальчик. Девчонка слегка застонала, ей было неприятно ощущать инородный предмет себе в попе. "Что, больно?" , спросила её тётя Алина. "Да так... неприятно очень" , проворчала в ответ Ира. "Да, конечно, приятного тут мало" , согласилась женщина, "однако что надо, то надо. Когда гинеколог проверяет, тоже жутко неприятно, но приходится терпеть". Она стала крутить палец вокруг своей оси и в один миг вроде почувствовала что-то твёрдое внутри кишки Иры. "Ага" , она сказала, "у тебя там всё-таки сидит одна не вышедшая какашка. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Петр поработав поршнем минут десять, понял, что приближается извержение. Изливаться в соню ему не хотелось. Зачем барышне доставлять проблемы? Ребенка она не прокормит, а на аборт нужны деньги. Поэтому он развернул ее к себе лицом и с рыком стал брызгать ей на лицо, грудь. Часть молочной густой жидкости попала Соне на губы, она лизнула машинально языком и почувствовала солено-терпкий вкус с незнакомым, но почему то очень возбуждающим запахом! Она не знала, что это за запах, но интуитивно чувствовала, что запах ей нравится! |  |  |
| |
|