|
|
 |
Рассказ №8659
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 18/08/2007
Прочитано раз: 256844 (за неделю: 247)
Рейтинг: 74% (за неделю: 0%)
Цитата: "Улыбнулась. И тут из глубины памяти всплыл адрес сайтика, когда-то показанного ей покойным мужем. Марина встала с тахты и, подойдя к Сережке, наклонилась, оперлась грудями о его спину...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Марина села с плотно сжатыми ногами на диван. "Ну, где вы мои, годы спортивной гимнастики" - подумала она, и медленно подняла сжатые ноги. Выглянула из-за них: Сережка сосредоточенно снимал. Завела руки за бедра, раздвинула половые губы, засмеялась и, насколько позволяла поза, повертела попой: потом, убрав руки, медленно развела ноги почти на шпагат, опять пальцами раскрыла свой бутон и медленно опустила ноги на пол, согнув, но не сводя их.
Улыбаясь, посмотрела на сына:
- Ну как?
- Не хуже, чем у Таньки, - сын засмеялся и встал в полуметре от Марины на колени, направив объектив на ее промежность. Вдруг протянул руку и завел два пальца в Маринино влагалище, чуть почесав верхнюю стенку изнутри в той точке, которую мама показала ему вчера, на треть от входа. Марина сладко вздрогнула и хихикнула.
- Мам, а ты у меня уже опять вся мокрая: и как там у тебя внутри интересно все-таки, - он дотянулся пальцами до шейки матки, и она сказала сладостное "М-м-м-м!".
- Интересно, говоришь? - чуть задумчиво сказала она. - Подожди, - встала и вышла к себе в комнату.
Сережка, уже увлеченный процессом съемки, снял и уход мамы, и ее возвращение через минуту с синим, явно медицинского вида небольшим пластиковым пакетиком в руках.
- А вот я сейчас тебе все-все покажу! Должен же ты у меня знать, как женщина устроена. Да и сама потом посмотрю заодно, все ли там у меня в порядке, а то уже год у гинеколога не была, может, все мхом заросло - Марина, смеясь, разорвала пакетик и достала из него сначала резиновые перчатки, небрежно отброшенные ей на стол, а потом прозрачное гинекологическое зеркало. - Прошлый год на профосмотр ходила, купила заранее, да забыла дома, пришлось еще один покупать. Как чувствовала, что для сына пригодится, - засмеялась она и уселась на край тахты с широко раздвинутыми ногами.
В возбужденное влагалище расширитель вошел, как по маслу, и Марина, закрепив ручку, откинулась назад.
- Гляди. И снимай, потом и сама погляжу, - засмеялась она.
Сережка включил подсветку на камере, и мамина заветная пещерка, широко раскрытая между пластмассовых, прозрачных стенок, засветилась розовым влажным перламутром. В глубине стал хорошо виден небольшой купол шейки матки с продолговатой дырочкой посередине, из которой выходила веревочка внутриматочной спирали.
- Ой, мам, а тут красиво: Это что за холмик? - Сережка, протянув палец, коснулся шейки.
- Это, сына, матка, ты в ней первые девять месяцев жил, - засмеялась Марина. - Ну, хватит, - зеркало все же несколько неприятно растягивало влагалище, и Марина вынула его из себя. - Как бы еще?
- Мам: а покажи мне, как ты с вибраторами играешь, а?
- С вибраторами? Ну, давай:
И Марина показала. С удовольствием. До самого оргазма, который, правда, получился так себе - слабеньким, но она не расстроилась - сегодня ей перепало и так столько, что дальше некуда:
Немножко отдышавшись, она посмотрела на сидящего рядом с ней на тахте с видеокамерой в руках сына.
- Ну, понравилось?
- Ага:
- А вот мне - не очень, с тобой куда как лучше, - и мама, засмеявшись, завалила сына на тахту, раздвинула его ноги и встала между ними на колени. - А ну-ка, снимай свой писюн. Пока сможешь, - и, все так же со смехом, заглотила уже ослабший было член Сережки сразу и полностью. Не вынимая его изо рта, подняла в объектив глаза и подмигнула, после чего занялась лакомством уже всерьез.
Сережка честно снимал почти до самого конца. Уже почти кончая, отложил так и не выключенную камеру в сторону, проследив, впрочем, чтобы мамина голова с его членом во рту осталась хоть более-менее в кадре, и положил руки маме на голову, ласково прижимая ее к своему паху.
А Марина, едва оторвавшись от только что выдоенного сына, плотно сжав улыбающиеся губы, показала ему глазами на камеру. Оказавшись в кадре, открыла рот и высунула язык: внутри все было белым от спермы Сережки, и она, кокетничая, проглотила все это и, облизавшись, вновь открыла рот, показывая, что в нем теперь пусто. Засмеявшись, сказала "Вот так!" , забрала Сережкины гениталии в горсть, чуть потрепала их, наклонилась, поцеловала и, довольная, улеглась рядом с сыном.
Сережка отложил выключенную видеокамеру и тоже расслабился, закрыл глаза. А мама, только что подзаряженная его энергией, спросила:
- Ну что? Теперь можно кино досматривать спокойно? - и, получив утвердительное "угу" , сняла магнитофон с паузы.
Глаз Сережка так и не открыл, и Марина решила, что ладно - если уж его такая откровенная порнуха сейчас не интересует, значит, на сегодня ему уже точно хватит. Поздно уже, пусть спит. В конце концов, кассету Лиде завтра отдавать не обязательно. "Или вообще перегнать ее на компьютер?" - вдруг подумала Марина, но оставила эту мысль. Нечестно.
********
Некоторое время на экране происходило, в общем, то же самое, что и раньше. Все съемки были в квартире Лиды, метки времени в нижнем углу экрана потихоньку приближались к текущему июлю.
И вдруг в очередном сюжете декорации сменились. На экране оказался песчаный берег озера, другого края которого было не видно. Камера развернулась, в кадр, метрах в ста от точки съемки, попала высоченная и густая живая изгородь, а потом - солидный двухэтажный дом с большой верандой, прикрытой от яркого солнца зеленым матерчатым тентом. На веранде стоял стол, за столом, как минимум полуобнаженные, сидели двое мужчин и женщина. Издалека было трудно понять, кто есть кто, но Лиду, по роскошной светлой гриве волос, и характерную борцовскую фигуру Николая Марина признала сразу. Третий мужчина был, судя по всему, повыше и помассивнее Коли.
"Ага, это их пресловутая дача" , - поняла Марина. Рассказов о ней от Лиды она наслушалась много, но бывать на ней не бывала.
Марина тут же поняла, что не бывала-то она, похоже, не случайно - ее, собственно, ни разу туда и не приглашали, хотя она не придавала этому раньше никакого значения. "Теперь понятно, почему не звали" - с удовлетворением подумала она.
Камера, опять развернувшись, двинулась в сторону берега.
Прямо на песке, чуть присыпав им ноги, лежали две обнаженные, если не считать светлых бейсболок, девушки. Татьяну Марина признала, разумеется, сразу. Вторая девушка, на вид чуть помладше Татьяны, светловолосая, худенькая, с небольшими грудками и широкими бедрами, чисто выбритым лобком, была ей незнакома.
За кадром раздался знакомый Андрюшкин голос:
- Эй, красавицы! Сиськи-письки спалите на солнце! Пошли купаться!
Татьяна, запрокинув голову, лениво посмотрела в камеру.
- Опять ты со своей шарманкой! - и, повернувшись к соседке, спросила:
- Светка, ты как?
Та лениво перевернулась на живот, выставив на солнце аккуратную попку и пробурчав: "Лениво:"
Окончательный приговор вынесла Татьяна.
- Ну тебя. С тобой пойдешь, ты опять Светку за все места хватать будешь:
Андрей за камерой засмеялся в голос:
- Так ей нравится! А ты что, ревнуешь, что ли? Или я тебя мало за жизнь хватал?
Расслабленно поднявшая голову Светка нащупала под рукой мелкий камешек и запустила его в сторону оператора.
- Пошел вон, бесстыдник: Мы тут спим, и все: - и опять уронила голову на руки.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 74%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 48%)
» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 71%)
|
 |
 |
 |
 |  | С каждым изнасилованием, в ней росла ненависть к людям. Она умоляла меня и Бога помочь. Обещала посвятить себя Всевышнему, стать монахиней, если ее освободят из этого рабства. Я лишь обещал ей каждый день: "Анечка, скоро все закончится. Осталось недолго. Мне нужно понять где ты" А она отвечала мне: "Я не знаю где я. Неужели Бог не знает куда меня увезли?" |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Что мне нравится в Ленке - руки у неё длинные. Я задрал ногу и поставил её на батарею, а Ленка просунула руку себе между ног и ухватила меня за яйца. Она знала, что если потереть их осторожно, то я сразу кончу. Да, но не сегодня. Я бы обязательно кончил, если смог понаблюдать за игрой её пальчиков. А так я мог наблюдать лишь отражение этой игры в глазах Фаины. И это нравилось мне значительно больше, чем "сам процесс". Я маялся, пыхтел, сквозь пот застилавший глаза я уже почти не различал жадных Фаиных глаз, когда Ленка вывернулась из-под меня, и натягивая трусы, понеслась в ванную. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Писечкой поработала, давай теперь ротиком, раскрывай губки и заглатывай. - Тома подчинилась. Поначалу член влезал в ротик свободно, но по мере того, как она оголила его головку и стала елозить языком по ней, головка стала всё дальше и дальше входить ей в горло, а Алекс между тем начал двигать её головой взад и вперёд. В конце концов, он не спешил. Работали на пару, Тома старательно сосала, её хозяин двигал ей ртом вдоль члена. Логично, что всё это завершилось тем, что в её горло стали прыскать струйки спермы, а голова и одна из грудей в этот момент была сильно сдавлена его руками. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Когда мне надоел этот процесс, я положил Алесю под себя и воткнул свой поршень в её влагалище. В порывах страсти она пыталась воспрепятствовать этому, но было уже поздно, я принялся за своё дело. Алеся обхватила меня ногами и обняла руками, наши тела слились в одно. Я трахал её в таком темпе, что Алеся только постанывала и шептала как её со мной хорошо, в то время как кровать отчаянно скрипела, как будто вот-вот развалится. Алеся вошла в такой оргазм, что попросила трахнуть её в попку. Тогда я согласился. Она облизала мой член и легла на живот я раздвинул её мягкие ягодицы и вошел в нею, что было очень больно. Очевидно, что мой член был первооткрывателем её ануса. Я трахал её задницу пока не кончил. Потом Алеся попросила меня снова перейти в первоначальное положение, мотивировав это тем, что её очень больно. Я понял, что это правда - на её глазах виднелись слезинки. Тогда я перевернул её, снова, на спину раздвинул ей ноги и вошел своим членом в её влагалище. В эти чудные минуты нам было далеко плевать на всё остальное. Мне было всё равно и на то, что скрипит кровать и на, то, что Алесины звуки раздаются всё громче, но... |  |  |
| |
|