|
|
 |
Рассказ №8140 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: , ,
Dата опубликования: Понедельник, 29/06/2026
Прочитано раз: 150626 (за неделю: 203)
Рейтинг: 79% (за неделю: 0%)
Цитата: "Захватило у Ростика дух - первый раз он такое видит: большая пиписька торчит напряженно, словно пушка, нацелившись прямо Ване в лоб! А Ваня спит - ничего не знает... вот это да! Неужели и у него, у маленького Ростика, такая пиписька будет, когда он вырастет таким же большим, как Ваня? Протянул Ростик руку... думаю, не нужно, мой затаившийся читатель, говорить, что никакого такого возбуждения, свидетельствующего о нетрадиционных наклонностях, как, впрочем, и вообще никакого возбуждения Ростик в этот момент не испытывал, а все делал исключительно из чувства неодолимого любопытства и неукротимой тяги к познанию... протянул он руку и осторожно прикоснулся к Ваниной пипиське, - спит Ваня - не просыпается... а пиписька горячая... твердая... - погладил Ростик ее осторожно, - Ваня во сне только несколько раз губами сделал так, как будто он, Ваня, целует кого-то... а Ростик, видя, что Ваня не просыпается, совсем осмелел - обхватил пипиську ладошкой и сдвинул невольно с ее верхушечки нежную горячую кожу, обнажив тем самым всю верхнюю часть пиписьки, чем-то напоминающую красивый гриб, полностью... И здесь вдруг случилось то, чего Ростик даже предположить не мог - Ванина горячая пиписька вдруг дернулась в Ростиковой ладошке, застонал Ваня во сне, и в тот же момент из пиписьки упругим фонтанчиком выскочила, словно выстрелила, струйка чего-то - до самого Ваниного подбородка... Перепугался Ростик, и даже не на шутку перепугался - в тот же момент разжал ладошку и руку за спину стремительно спрятал... даже дышать перестал - замер и думает: а ну как Ваня проснется? Откроет Ваня глаза, а одеяло откинуто в сторону, пиписька торчит из трусов, а у Вани по шее стекает какая-то жидкость... лежит бедный Ростик - ни жив ни мертв. Только Ваня спит - не просыпается... "Ну, - думает Ростик, - пронесло, кажется. Нужно еще раз попробовать - за пипиську Ваню потрогать... " Только он так подумал, как Ваня вдруг ногами зашевелил и, что-то во сне пробормотав, отвернулся от Ростика - лег к младшему брату спиной, а спустя еще пару секунд перевернулся во сне совсем на живот, и пиписька Ванина сделалась для Ростика уже совершенно недоступной. Огорчился Ростик, но... что здесь сделаешь? Ничего. И Ростик сам не заметил, как тоже уснул...."
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ] [ ]
Вот в таком городе - городе N - жила-была самая что ни на есть обычная семья, состоящая из четырех человек. Старшему сыну - Ване - было уже шестнадцать лет, а младшему его брату, Ростику, было меньше, и жили братья в этой семье как живут все братья в других таких же семьях; иногда они ссорились и даже дулись друг на друга - друг с другом не разговаривали, но потом обязательно мирились, и жизнь продолжалась... И вот однажды папа и мама решили поехать в санаторий; но здесь нужно честно сказать, что в санаторий ехать решили они не сразу, поскольку было это не лето, а была весна, и Ростик ходил в школу, а Ваня тоже учился - в техническом колледже, а это значит, что их нужно было оставлять одних - на целые две недели. Конечно, две недели - это не два года, и Ваня почти что взрослый, да и Ростик, если подумать без сюсюканья, уже не маленький, и - тем не менее. Собрали семейный совет: ехать или не ехать? Ваня с Ростиком стали убеждать папу и маму, чтобы те ехали и ни о чем не беспокоились, а они, то есть Ростик и Ваня, две недели без них справятся. Да и то сказать: кто в таком возрасте не мечтает пожить хоть немного самостоятельно! Ваня мог бы в случае отсутствия папы и мамы приходить попозже домой и не выслушивать при этом маминого ворчания, что опять он поздно пришел. А Ростик без папы и мамы мог бы вволю наиграться на компьютере, и никто бы не отрывал его от игры на самом интересном месте. И вообще... две недели без родительской опеки - это ли не счастье? Думали папа с мамой, думали... и решили они все-таки ехать, потому как путевка была по льготной цене и не воспользоваться такой путевкой было грех. Накупили они еды всякой на две недели, чтобы Ростик и Ваня могли кушать, мама научила Ваню жарить омлет, а папа по приказу мамы сходил в школу - предупредил классную руководительницу Ростика, что они уезжают. Надавали папа и мама Ване и Ростику всяких указаний-советов - нужных и ненужных, поцеловала мама Ростика и хотела Ваню поцеловать, но Ваня сказал, что его целовать не нужно, и мама его целовать не стала. Сели папа и мама в поезд, проходящий через их город, и - уехали. В санаторий. И остались Ваня и Ростик одни - на целые две недели!
Остались Ваня и Ростик одни, и Ваня, понятно, остался за старшего. Строго-настрого мама наказала Ростику, чтобы он старшего брата во всем слушался, а Ване наказала, чтобы Ваня брата младшего не обижал. Уехали папа и мама под вечер. Ваня съездил на вокзал тоже - папу и маму проводил; на вокзале, кстати, мама предприняла еще одну попытку Ваню, старшего сына, на прощание поцеловать, но это уже вообще ни в какие ворота не лезло... На обратном пути заехал Ваня к Сереге, своему другу, с которым он вместе учился в техническом колледже. Серега этот жил в общежитии - специальном здании для студенческого разврата. Но в тот день никакого разврата не было, и они посидели в Серегиной комнате просто так - поговорили обо всем понемногу и разошлись. То есть Ваня с другом своим, Серегой, может быть, и еще б посидел - поговорил бы о чем-нибудь, но Сереге нужно было идти на свидание в другое общежитие, а Ваня вдруг вспомнил, что Ростик остался дома один, и тоже заторопился - все-таки он, Ваня, как-никак теперь был дома за старшего.
Приехал Ваня домой, а Ростик сидит за своим столом - горько плачет. Перепугался Ваня: что такое? что случилось? Оказалось, что папа им, сыновьям своим, по наущению мамы подложил хорошую свинью: запоролил папа в компьютере BIOS, а пароль, понятное дело, ни Ване, ни Ростику не сказал, да оно и понятно - не для того он ставил пароль, чтоб его говорить, а для того он его поставил, чтобы Ростик после школы уроки делал, а не просиживал бесконтрольно за своими играми, и чтобы Ваня по ночам, когда Ростик спит, не искал во Всемирной Паутине всякие нехорошие сайты и не знакомился с разными нехорошими картинками, каких на этих нехороших сайтах превеликое множество. Огорчился Ваня, когда Ростик ему поведал, какую папа свинью подложил, потому как именно всяких нехороших картинок Ваня планировал насмотреться вдоволь, и еще он хотел пригласить в гости Серегу и ему эти картинки показать тоже, то есть хотелось, очень хотелось Ване нехорошие картинки посмотреть с Серегой, другом своим, вместе. И вот: я от дедушки ушел, я от бабушки ушел - здравствуй, жопа, Новый год... тьфу!
Сжарил Ваня, как его мама научила, Ростику и себе на ужин омлет, поели они оба без аппетита. Стали спать укладываться. А спали они в одной комнате, и называлась эта комната "детской". Застелили каждый свою постель. Подумал Ваня почему-то про Серегу, друга своего, и - посмотрел на Ростика...
Здесь так и хочется сказать: "и замыслил Ваня черное нехорошее дело... ", или так, например: "и почувствовал Ваня нарастающее желание... ", или, например, даже так: "и сладкая дрожь предвкушения пробежала по телу Вани... " - да много как можно было бы здесь сказать, когда всяких историй таких в наше современное время происходит тьма тьмущая. Но в нашей истории сказать так означало бы сказать неправду... то есть правду, именно правду, но - суровую правду жизни, а у нас, мой читатель, всё-таки сказка... и потом: это в сказках для детей все быстро делается, а в жизни - в сказке для взрослых - все делается не всегда так быстро, как хочется, и все не так просто, как кажется, а часто даже совсем не просто... да и Ваня был уже почти взрослый - было Ване шестнадцать лет, и был он студентом технического колледжа.
Одним словом, посмотрел Ваня на Ростика, своего младшего брата, и - ничего не подумал, а подумал он, укладываясь спать, опять про Серегу, друга своего... Но если кто-то уже успел подумать или даже про себя решил, что Ваня имел нетрадиционные или какие прочие извращенные наклонности по причине своей неудержимой весны, и если уже кто-то нетерпеливо ждет всяких-разных сомнительных описаний и смакований реализации этих самых наклонностей, то я должен остудить пыл такого опытного и даже нетерпеливого читателя, потому что сам Ваня не то что не торопился - на потребу этому самому нетерпеливому читателю - свои наклонности реализовывать, но даже в самих своих наклонностях еще чувствовал некоторую и даже основательную неопределенность, и в какую сторону качнется маятник или, допустим, как ляжет-сложится карта, он, то есть Ваня, еще не знал... и даже когда он, то есть маятник, в какую-либо сторону обязательно качнется, то качнется он в эту самую сторону на время или навсегда, и что это будет за сторона вообще... ничего этого ни Ваня, ни кто-либо другой еще не знали и знать не могли; остынь, нетерпеливый читатель, - обо всем мы с тобой узнаешь в свое время! Если, конечно, тебе, вечно спешащему, это интересно и если есть у тебя, мой читатель, такое желание или даже такая возможность в наше стремительно утекающее торопливое время.
Ну, и вот... легли они, Ваня и Ростик, спать - каждый в свою постель. Но если у Вани никаких видов на Ростика не было и, добавим, по причине временного отсутствия ясности в собственных наклонностях быть не могло, то у Ростика - по причине его детского любопытства - виды на Ваню были, и виды эти были вполне определенные и даже конкретные, - не прошло и пяти минут, как Ваня услышал шепот младшего брата:
- Вань... ты спишь уже? Ваня...
- Чего тебе? - нехотя отозвался старший брат, отрываясь от своих мыслей о Сереге.
- Можно, я лягу с тобой? - прошептал Ростик, приподнимаясь.
- С какой это радости? - тут же отозвался Ваня, не испытывая ни малейшего желания видеть в своей постели младшего брата.
- Мне страшно... - прошептал Ростик. - Вань, можно? Я с краюшка...
- Чего тебе страшно? Спи давай... не выдумывай! - проговорил Ваня намеренно громко, желая таким чересчур простым способом маленького Ростика успокоить, а всех гипотетических чертей и прочую нечисть разогнать и развеять.
- Страшно, - повторил Ростик. - Мне кажется, что здесь... здесь кто-то есть... Ваня, я с тобой лягу! Можно?
- Нельзя! Никого здесь нет... спи, блин, в своей постели! - с досадой проговорил Ваня.
- Ваня! Мне страшно, - упрямо прошептал Ростик и, подумав секунду, тут же для пущей убедительности добавил: - Я не могу уснуть. Ваня... можно, я лягу с тобой?
- Ну, блин... заколебал! - Ваня уже понял, что Ростик не отвяжется и потому, чуть подвигаясь к стене, буркнул недовольно: - Ложись. И попробуй только шевельнуться... Слышал, что мама говорила? Чтоб ты меня слушался... если хоть раз шевельнешься, вмиг полетишь на пол! И вообще... отпорю ремнём, - пообещал Ваня.
- Ладно, - легко согласился Ростик, очень довольный, что всё уже начало получаться. Он соскочил со своей кровати и тут же юркнул под одеяло в кровать старшего брата. - Мама, кстати, не говорила, чтоб ты меня порол, - на всякий случай уточнил Ростик, мостясь на краю Ваниной постели, - а говорила, чтобы ты обо мне заботился.
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 74%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 48%)
» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 71%)
|
 |
 |
 |
 |  | Иришка подвела к кровати Эмилио и стянула с него шорты. Взяла анальный крем, намазала палец и стала вводить его в попу подружки. Жаклин ойкнула. Ира взяла рукой член паренька и направила в анальное отверстие попы Жаклин. Эмилио дрожал, его член звенел он напряжения. Иришка придала мальчишке ускорение шлепком по попе. Эмилио дернулся и его член вошел в анальное отверстие Жаклин. Девочка замычала и зарылась лицом в покрывало. Паренек прижал к себе бедра девочки, несколько раз дернулся, всхлипнул и застыл с широко раскрытыми глазами. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Кончил я снова на грудь, вытерев сперму с груди и члена решил, что нужно лечь и дождаться Максима, а потом ему рассказать, что я всё слышал и знаю о нём и Игоре. Незаметно для себя я уснул. Проснулся я от того, что меня кто-то гладил по члену и яйцам, открыв глаза, я увидел, что это был Макс. Мы стали целоваться, затем Макс стал ласкат мои соски, постепенно опускаясь к члену и наконец взял его в рот, сначала осторожно, затем всё смелее, он стал делать мне миньет, левой рукой он массировал мне яйца, которые уже подтянулись к основанию члена и стали крепкими, как мячики для гольфа, ещё несколько секунд и я начал кончать в рот Максима, который еле успевал сглатывать то, что ему отдавал мой член. В этот момент я понял, что и Макс кончает, оказывается он, всё это время дрочил свой член, который стал выбрасывать порции спермы как раз со мной вместе, сперма летела на мои ноги, постель, на грудь Максима. Кончив я поцеловал Макса, обнял его, и он прилёг на мою полку рядом со мной, отдохнув около получаса, я решил, что неплохо было бы перекусить, Макс поддержал моё предложение и уже через 15 минут на столе было два стакана горячего ароматного кофе, (у Игоря нашлась кофеварка и натуральный кофе, что было просто супер) , четыре стаканчика йогурта, плитка шоколада, завтрак из такого набора продуктов нас вполне устраивал и мы приступили к трапезе. Затем когда пришла очередь кофе, мы умиротворенные сидели на одной полке и разговаривали с Максом, у меня сложилось впечатление, что я знаю Макса уже сто лет, вдруг раздался стук в дверь купе, она открылась и в проёме появилось милое лицо нашего проводника, Игорь лукаво улыбаясь спросил как наши дела, и получив ответ, что всё супер, сказал, что если будут проблемы можно обратиться к нему и он всё сделает, чтобы мы ни в чём не нуждались, и действительно, мы до конца пути не испытывали никаких проблем, так и добрались до пункта назначения. Как выяснилось Максиму негде было остановиться, он планировал снять квартиру по приезду, я в свою очередь предложил остановиться у своей тёти, зная что у неё большой дом у побережья и место ему найдётся, Макс согласился принять моё предложение и мы поймав такси рванули к тётке. Тётя Наташа встретила нас с огромной радостью, Максима я ей представил как своего друга и сказал, что хотел бы, чтоб он остановился у нас, возражений со стороны тёткки не последовало, учитывая то, что она вдова, её муж, был моряком и погиб в одном из плаваний, и теперь она жила одна с сыном в огромном двухэтажном доме, она ничего не имела против. Она показала нам большую комнату на первом этаже, окна которой выходили в сад, комната была очень светлой, недовно в доме был сделан хороший ремонт, стояла хорошая мебель, в комнате был установлен большой телевизор, короче нам с Максом все понравилось. Ма начали распаковывать свои вещи и распологаться, тетя тем временем ушла на кухню, накрывать на стол. Минут через 20 нас позвали к столу. Я спросил у тётки, где же Данила, её сын и мой собстаенно, двоюродный брат? Она ответила, что он с друзьям ушел в поход и должен вернуться завтра, я немного расстроился, очень хотелось увидеть Даника, как я его называл, думаю за последние пять лет он сильно изменился, последний раз, когда я его видел ему было всего 15, но уже тогда он был очень привлекательным, широкие плечи, узкие бедра, но всё-таки было заметно, что это ещё подросток, думаю теперь он превратился в настоящего красавца, у него были голубые глаза, светлые, цвета ржи волосы, длительные ресницы и вообще он был похож на античного бога. Тётя стала меня распрашивать о доме и родителях, Максим поблагодарив за обед и сказав, что хочет прилечь отдохнуть, ушёл в комнату, мы с тётей остались на кухне и продолжили беседу о моих домашних. Через некоторое время я тоже стал моргать медленнее и тётка заметив это отправила меня в комнату, настояв на том, чтоб я отдохнул с дороги. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И тут к вечеру - явление Христа народу, как выдал Толя. Идут-бредут наши еле живые девушки-медички. Голодные и смертельно уставшие! Как оказалось, майор повёл их на восток, а там точно немцы. Тогда они рванули обратно! И тут увидели на дороге мотоцикл. Тот младший лейтенант, что пришёл с майором, завёл его, майор сел в коляску и они рванули по дороге к своим, приказав девушкам выбираться к своим. И теперь они не знают, что им делать. А вышли сюда они, учуяв запах костра и чая. Девушки, раз я молчу, стали плакать - теперь они поняли, какие они были полные дуры и послушали этого толстого майора. А я ещё и усугубил, сказав, что я их не беру с собой, они склонны к предательству. Ну а раз вы котёл не бросили, то готовьте на нём сами... И опять слезы - а у них ничего нет! |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Ну, что тут скажешь, когда сердце переполняют не слова, и даже не мысли... Ощущения, которые даже нельзя облечь в словесную форму. Когда каждой клеточкой своего тела чувствуешь прикосновение, которого не было в реальности. Но здесь оно существует и кажется самым желанным, как последний глоток воздуха для приговоренного к смерти. И где это здесь, за какой гранью? Тихий шепот, когда даже не разобрать слов, а дыхание обжигает, обещая все радости потерянного рая. Губы так близки и манящи, какую тайн |  |  |
| |
|