|
|
 |
Рассказ №16859
|
|
|
| |
| | Звенящие мучительным предвкушением струны натягивались от низа живота девушки прямо к ее сердцу, тянули его вниз, а она все не останавливалась, безжалостно вжимая пизду в мокрое лицо Варвары Ивановны и немилосердно елозя по ее подбородку, носу, лбу, глазам, чувствуя, как эти струны одна за другой начинают лопаться. Пищащую Тину подбросило куда-то вверх и вбок, она скатилась с начальницы, и, лежа на спине и поджав колени к груди, судорожно била раскрытой напряженной пятерней в пол - раз, два: пять. Потом спазмы утихли и ее тело наконец растеклось удовлетворенной лужицей. | | |
| |
|
| |
| | - Скулить перестала... хорошо! Но, что ты стоишь как бревно? А подмахивать, кто будет? Ну-ка, шлюшка сама насаживайся да активнее! - Маша начала неумело двигать попой. Через несколько минут дискомфорт улетучился. И, к своему стыду, Маше начало даже нравится то, что происходит. Подмахивать она стала активнее, и постанывала уже не от боли и унижения, а от удовольствия. Член мадам входил в попку на всю длину легко. Хозяйка меняла ритм и было заметно, что она знает толк в этом деле. Через еще несколько минут мадам издала победный крик и устало навалилась на свою служанку. | | |
| |
|
| |
| | Ему было сейчас важно услышать от нее любые, тем более эти интимные слова. Ее чувственный женственный голос всегда вызывал не меньший трепет и желание, чем соблазнительное тело. Этот томный голос и подбадривающие слова пробудили в нем звериный инстинкт. В очередной раз, впившись в губы и усиливая ритм, Чад еще сильнее и резче стал таранить ее божественно сладкий орган до полного упора, словно пытаясь проникнуть в другое, не менее священное для него место, в котором он пребывал когда-то девять месяцев как в раю. | | |
| |
|
| |
| | Я, конечно, был заинтригован и вечером хотел расспросить сестру о подробностях. Вскоре сестренка вернулась и сама рассказала, как утром лишилась девственности. Во всех подробностях. | | |
| |
|