|
|
 |
Рассказ №11861
Название:
Автор:
Категории: , ,
Dата опубликования: Вторник, 09/04/2024
Прочитано раз: 91920 (за неделю: 77)
Рейтинг: 59% (за неделю: 0%)
Цитата: "Однажды мне повезло: спеша куда-то по коридору, Люба уронила папку с документами. Я замер... Она медленно наклонилась за ней, и я увидел краешек её великолепной попки! Спустя минуту, не помня себя от возбуждения, я стоял, прижавшись спиной к холодным кафельным стенам ванной комнаты, крепко заперев дверь изнутри, и ласкал себя короткими резкими движениями, чтобы выплеснуть всю накопившуюся страсть... . Но и когда я кончил, легче мне не стало...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
18 лет - лучший в жизни возраст! Окружающий мир, ещё совсем не изведанный, так волнует и манит, и, кажется, в будущем ожидает только самое лучшее! Однако для молодых людей этот возраст будет навсегда омрачён началом призывной компании, и необходимостью отдавать священный долг родным стране...
Как и всем юношам своего возраста тянуть лямку рядового мне не хотелось,а друг посоветовал мне клёвую отмазку: "В Военкомате скажешь, что тебе служить не позволяют убеждения, и ты хочешь проходить альтернативную службу. Закона о ней у нас в стране ещё нет, и потому тебя просто отпустят домой!".
Идея мне очень понравилась, я сразу успокоился и на следующее утро спокойно сам отправился в Военкомат, в котором вежливо, но настойчиво потребовал альтернативной службы, предъявив свои самые искренние убеждения о том, что убивать людей большой грех. Какого же было моё изумление, когда вместо того, чтобы спорить со мной или, как я планировал, отпустить меня домой, меня действительно назначили на альтернативную службу! Работать санитаром в больнице.
Больница стояла на самом отшибе, там, где начинаются бесконечные пустыри, где среди изрытых полей громоздятся забытые бетонные плиты, и где протянулись бесконечные вышки высоковольтных линий... Я никогда бы не подумал, что меня распределят именно в эту больницу, да ещё на целых
два года!
У всех людей рабочий день начинается в девять утра и заканчивается вечером. На свою новую работу мне приходилось приезжать на первом автобусе - к шести, а потом оставаться дежурить целые сутки. Весь привычный график жизни сразу пошёл под откос - таскать каталки с тяжёлыми больными круглыми сутками работа во многом хуже службы в армии. Не удивительно, что её придумали, как альтернативу! Но я справлялся. Молодому и сильному организму было всё нипочем, и у меня ещё оставалось на отдых и сон.
Более того, в ту прекрасную пору у меня как раз завершался период полового созревания. Естественно, что даже в больнице я заглядывался на женщин. Среди больных девушек было немного, в основном, моё внимание привлекал больничный персонал. Была в нём парочка хорошеньких врачих, да ещё несколько медсестёр. Однако о том, чтобы заговорить с врачами не могло быть и речи - они были слишком серьёзными, строгими и совершенно недоступными. Ко мне они относились, как к какой-то скотине, рабу или даже кому-то похуже. Это было очень унизительно, ведь я был не виноват, что судьба определила мне эту роль!
Медсёстры на первый взгляд казались доступнее. Уже в первый день я залюбовался их округлостями под строгими белыми халатами. Многие из них в летнюю жару надевали эту униформу прямо на трусики и лифчики, и когда наклонялись за чем-то, у меня дух замирал, стоило заглянуть за вырез... .
Каждый раз, поднимаясь вверх по лестнице, я с надеждой задирал голову вверх, и если выше этажом шла медсестра, моему взору открывались прекрасные виды: попки и трусики под халатиками.
Наверное, хорошенькие медсёстры были самым главным плюсом работы в больнице! Больше всех их мне нравилась Люба. Она была не просто красивой, она была шикарной! Блондинка с карими глазами и безумно длинными ресницами! Стоило ей улыбнуться, и казалось, всё вокруг расцветало. А ещё: У неё была большая красивая грудь, отчего халат на ней буквально выпирал вперёд, сильно натягиваясь в других местах. Низ же халата (очевидно специально) , был сильно укорочен - на манер мини-юбки, стоило ей пройти мимо, мужчины задерживали дыхание, разглядывая её длинные, крепкие и очень соблазнительные ножки...
Можете ли вы представить, что я чувствовал в свои 18 лет? Частенько от переполнявшего возбуждения я не знал, куда себя деть. А когда она шла рядом, мне буквально хотелось рыдать от невозможности прикоснуться к ней...
Однажды мне повезло: спеша куда-то по коридору, Люба уронила папку с документами. Я замер... Она медленно наклонилась за ней, и я увидел краешек её великолепной попки! Спустя минуту, не помня себя от возбуждения, я стоял, прижавшись спиной к холодным кафельным стенам ванной комнаты, крепко заперев дверь изнутри, и ласкал себя короткими резкими движениями, чтобы выплеснуть всю накопившуюся страсть... . Но и когда я кончил, легче мне не стало.
Надо сказать, что в те дни я полностью пребывал в каких-то романтических подростковых иллюзиях. Воспитанный на голливудских фильмах, в которых всё показано так просто, понятно и красиво, я решил пригласить Любу на чашку кофе. В фильмах эта схема действовала безотказно: сначала девушка идёт с парнем в кафе, затем они гуляют вместе по городу, вечером они встречают закат на пляже, а ночью у них секс. Почему-то я был убеждён, что схема эта работает всегда, не зная сбоев!
Воспользовавшись тем, что Любу назначили на операцию, я вызвался помочь ей отвезти каталку с больным. Старик лежал под капельницей без каких-либо признаков жизни, и мы не обращали на него внимания. Мы шли рядом по длинному больничному коридору, и стук её каблучков с каждым шагом отлетал гулким эхом от его стен...
- Жарко сегодня, - решился я начать беседу.
- Ага, не говори, такая парилка, - равнодушно ответила она, глядя в сторону.
Ага, "не говори"! - обрадовался я. Так обычно говорят друзьям: "У тебя классная грудь" , "Да не говори:". Настроение улучшилось само собой. "Люба-любочка" , - пропел я тихонько, так, чтобы она не слышала, и добавил: "как же сильно ты мне нравишься...!".
Что она со мной делала! От одного её вида я начинал дрожать всем телом, голос срывался, а в её глаза я и взглянуть-то не смел! Один её взгляд - этих больших шоколадных глаз с длинными ресницами пронзал насквозь, как лазерные лучи в фантастических фильмах:
- Тебя ведь Люба зовут? - решил я заговорить сам, стараясь казаться как можно более равнодушным.
- Ага, - коротко бросила она. Как зовут меня, она конечно даже не спросила.
- Меня Лёша, - решил я представиться сам.
- О-кей... - ответила она, нажимая кнопку лифта.
Ненавижу, когда эти слова произносят вот так! Этим равнодушным "о-кей" можно просто убить человека!
Мы вошли в грузовой лифт (операционная находилась на последнем этаже) . Когда двери захлопнулись, я почувствовал, что сейчас самый подходящий момент: полумрак, мы одни (больного под капельницей я не рассматривал, как человеческую единицу) , самое время брать "быка за рога". Если бы я знал, как холодно в эту минуту её сердце, как медленно оно бьётся от моего самого пылкого взора, я трижды подумал бы, прежде чем заговорить!
- Слушай, может быть, сходим куда-нибудь после работы? - предложил я.
- Ха! - усмехнулась она. Я замер... От одного слова зависела вся моя жизнь! Лифт с грохотом встал, отчего лекарство в капельнице вздрогнуло. Я тоже вздрогнул.
- Женилка у тебя ещё не выросла взрослых тёть на ужин приглашать! - усмехнулась она, выкатывая носилки в коридор, - свободен! Дальше я сама:
18 лет - сложный возраст. В нём человек ещё только формируется как личность, и одна неверная фраза, один неверный шаг может наложить страшный отпечаток на всю дальнейшую жизнь. Так и получилось. Своей грубой фразой Люба разом убила во мне и мужчину, и кавалера, превратив из открытого, добродушного парня, в замкнутого, вечно сомневающегося в себе, порой ненавидящего себя человека. Я перестал смотреть женщинам в глаза, не зависимо от их возраста; перестал заговаривать с медсестрами, превратившись из "санитара по найму" в одинокую больничную крысу. Теперь, услышав смех за спиной, я сразу думал, что это смеются надо мной. А стоило кому-то со мной заговорить, как я смущался ещё больше. Впрочем, Любу я из головы не выбросил, только теперь она казалась мне ещё более недоступной, королевой моих грёз... Самому себе в этом королевстве я отводил лишь роль несчастного пажа...
Прошло несколько месяцев. В один прекрасный день я отвозил пустые склянки на склад. . Вход туда был через перевязочную, и, замешкавшись, я едва не уронил тележку, открывая тяжелую дверь. Банок было много, и на то, чтобы аккуратно расставить их по полкам у меня ушла уйма времени. Когда же я собирался уходить, то услышал, как хлопнула дверь: в перевязочную кто-то вошёл. Выглянув из склада через крохотное стеклянное окошко, я увидал Любу. Она стояла ко мне спиной, и потому, не опасаясь быть замеченным, я мог беззастенчиво её разглядывать с ног до головы. Она же огляделась по сторонам, затем сняла свою белую медицинскую шапочку, выдернула резинку из хвостика, распустив свои роскошные светлые волосы. Положение подсматривающего было унизительным, и я уже хотел было выйти из своего укрытия, как вдруг дверь хлопнула снова, и следом за Любой в перевязочную вошёл главврач Павел Андреевич.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 67%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 64%)
|
 |
 |
 |
 |  | Иришка подвела к кровати Эмилио и стянула с него шорты. Взяла анальный крем, намазала палец и стала вводить его в попу подружки. Жаклин ойкнула. Ира взяла рукой член паренька и направила в анальное отверстие попы Жаклин. Эмилио дрожал, его член звенел он напряжения. Иришка придала мальчишке ускорение шлепком по попе. Эмилио дернулся и его член вошел в анальное отверстие Жаклин. Девочка замычала и зарылась лицом в покрывало. Паренек прижал к себе бедра девочки, несколько раз дернулся, всхлипнул и застыл с широко раскрытыми глазами. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Кончил я снова на грудь, вытерев сперму с груди и члена решил, что нужно лечь и дождаться Максима, а потом ему рассказать, что я всё слышал и знаю о нём и Игоре. Незаметно для себя я уснул. Проснулся я от того, что меня кто-то гладил по члену и яйцам, открыв глаза, я увидел, что это был Макс. Мы стали целоваться, затем Макс стал ласкат мои соски, постепенно опускаясь к члену и наконец взял его в рот, сначала осторожно, затем всё смелее, он стал делать мне миньет, левой рукой он массировал мне яйца, которые уже подтянулись к основанию члена и стали крепкими, как мячики для гольфа, ещё несколько секунд и я начал кончать в рот Максима, который еле успевал сглатывать то, что ему отдавал мой член. В этот момент я понял, что и Макс кончает, оказывается он, всё это время дрочил свой член, который стал выбрасывать порции спермы как раз со мной вместе, сперма летела на мои ноги, постель, на грудь Максима. Кончив я поцеловал Макса, обнял его, и он прилёг на мою полку рядом со мной, отдохнув около получаса, я решил, что неплохо было бы перекусить, Макс поддержал моё предложение и уже через 15 минут на столе было два стакана горячего ароматного кофе, (у Игоря нашлась кофеварка и натуральный кофе, что было просто супер) , четыре стаканчика йогурта, плитка шоколада, завтрак из такого набора продуктов нас вполне устраивал и мы приступили к трапезе. Затем когда пришла очередь кофе, мы умиротворенные сидели на одной полке и разговаривали с Максом, у меня сложилось впечатление, что я знаю Макса уже сто лет, вдруг раздался стук в дверь купе, она открылась и в проёме появилось милое лицо нашего проводника, Игорь лукаво улыбаясь спросил как наши дела, и получив ответ, что всё супер, сказал, что если будут проблемы можно обратиться к нему и он всё сделает, чтобы мы ни в чём не нуждались, и действительно, мы до конца пути не испытывали никаких проблем, так и добрались до пункта назначения. Как выяснилось Максиму негде было остановиться, он планировал снять квартиру по приезду, я в свою очередь предложил остановиться у своей тёти, зная что у неё большой дом у побережья и место ему найдётся, Макс согласился принять моё предложение и мы поймав такси рванули к тётке. Тётя Наташа встретила нас с огромной радостью, Максима я ей представил как своего друга и сказал, что хотел бы, чтоб он остановился у нас, возражений со стороны тёткки не последовало, учитывая то, что она вдова, её муж, был моряком и погиб в одном из плаваний, и теперь она жила одна с сыном в огромном двухэтажном доме, она ничего не имела против. Она показала нам большую комнату на первом этаже, окна которой выходили в сад, комната была очень светлой, недовно в доме был сделан хороший ремонт, стояла хорошая мебель, в комнате был установлен большой телевизор, короче нам с Максом все понравилось. Ма начали распаковывать свои вещи и распологаться, тетя тем временем ушла на кухню, накрывать на стол. Минут через 20 нас позвали к столу. Я спросил у тётки, где же Данила, её сын и мой собстаенно, двоюродный брат? Она ответила, что он с друзьям ушел в поход и должен вернуться завтра, я немного расстроился, очень хотелось увидеть Даника, как я его называл, думаю за последние пять лет он сильно изменился, последний раз, когда я его видел ему было всего 15, но уже тогда он был очень привлекательным, широкие плечи, узкие бедра, но всё-таки было заметно, что это ещё подросток, думаю теперь он превратился в настоящего красавца, у него были голубые глаза, светлые, цвета ржи волосы, длительные ресницы и вообще он был похож на античного бога. Тётя стала меня распрашивать о доме и родителях, Максим поблагодарив за обед и сказав, что хочет прилечь отдохнуть, ушёл в комнату, мы с тётей остались на кухне и продолжили беседу о моих домашних. Через некоторое время я тоже стал моргать медленнее и тётка заметив это отправила меня в комнату, настояв на том, чтоб я отдохнул с дороги. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И тут к вечеру - явление Христа народу, как выдал Толя. Идут-бредут наши еле живые девушки-медички. Голодные и смертельно уставшие! Как оказалось, майор повёл их на восток, а там точно немцы. Тогда они рванули обратно! И тут увидели на дороге мотоцикл. Тот младший лейтенант, что пришёл с майором, завёл его, майор сел в коляску и они рванули по дороге к своим, приказав девушкам выбираться к своим. И теперь они не знают, что им делать. А вышли сюда они, учуяв запах костра и чая. Девушки, раз я молчу, стали плакать - теперь они поняли, какие они были полные дуры и послушали этого толстого майора. А я ещё и усугубил, сказав, что я их не беру с собой, они склонны к предательству. Ну а раз вы котёл не бросили, то готовьте на нём сами... И опять слезы - а у них ничего нет! |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Ну, что тут скажешь, когда сердце переполняют не слова, и даже не мысли... Ощущения, которые даже нельзя облечь в словесную форму. Когда каждой клеточкой своего тела чувствуешь прикосновение, которого не было в реальности. Но здесь оно существует и кажется самым желанным, как последний глоток воздуха для приговоренного к смерти. И где это здесь, за какой гранью? Тихий шепот, когда даже не разобрать слов, а дыхание обжигает, обещая все радости потерянного рая. Губы так близки и манящи, какую тайн |  |  |
| |
|